Томас Манн говорил о Вере Стравинской:
— Это типичная русская красавица!..
Кстати, ее отец был француз, мать — шведка.
В молодости Стравинская была женой англичанина Шиллинга. Понравилась Таирову. Он пригласил ее в свой театр. Представляя молодую актрису труппе, говорил:
— Не было ни гроша, да вдруг — Шиллинг…
Затем она была женой художника Судейкина. Показывая ее друзьям, Судейкин восклицал:
— Обратите внимание на ее плечи! Обратите внимание на ее талию!..
Однажды к нему заехал Стравинский. Услышал:
— Обратите внимание на ее шею!..
Стравинский проявил исключительное внимание. Вера Артуровна на долгие годы стала его подругой. А затем и женой.
 [показать] |
|
Вера Шиллинг в роли Элен Безуховой в фильме "Война и мир", 1915
|
 [показать] |
| С. Судейкин. Портрет Веры Судейкиной. 1917 |
 [показать] |
| С. Судейкин. Портрет Веры Судейкиной. |
Летом 1917 года Вера Артуровна с Судейкиным сбежали из Петрограда в Крым. Здесь же оказался и Осип Мандельштам, обессмертивший её в стихотворении, начинающимся очень похожим портретом Веры:
Золотистого меда струя из бутылки текла
Так тягуче и долго, что молвить хозяйка успела:
— Здесь, в печальной Тавриде, куда нас судьба занесла,
Мы совсем не скучаем, — и через плечо поглядела.
 [показать] |
|
"Через плечо поглядела ..." Фотография П.Шумова, Париж, 1921 |
|
|
| С. Судейкин. Автопортрет. |
[показать] Заканчиваю читать дневники Веры Судейкиной, актрисы немого кино, жены художника Сергея Судейкина, впоследствии — спутницы Стравинского, основную часть которых составляют крымские главы. Петроград и Тифлис занимают намного меньше места, а жаль: время пребывания Судейкиных в Тифлисе пришлось на период культурного расцвета города, когда по приезде весной 1919 года они сразу оказались в центре причудливой жизни русско ‒ грузинской богемы. Дошедшие фрагменты позволяют сделать вывод, что тифлисский дневник был насыщен литературными и художественными подробностями. Судейкины прожили в Тифлисе больше полугода, но относительно полно сохранились лишь записи за май 1919.
Впрочем, довольно подробная крымская часть дневника представляет исключительный интерес в деталях из жизни персонажей фона, литераторов и художников третьего и далее рядов, которым выпало оказаться в Крыму одновременно с Судейкиными.
Мелкие бытовые детали – куда ходили, кто был в гостях, что ели, что пили, кто простудился. Сплетни, слухи, общие настроения, репутациии. Причем Судейкина фиксирует всю эту пыльцу эпохи не как внешний наблюдатель, а как человек своей среды. Ялта, Мисхор, Кореиз ‒ все эти привычные названия наполняются иным смысловым звучанием, чаяниями и заботами "застрявших в Крыму".
 [показать] |
| Излюбленное место обедов и встреч, как деловых, так и праздных. |
 [показать] |
| С.Сорин. Автопортрет из "Альбома", 1920 |
Одна из работ, вернее моделей, меня заинтересовала особенно своим частым упоминанием.
1917, 14 ноября
Утром письмо от мамы. Пошли к княгине Орловой смотреть рисунок Сорина. Великолепно. Затем в парке Эрлангера эскиз водоема. Читал Гофмана.
Вечером разговор о чувственности в связи с лицом Орловой.
1917, 23 ноября
Утром в библиотеке и сидим на солнце на набережной. Вечером заходит Савелий (nb: Сорин), на этот раз очень милый, оживленный. Ему до тошноты надоели его князья ‒ он с презрением говорит о них. Хочет снять у нас комнату рядом. Долго говорим очень мило и дружно.
1918, 1(14) апреля
Сережа собирался писать этюд, но пришлось отнести мольберт к Римме Никитичне, там у неё собралась вся знать смотреть гобелены. Я села с Орловой, которая мило болтала со мной, она единственная среди всех: и понимание есть и вкус, но, конечно, Тищенко, полуеврейка превзошла всех, другие говорили все мимо. Всего комичнее вышло с самым некрасивым гобеленом, когда его раскрыли, кто-то воскликнул: "Ах, очаровательно". Тогда Сережа сказал: "Особенно кайма". ‒ "Да, да, ‒ раздались голоса в ответ, ‒ изумительная прекрасная кайма". Потом Сережа, показывая гобелен 18 века, говорил: "В готическом стиле". Потом Сережа дописывал пейзаж от Сведомских. После обеда легли спать. К нам стучались Щербатовы и написали на дверях.
1918, 22 мая - 5 июня
... К ужину Иван Яковлевич (nb: Билибин) вернулся и говорил с Сережей о Сорине. Портрет Тищенко, от которого все дамы без ума, кажется ему очень светским и очень опасным для дальнейшего пути; портрет Орловой сделан крепче и стойче. Сережа по обыкновению защищал Сорина.
 [показать] |
| С. Сорин. Портрет Веры Тищенко. |
Судейкин вообще часто защищает Сорина. В очередном споре с Маковским выдает шедевральную фразу, точно характеризующую портрет кн. Орловой: "Кто фиксировал последние судороги красоты Орловой ‒ Сорин". Последние судороги красоты ‒ ах, какой шарман!
 [показать] |
| С. Сорин. Портрет княгини Ольги Орловой. 1918 |
 [показать] |
| В. Серов. Портрет княгини О.К. Орловой. 1911 |
Отношение современников к портрету княгини было противоречивым. Одни восхищались талантом и мастерством художника, "благородным стилизмом" картины, позволяющим грядущим поколениям судить о "новом веке"; другие подозревали Серова в иронии и даже сарказме по отношению к родовитой модели. Сама Орлова недовольства не высказывала, но после скорой кончины Серова передала портрет в Музей Александра III с условием никогда не вывешивать в экспозиции рядом с портретом Иды Рубинштейн, над которым Серов работал в одно и то же время.
Серов не торговал талантом и заказ принимал, только если ему нравилась модель. Он, например, не захотел писать портрет великосветской петербургской красавицы, потому что лицо ее счел неинтересным. Красавица все ж уговорила художника. Но, когда Серов приступил к работе, нахлобучил ей на голову широкополую шляпу до подбородка. Красавица возмутилась было, но Серов отвечал с дерзостью, что весь смысл картины – в шляпе.
Хотя, язве Феликсу верить, это еще бабушка на двое сказала). В тех же работах "серововедов" указывается, что Серов был заинтерсован в окончании этого портрета, когда почти на год прервалась работа, начатая в 1910 году.
 [показать] |
| В.Серов. Портрет кн. О.К. Орловой. 1910. Эскиз. |
Существует и более раннее портретное изображение княгини Орловой.
 [показать] |
| Л. Бакст. Портрет княгини Ольги Константиновны Орловой. 1909 |
Не обладая особыми талантами, умом и даже красотой, княгиня Орлова (урожд. Белосельская ‒ Белозерская) была как принято говорить дамой приятной во всех отношениях. Изящество и изысканный вкус, а также немалое состояние сделали ее заметной фигурой в Петербургском свете.
Она была особо "милой", любезной, порой даже добродушной, но не особенно "содержательной", <...> Она знала большой толк в нарядах, которые всегда (и несмотря на свое парижское происхождение) отличались какой-либо, иногда и очень смелой, оригинальностью. В этом причина, почему именно она пользовалась большим фавором среди художников.
