Прошлой ночью было мне совсем нехорошо. То ли перемерзла накануне, то ли перенервничала, а только трясло меня со страшной силой! И унять это девятибальное телотрясение и согреть оледеневшие мои конечности не удавалось никаким привычным способом: ни при помощи ароматного трявяного чая с мёдом, ни при момощи шерстяных носков, ни при помощи тёплого одеяла...
"Всё!" - подумала я, - "Умираю!" - и из последних сил пнула локтем в бок мирно посапывающего муша. Муш зашевелился, проворчал во сне "Какогохуя?!" что-то невнятное и повернулся комнежопой на другой бок.
"Хва-а-атит спа-аать! - жалобно заблеяла я, всем своим трясущимся существом прижимаясь к мушу и одновременно подминая под себя одеяло. - Спа-а-си... Меня... Трясёт..."
"Как я тебя спасу? - муш повернул ко мне удивленное беспомощное лицо. - Я могу только растрясти тебя еще сильней, если это поможет", - предложил муш хорошоизвестный способ избавления от озноба и прочих хворей.
"ЖЫвотное", - зашипела я в ответ.
"Да!" - самовлюбленно ответил муш и снова мирно засопел, мол, не хочешь - не надо, моё дело - предложить!
Мне стало жалко себя любимуюиединственную больную, прям до слёз жалко, но, похоже, никому совершенно не было до этого никакого дела. Продолжая трястись, я поплелась на кухню, закипятила чайник, отравила трясущийся организм ядом фервексом и, укрывшись одеялом с головой, стала выздоравливать.
