Я думала, дедушкин махрово-линялый халат – это последний балласт на нашем семейном цеппелине. Ведь умудрилась же уговорить супруга выбросить столик для распития пива, проект первого курса, способный удерживать только собственную пыль! Вообще-то, столик задумывался устойчивым, чтоб крепкие пиволюбители могли на нем расположить свои туши и могучие кулаки, сжимающие литровые кружки с пивом. Но дальше фанерного макета дело не пошло,  сидеть за ним было невозможно, зато он занимал полкомнаты и просматривался со всех сторон. Под грузом непригодности он совсем раскорячился и принялся впиваться перекладинами в ноги домочадцев.

Одним прекрасным пейсахом, когда у евреев принято выносить из дому весь годовой хлам, муж в приступе минутного пофигизма, быстро, чтоб не успеть передумать, выволок его на помойку. За ним в вечное путешествие ушел дедушкин банный халат, застиранная святыня, когда-то голубая, а в последние годы жизни – цвета неба в грязной луже, с проплешинами  вместе махровой бахромы. И стало так хорошо, просто "фух!"

Кстати, особенно сильное чувство облегчения вызывает очищение холодильника от  лежалых продуктов, это как снять вериги с плеч. Их место сразу же забивается новыми, чтоб через неделю было чем с удовольствием облегчиться снова.

Недавно мною в шкафу была обнаружена отлынивающая вешалка,  которая, почувствовав на себе вещь, тут же опускала крылья и складывалась вчетверо. Ах так, разозлилась я и понесла ее в мусорное ведро. Поставила рядом (ведро было полным), пусть пока привыкает.

"Что это такое?", - побледневшими губами произнес муж, затрепетал телом и легким прыжком невесомой лани метнулся к вешалке. Следующим звуком был крик: "Это же дедушкин тремпель!!!"

Если вы – не харьковчанин, вы конечно, подумаете, что это дедушкино – не больше не меньше – наследство или, на худой конец, его сенсационный научный труд. Ну, а я, жена бывшего харьковчанина, скажу вам, что "тремпель" по-харьковски – это вешалка, как "демьянка" –  по-бакински баклажан и  "полОжить" – это по-сургутски положИть (и не учите меня, что это неправильно, у нас в Сургуте все так говорят).

Итак, муж взял тремпель с нежностью и со словами "ему уже лет 50, это же почти антиквариат!" унес его обратно в шкаф. Ну, ладно, пусть дозревает в шкафу, авось обеспечит нам приличную старость.

Купив новую сковороду, я незамедлительно выбросила старую, тихонечко, тайно, знаю ж с кем живу. И вдруг наступил тот единственный день в году, когда муж имеет непосредственный контакт со сковородой – на свой день рождения он устраивает на работе "русский день", приносит блины с икрой. Икру ему делают рыбы, а блины муж жарит сам.

"Где моя любимая сковородка?",  - начал муж, потирая руки в готовности немедленно свернуть горы, если только ему укажут, где эти горы хранятся, потому на кухне с этой целью он давно не бывал. "Какая сковородка?", - равнодушно спросила я, игнорируя холодок в спине. "Самая лучшая, студенческая моя!" "С кривым дном?" "Ну, да". "С потрескавшимся тефлоном?!" – я перешла в наступление, предчувствуя беду. "Вообще без тефлона! Он стерся еще на первом курсе!" "Я…, – начала я подготовку, - её…", и вдруг раздался радостный вопль из шкафчика "вот она!". Фух ты, какая удача, у нас, оказывается, было две самых лучших сковородки с кривым дном и без тефлона, и выброшенная, на радость, не дорога мужниному сердцу.

Это у них семейное. Например, свёкор хранит прищепки из Харькова, огрызки отцовских карандашей и вообще всё, что однажды попало в дом. Но и он умудрился проштрафиться,  потому что одной страстью поборол другую, за что эксклюзив, точнее, его остатки,  были конфискованы у него сыном и теперь надежно хранятся у нас. Прикончив запасы спичек в доме, свекор перешел на раритет  – спички долгого горения для охотников и рыбаков харьковского (!) производства, купленные перед репатриацией в 90-м году.

Спички эти хороши тем, что не горят не гаснут - в воде, на морозе, хоть что с ними делай. Как экономному свекру удавалось их тушить, совершенная загадка, но найдя у папы огарки вечных спичек, не выброшенных, но уже  частично горевших, муж воспылал гневом и забрал добро к  нам.  Нетронутого огнем добра осталась одна штука. Вот она одна и лежит теперь в коробочке на кухне, неприкосновенная, вселяя в меня надежду на боХатую старость в доме-музЭе…

ya_krik