Обнаружила собственного ребенка, увлеченного кропотливой работой: своими маленькими пальчиками он нанизывает разнокалиберный бисер и бусинки на обычную швейную нить. 

[показать]

- Саймон, откуда такое богатство?
- Нас на продленке водили в Дом творчества на бисероплетение. Всем выдали бисер и научили, как правильно нанизывать. Я сделаю для тебя колье, - обещает мне сын.

Я могла сжалиться над начинающим мастером-прикладником и открыть ему секрет скоростного нанизывания при помощи иглы. Но, во-первых, выдавать детям колющие предметы - безрассудство, и мне, к тому же, нужно бежать готовить ужин.
А, во-вторых, очевидно, что процесс попадания тонкой капризной нитью в крошечное отверстие бисеринок не вызывает у творящего никакого раздражения, наоборот, он, высунув кончик языка, методично и самоотверженно борется с непослушной извивающейся ниткой.

На два часа в доме воцаряется мир, покой и райская тишина. Разве что птички не щебечут.

Джастин опять что-то читает. Он, в отличие от своих братьев, очень много читает. И его не нужно заставлять или уговаривать. Я восхищаюсь данным фактом, потому что дети этого поколения ненавидят чтение. Мне не нужна статистика или соцопросы. Нам всегда хватает народу в собственной квартире, чтобы добыть достоверные данные. 

Дэвид получил в дневник замечание за невыполненное домашнее задание и, чтобы как-то исправить положение, с озабоченным видом корпел над какой-то исторической табличкой. Его не радует перспектива остаться без компьютерных игр в наказание за школьные хвосты.

Никто не орет, никто никого не мутузит, никто не носится по квартире, поднимая за собой клубы пыли. Пыль улеглась, вещи пришли в состояние покоя, муж приплелся ко мне на кухню и, закурив, спрашивает, чем он мог бы помочь. Я счастлива, снова уверовала в господа и торжество добра на земле. Задыхаясь и кашляя от мужнина сигаретного дыма, я предлагаю ему помочь мне почистить морковь.

В редкие моменты такого затишья мне очень хочется довериться расхожему мнению, что быть единственной женщиной в семье из пяти человек - это прекрасно. Некоторые люди наивно полагают, что мать троих сыновей непременно ощущает себя королевой. Ну или ощутит себя ею когда-нибудь, как только дети перестанут быть детьми.

Наконец Саймон завершил свои труды праведные и, не дыша от нахлынувшего волнения, презентовал мне свое рукоделие. Лицо сынульки сосредоточено и серьезно, а глаза просто кричат, - какое смятение охватило его. Колье было просто чудесным! В самом центре этого бесспорного шедевра от прикладного искусства красовалось маленькое изумрудное сердечко из прозрачного пластика, затем в симметричном порядке с каждой стороны от сердца продолговатые и округлые бисерины, небольшие бусинки и стеклярус. Как маленькие некрепкие пальчики могли создать такую красоту! Моему восторгу не было предела. Саймон выдохнул. Казалось, все мышцы его лица моментально расслабились, и он расплылся в безмятежной счастливой улыбке.

- А ведь зря я считала, что люди наивны! - подумала я. - Спасибо, сыночек! Будем считать, что я получила от тебя первый бриллиант, который украсит мою королевскую коллекцию.

Муж помог завязать драгоценное колье на шее, и мы отправились ужинать.

Ночью, когда я видела десятый счастливый сон, предательская нитка, конечно же, разорвалась. Бусинки скатились по подушке. Во сне я чувствовала, как бисер кусался и перемещался по всей кровати, словно отряд противных крошечных муравьев, вероломный стеклярус вдавливался во все мои мягкие места, а маленькое изумрудное сердечко впивалось в спину своими острыми пластиковыми гранями. Но я никак не могла проснуться.

Мне снилось, что я - принцесса на горошине - будущая королева.