В нашем дворе замечательная детская площадка: горка, качели-карусели, песочница, лавочки, все что полагается. Малыши со всей округи наши постоянные гости. Всегда приходит кто-то новенький, всегда происходит что-нибудь неожиданно курьезное или смешное. Вот и сегодня...

Я дома, хлопочу на кухне. У меня вместо подоконника на кухне - широкая столешница, и что бы я ни делала, передо мной всегда панорама нашего двора. 

На детской площадке непривычно безлюдно. Совсем маленькая принцесса в нежно-розовом кружевном платьице, прикатившая в экипаже с собственной кухней и горшком, не может не вызывать умиления. Няня (мама/бабушка?) настойчиво предлагает ей попеременно то бутылочку, то горшок, но ребенка явно волнует только энтэртэйнмент. Что пристала со своей бутылкой?  [250x250]

Маленькие ножки неудержимо ведут к горке, на качельки и жрать песок. Десять минут прогулки и взъерошенная, раскрасневшаяся нянька понимает, что зря она свернула в этот дворик. В то же время её подопечная, кажется, только начала входить во вкус активного отдыха. Она резво носится от одной качели к другой, бесстрашно взбирается по лесенке и кубарем скатывается вниз с горы. Совсем недавно такое розовое платьице - теперь самый вероятный претендент на главную роль в рекламе стирального порошка. Следующие полтора часа совершенно измотанная и обессилевшая нянька тщетно пытается оторвать ребенка от карусели. Её безуспешные попытки сопровождаются уговорами и мольбами, которые слышит весь двор, но только не маленькая неугомонная девочка, которой они предназначены.

Очередная попытка в одночасье прекратить прогулку вызывает у девочки явное неудовольствие и закономерное сопротивление. Нянька незамедлительно переходит в наступление и применяет запрещенный приём - усаживание в коляску с применением грубой физической силы. Девочка изворачивается и извивается, как червь в формалине и орет благим матом на своём детском языке что-то о защите прав ребенка и требует подать представителя Юнисеф. 

На этот истошный вопль изо всех окон дома высовываются любопытные головы, а сочувствующие пенсионерки покидают насиженные скамейки и с нескрываемым интересом волокут свои кости к эпицентру борьбы.

Многострадальная нянька шантажирует несчастного ребенка, тем, что они больше никогда не придут на эти качели и даже угрожает, что впредь вообще никогда не пойдут гулять. Ребенок не перестает орать. Нянька протяжно завывает:

- Я тебя прошу, Веселина!

Как разрешился конфликт отцов-детей я не знаю, потому что это "Веселина" сложило меня пополам, и я больно треснулась головой о столешницу.

Странные люди! Назовут ребенка Веселиной, а потом заставляют смирно сидеть в коляске!