Нео - фашизм Мариуполь Восточный после обстрела российскими войсками. 24.01.2015

Мариуполь Восточный после обстрела российскими войсками. 24.01.2015
+
Лента Новостей
+
http://youtu.be/j7vYb76c7y8
+++

(Добавил ссылку к себе в дневник)

http://www.portal-credo.ru/site/?act=monitor&id=14442 +++ Мониторинг СМИ [ Архив публикаций ] Распечатать "РИСУ": Патриарх Кирилл: несколько простых шагов к тоталитаризму Митрополит Кирилл сделал в 2006 году первый шаг к тоталитаризму, отрицая "Декларацию прав человека" и равенство людей перед Богом и государством. Второй шаг был сделан недавно, когда Патриарх отмел право некоторых соседствующих с Россией государств на самостоятельное существование, записав их в "Русский мир". Оба шага сопровождались уверениями, будто речь не идет о нарушении прав людей или наций, но по сути это именно православная идеология тоталитаризма. Важно осознать как характер этого тоталитаризма с политологической и богословской точки зрения, так и его отличия от европейского христианского консерватизма. Поскольку идеологи РПЦ часто заявляют, что они говорят почти то же, что и католики, важно понять разницу. А разница существенна: православные консерваторы утверждают прямо противоположное тому консерватизму, который развили католики в своем социальном учении. Эта противоположность такая же, как и та, что существует между фашизмом Бенито Муссолини и консерватизмом Маргарет Тэтчер. А это все же – существенная разница. Права есть у всех, но у некоторых их больше В 2006 году Русская Православная Церковь (Московский Патриархат) провела очередной Всемирный Русский Собор, на котором представила собственную доктрину прав человека. Автором этой доктрины был митрополит Кирилл (Гундяев), сегодня – патриарх Московский. Принятие ее сопровождалось критикой идеологии либерализма и Запада в целом, которые-де виноваты в общественном релятивизме и аморальности во всем мире вообще и в России в частности. Согласно "Общей декларации прав человека", принятой ООН в 1948 году, правами личность обладает с рождения, уже просто потому, что он – человек. Все христианские Церкви обычно признают это фундаментальное положение, добавляя, что у каждого человека есть эти права, поскольку каждый человек – образ Бога, свободное и разумное живое существо. Права потому и называются природными, что они принадлежат каждому, кто является человеком по собственному существу, по своей природе. Русская Церковь вводит новое теологическое учение о человеке и его правах. Оказывается, человек имеет права не потому, что является человеком, образом Божиим. Человек имеет права, поскольку и насколько он является подобием Божиим, то есть, насколько он стал праведным, святым. Именно это имеется в виду в новой доктрине о правах человека, провозглашенной Русской Церковью, поскольку под "ценностью" человека подразумевается традиционное для христианства понятие "образа", а под "достоинством" - понятие "подобия" (встречается в Библии, теоретически разработано Отцами Церкви Василием Великим и Максимом Исповедником). Такое перенесение прав с человека вообще на человека достойного, праведного, святого, имеет действительно антигуманные последствия: согласно этой концепции у одних людей – праведных, достойных – есть права, а у других – неправедных, недостойных, несвятых – прав нет. Такие утверждения вызывают удивления, поскольку противоречат основам христианства. В соответствии с христианским вероучением человек свободен и имеет право творить как добро, так и зло, зная, что за свои поступки понесет полную ответственность. То есть автономия личности, являющаяся фактом жизни, для христианства и является принципиальным положением вероучения. Русская Церковь почему-то хочет лишить человека природной для него свободы, о которой к тому же учит Библия. Но казуистика новоявленных реформаторов христианского мировоззрения из Москвы продолжается. Оказывается, что достоен и праведен человек, выполняющий обязанности, среди которых центральные – это служение семье, Отечеству, "святыням". То есть права есть (как у праведного и достойного) у того человека, который всецело служит Отечеству, то есть России. Другие же отечества, кстати, являются незаконно и временно "отколовшимися" от "Отечества", одному которому только и надо служить. Таким образом, права есть у православного (служить "святыне") россиянина (все остальное в мире по определению "не святое", а зараженное "западным растлением"), служащего государству. Остается добавить – желательно в рядах силовых структур. Не выясненным остается вопрос: каким образом различать людей, имеющих права, и людей, прав не имеющих? Кто будет различать – "достойный" ли человек, подобен ли Богу, "патриот" ли? Вероятно, Государство и Церковь, которые и становятся для авторов новой концепции на место Бога – а это и является признаком язычества, обращение от религии единого Бога к божкам и кумирам мира сего. И от имени Государства и Церкви какие-то "тройки" от местной администрации, ФСБ и епархии будут отсортировывать "бесправных", являющихся "недостойными", хотя все еще в определенной степени "ценными". Заявленные в концепции Русской Церкви принципы — не только рецидив тоталитарного советского мышления, странным образом совмещенный с христианскими понятиями, содержание которых подменено языческим. Они являются идеологическим обоснованием господства бюрократии и олигархии от имени "святых" Государства и Народа над каждой личностью. Но обоснованием путанным и беспомощным. А потому сама РФ, скорее всего, будет просто использовать эту идеологию православно-языческого фундаментализма и национализма, оставаясь "управляемой демократией". Католическая альтернатива Римо-Католическая Церковь тоже постоянно подчеркивает расхождение между либеральным идеалом прав человека и социальным идеалом христианства. Но для католиков права человека не могут быть отменены или подправлены. Права человека – фундамент общества, любое ограничение или отмена прав человека является противоестественной и антигуманной акцией. Права человека не могут быть ограничены на основании любых признаков – этнических, религиозных, моральных, метафизических, патриотических. Права человека могут быть только дополнены отношениями солидарности и любви. Права человека и справедливость – фундамент гуманного общества, а солидарность и любовь могут делать общество более гуманным. Солидарность и любовь — это не исполнение долга, а порождение человеческого сердца, человеческой моральности. Не признак "достоинства" человека, а действие Бога, творящего любовь в сердцах людей. Сравнение с точки зрения политологии Если оценивать и некоторые текстуальные особенности документов о правах человека, озвученных на Всемирном Русском Соборе, то очевидна зависимость авторов от Римо-Католического "Компендиума социального учения Церкви" 2004 года. Кроме перекручивания последнего в документах Русского Собора есть только искаженное учение об образе и подобии Божием в человеке св. Максима Исповедника, который сам, кстати (в седьмом столетии в Византии!), учил о принципиальном природном равенстве всех людей независимо от национальности, вероисповедания, возраста, социального положения и морального "достоинства". Если оценивать с точки зрения светских социальных идеологий, какого рода те поправки к либеральной модели прав человека, раз их считают необходимым предлагать человечеству Церкви, то можно отметить интересное различие. Римо-Католическая Церковь стремится добавить либеральному фундаменту черты "солидаризма", фактически идентичные идеалам современной мировой социал-демократической мысли. Разница только в том, что для католических мыслителей солидаризм возможен посредством идеалистического признания фундаментальной доброты человека, тогда как так социал-демократической идеологии такой идеализм чужд. Экономический материализм последней сосуществует только с этическими идеалами кантианского пошиба и утопическими проектами постиндустриального общества всеобщего благоденствия. Католическая Церковь, добавляя к либерализму социал-демократический солидаризм, попадает в унисон с всемирным сближением либерализма и социал-демократии. Русская Православная Церковь обосновывает необходимость ограничения фундаментальных прав человека, замены либерализма на националистически-фундаменталистский утопизм. В этом Русская Церковь попадает в унисон с попытками всего российского общества угодить бюрократично-олигархической верхушке собственного государства. К сожалению, тоталитарные "опусы" Русской Церкви уже используются Московской Патриархией для борьбы с западным либерализмом, а заодно – и евроинтеграционным курсом Украины. Но каждый сознательно верующий христианин, к какой бы конфессии он не принадлежал, узнает правду Божью не в антигуманных доктринах, а в учении, отстаивающем принципы прав человека, дополняя это учение европейско-христианскими идеалами справедливости, солидарности и любви. А каждый философ права естественно может вести диалог с Церквями касательно их гуманных рационально обоснованных учений, а не иррациональных националистических "концепций" профессиональных церковных патриотов. Провозглашая доктрины, обосновывающие ограничение прав человека, Русская Церковь отдаляется не только от Европы и католицизма, но и от христианства. Но это не первый и не последний шаг Русской Церкви в направлении националистического язычества. Оценка с точки зрения теологии Древнейшей христианской ересью был гностицизм, называемый также манихейством. Согласно учению этих еретиков все люди делились на три разряда. Себя гностики-манихеи называли "пневматиками", то есть духовными, и изображали людьми, исповедующими высокие духовные ценности, имеющими особые знания и духовность, недоступные другим людям и верующим. Обычных христиан они называли "психиками", то есть людьми душевными, не-духовными. Обычные христиане могут просветиться и стать "пневматиками", но могут и изменить собственному призванию и упасть еще ниже, воплощением же зла манихеи считали обычных людей, которых называли "соматиками", то есть людьми телесными. Все обычные люди находятся в плену своих телесных желаний и страстей. Эти люди прокляты. Люди духа в последней битве сойдутся с людьми телесными. Это будет битва добра и зла. На войне все средства хороши – на то она и война. До разворачивания глобальной войны принуждение можно применить к потенциально "духовным", которыми являются люди "душевые". Они сами е осознают своего блага и своего призвания, а потому не грех и их сагитировать любым способом, а когда надо, то от духовного насилия перейти и к применению грубой силы. По Патриарху Кириллу, права человека есть только у "богоподобных". Их могут получить значительные массы населения "восточноправославной цивилизации". И совсем мало надежды на тех, кто живет в цивилизации зла, или как назвал ее Патриарх во время визита в Украину: "западной цивилизации ненависти". Кстати, в чине анафематствования еретиков первыми упоминаются те, кто отрицает, что Бог все создал благим. Ересь манихеев является выражением людской гордости: мы – благие и правильные, а остальные – злы и прокляты. Всех, кто в промежуточном состоянии, просим определиться – иначе спасем насильно, чтобы не достались людям зла. Как вся эта концепция манихеев могла проявиться в патриаршем сознании? В действительности, ее постоянно в различных формах проповедуют такие личности, как Александр Дугин и Аркадий Малер. Эти люди не скрывают, что их традиционализм и консерватизм возник под влиянием концепций фашизма, которые тоже были манихейскими. А. Дугин считает собственное учение как бы пост-фашистским… Но что тут "пост"? непонятно. Не пора ли писать очередную книгу под названием "Обычный фашизм". Ведь завтра может быть поздно. Право наций: все равны, есть три разряда Новизна доклада Патриарха на Третьей Ассамблее "Русского мира" в том, что теперь не только люди, но и государства делятся Патриархом на три разряда. Конечно, Патриарх заявляет для проформы, что все государства имеют право на самостоятельное существование. Но тут же разворачивает учение, в основе которого – разделение государств на три разряда. Высший разряд - это святая Россия. Нижний – это греховный Запад, мировая цивилизация потребления. Средний – это страны, которые могут войти в Русский мир. И ясно, что право на будущее принадлежит исключительно святой Руси. Никто, конечно, не говорит об обязательстве Украины, Беларуси и Молдовы присоединиться к России. Но в действительности именно в этом – их историческое призвание. Они в силу истории, традиции, общего с Россиянами крещения принадлежат Русскому миру. И эта принадлежность обязывает их не быть разъединенными с Россией. Их объединение с Россией – закономерное, их самостоятельное существование – противоестественное. Их стремление присоединиться к "греховному Западу" - это преступление измены, преступление Иуды. Такое преступление – это тот самый грех духовного раскола, не смываемый ничем. Такого рода логика очевидна каждому православному, читающему доклад Патриарха на Третьей Ассамблее "Русского мира". К этому языку, с его символикой, с отсылками к позитивным и негативным ассоциациям, православный уже давно приучен. И Патриарх посылает сигнал: "православные Московского Патриархата – вы принадлежите Русскому миру. Эта принадлежность важнее Ваших национальных, языковых, культурных, государственных определений. Вы должны быть подчиненными в первую очередь моими как Патриарха, моего президента, поскольку он во главе России. Ваши президенты – незаконны, границы – нелегитимны, отделенности – преступны. Вы должны существовать в Русском мире. Тут мы вам гарантируем права на язык и культуру, но как часть великой и неделимой культуры. И снова речь идет о том, что Ваши достижения и святыни – это наше богатство. Ваша история – принадлежит нам. Москвы еще не было в те далекие времена, когда жил князь Владимир, но он принадлежит именно Русскому миру, центр которого сегодня – Москва". Именно это в переводе с церковного на светский язык сказал Патриарх. И это – очень сильное заявление. Которое может иметь наихудшие последствия для Украины. Поскольку все эти империалистические заявления уже порождают угрозы следующего содержания: сегодня Украина не может существовать самостоятельно, должна или выполнить свое историческое предназначение и опять стать частью Русского мира, или ее оккупирует греховный Запад. И чтобы спасти от этой оккупации, Россия уже готова предоставить интернациональную помощь. Пока что это помощь в информационной войне русских патриотов "Единого отечества", а завтра пришлем ограниченный контингент. Конечно, согласно желаниям украинского народа, высказанным в многочисленных обращениях трудящихся к наисвятейшему в мире Патриарху, наидобрейшему в мире премьеру и наимилейшему в мире президенту. Католическая альтернатива относительно наций Согласно католическому социальному учению каждая нация имеет право на самоопределение. Это право дано ей Богом. Это право на независимость выражено в естественном законе. Каждая нация имеет право на независимое существование так же, как и каждая семья имеет право на независимую собственную жизнь. Как нерушимой святыней является семья, так и нерушимой святыней является жизнь каждой нации. Целью христианства не является создание отдельных христианских цивилизаций. Цель Церкви – спасение всего мира, обращение всех народов. При этом христианство должно использовать при проповеди язык каждого народа, язык его культуры. Все это – азы католической концепции христианской культуры. Но их воплощение в жизнь производит неизгладимое впечатление. Помню, как впервые увидела расписание воскресных служб на костеле св. Александра в Киеве. Литургия на украинском, польском, русском, английском, латыни, испанском, опять на украинском , опять на польском. Помню, как впервые находясь на католических похоронах, услышала тихий вопрос ксендза: на каком языке служить? И на встречный вопрос "На каком можете?" удивленно вслушивалась в длинное перечисление десятка языков, заканчивающееся "церковнославянским". Вся эта культурная толерантность не может не производить впечатление. Если католики заявили, что все языки должны быть священными, то они воплотили это в жизнь. Что же у нас? Патриарх говорит: "высоко ценя роль русского языка, мы также не должны забывать и о различных коренных языках Русского мира: об украинском, белорусском, молдавском и о прочих". Но попробуйте попросить обычного киевского священника УПЦ (МП) совершить Таинство Крещения или Венчания на украинском. Попробуйте собрать десяток-другой желающих и попросить настоятеля храма ввести вторую литургию на украинском. В лучшем случае откажут, в худшем – проклянут. Почему? Ведь все языки должны обогащать какой-то "общерусский язык". Буквально украинский, белорусский и молдавский языки "обогащали и продолжают обогащать многоликую культуру Русского мира. Кроме того, они не раз оказывали прямое влияние на развитие общерусского языка". Это все равно, если бы Папа Римский заявил, что все католики принадлежат великому Итальянскому Миру, и все европейские языки очень ценны, поскольку обогащают итальянский. И предложил бы французам или немцам присоединиться к Италии, которая, конечно же, очень чутко отнеслась бы к их культуре и языкам. Такого рода бред возможен только в кошмарном сне. Потому во всем мире подчиненность католиков Римскому архиерею не создает угроз для национальной безопасности государств. А вот о Московском Патриархате такого не скажешь. Поскольку сегодня он предлагает вернуть прежние колонии к единству с империей, ссылаясь на общую историю. Ну вот когда-то Римской империи принадлежало пол-Европы. А не так давно Франции принадлежал Алжир. Так что – объединяться? Никто и не думает о таком. А Патриарх призывает именно к единому Русскому миру. И чего им не хватает? В свое время, когда россияне затеяли борьбу за Тузлу, президент Украины Леонид Кучма очень метко высказался: "Смотрите сегодня на карту России. И чего им не хватает?" в самом деле, огромная территория, неосвоенная и нецивилизованная. Работы хватит еще многим поколениям. Но ведь не спиться ночью, все мучит вопрос: "И как это они отдельно?" Но Патриарх Кирилл сознательно провоцирует Российское государство на информационную войну за Русский мир. Пока что информационную. И провоцирует, потому что Патриарху есть что терять. Это тысячи приходов Московского Патриархата. У РПЦ в Украине приходов больше, чем на территории России. И понятно, что Патриарх не хочет их потерять. И думает, что лучший способ обеспечить объединение общин УПЦ с МП – это устройство Русского мира. Однако в действительности – это путь к гибели. Поскольку имеются два печальных для Патриарха обстоятельства. Первое: пропаганда русской идеи через УПЦ (МП), "зомбирование" верующих этой церкви, могут вызвать только снятие ее с регистрации, утрату само Церковью вообще и каждой ее общиной в частности всех юридических прав. Такого рода неприятность уже случалась с общинами МП в некоторых странах. И после "подписания мира" значительная часть церковного имущества уже не принадлежала МП. Второе обстоятельство: пропаганда русской идеи дает основания заподозрить Патриарха Московского в этнофилетизме. Это ересь, по которой у отдельных наций прав больше, чем у других. Если у Патриарха имеются какие-то необычные представления об этносе, сочетающие русский национализм с российским империализмом, это еще не значит, что его утверждение не попадает под определение этнофилетизма. И, наконец, Патриарх балансирует на грани духовного манихейства. Сочетание языческого обожествления нации или империи, канонической территории или цивилизации – это все равно этнофилетизм. Называние территорией добра Русского мира или России, РПЦ или Кремля – это все равно манихейство, если при этом учить о ком-то ином, как о "территории зла", а о соседях – как о предателях. Пора вспомнить: Христос заповедал ученикам оставаться свободными В своих отзывах о визите в Украину Патриарх говорил, что украинские автокефальные и Греко-Католическая Церкви существуют только за счет политической поддержки. На самом деле, они существуют за счет отвращению от российского империализма. Одного Патриарха Кирилла достаточно, чтобы украинец стыдился собственной принадлежности к Московскому Патриархату. И, безусловно, что украинец не может выбирать русский тоталитарный мир Патриарха Кирилла, в котором права личности и нации уничтожены теоретически и практически. Украинец может выбрать только свободу – свою и Украины. И такой выбор является выбором не только здравого ума и патриотического сердца. Это – выбор христианской совести. Поскольку вся риторика Патриарха – псевдохристианская и принадлежит тому самому миру, от власти которого Христос освободил своих учеников. А выбор рабства может быть только выбором слепцов и людей с мертвой совестью. Безусловно, в Украине существует пятая колонна Москвы, и она аплодирует всем начинаниям Патриарха. Народные депутаты из Партии Регионов предлагают принять в Верховной Раде ту доктрину о правах человека, которую написал Кирилл Гундяев еще в 2006 году. Остается принять его речь о русском мире в качестве закона Украины об основах внутренней и внешней политики. Что это – слепота или отсутствие совести? Откуда это желание стать рабами демагога и певца тоталитаризма? Эта склонность к принятию российской идеологии как собственной – от нежелания быть собой, быть украинцами (если они ими вообще были). Получив свободу, раб ходит и ищет господина, который бы за него решал и думал – чтобы ни за что не отвечать. Эта рабская боязнь ответственности, боязнь независимости – источник странной инфантильности украинских политиков. Следовало бы, наконец, задуматься над тем, что говорит человек, претендующий на то, чтобы быть духовным отцом. И понять – за его риторическими хитросплетениями ничего, кроме апологии рабства, не стоит. Ну еще можно понять, когда сам Патриарх Кирилл выбрал искушение властью – и стал рабом. Это давнишняя проблема, и не каждый устоит во время своего искушения хлебом, властью и гордыней. Но искушаться рабством – это уже признак клинической болезни души. Татьяна ЛЕВЧЕНКО, историк, религиовед, старший преподаватель кафедры философии Национального Университета ГНС Украины (Ирпень) 11 ноября 2009 г. +++

(Добавил ссылку к себе в дневник)