Всегда неприметная, та самая серая мышка. На вид ей лет 40, и такой она остается последние 10 лет, что я её знаю... Мне иногда кажется, она всегда выглядела так - женщина без возраста, всегда в одной поре. [289x512]

Она одинокая и нелюдимая, неразговорчивая и совершенно таинственная: живет одна без семьи, без детей, я ни разу не встречала её в компании, скажем, подруги или друга, и никто к ней не ходит, кроме кошек. А вот все её знакомые кошки не знают ни в чем отказа. Она их греет, кормит, принимает у них роды, называет новорожденных котят человеческими именами и разговаривает с ними, как с родными детьми.

Психолог по специальности, она скрытная и необщительная. Хотя я всегда думала, что психологи совершенно другие. Она никогда не здоровается первой, а в ответ на приветствие бурчит что-то невразумительное себе под нос. По меняющемуся выражению её лица видно, что ей очень нравится, когда её зовут Анной Ивановной, но за глаза все соседи называют её Аннушкой и считают не от мира сего.

Несколько лет назад в качестве подработки я взялась за подготовку детей к школе: учила чтению, письму, счету, и, на определенном этапе, мне понадобились психологические тесты для определения уровня подготовленности ребенка. Сейчас я понимаю, что добрые соседи решили стебануться надо мной, когда отправили меня к Аннушке со словами: "Она тебе поможет". Аннушка слушала меня безучастно и безо всякого интереса, а потом строго сказала следующее: "Тесты у меня есть, но я их Вам не дам. И ни один психолог их Вам не даст. Это же тесты!" До сих пор не пойму, что там в Аннушкиных тестах было такого военного, но, привыкшая всегда добиваться поставленной цели, я в течении недели познакомилась со школьным психологом, которая с удовольствием поделилась со мной своими наработками, даже копии сама для меня сделала. Во истину: стучите и откроется!

Через какое-то время Аннушка пришла к нам домой и начала требовать дать ей на час компьютер. В ту пору компьютеры были только у избранных любимцев богов, и мы каким-то чудом попали в число этих фаворитов. Естественно, я не могла позволить кому бы то ни было вынести из своей квартиры этот божий дар. К тому же, вообразите, мне бы пришлось отсоединять кучу проводов внешнего оборудования, тащить с четвертого на первый этаж громоздкий системник и тяжеленный монитор. Я робко попыталась предложить Аннушке поработать у нас, на что она заявила: "Я же работать собираюсь, а не играть, мне нужно сосредоточиться!". Бровки домиком и тоненькая ниточка обиженно поджатых губ говорили о том, что Аннушка приперлась в твердой уверенности, что здесь ей не посмеют отказать. Мы посмели...

Ореол нелюдимости и таинственности, которым окружила себя Аннушка до сих пор вызывает во мне смешанные чувства. Но самое сильное из них - первобытный страх: а вдруг эта женщина "вспомнит всё", произнесет заклинание и превратит меня в лягушку?