«Лепс действительно является доверенным лицом Путина, он любимый во всей стране певец <...> Как и интересы всех граждан РФ, его интересы будут защищены». Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента.
Попадание в черный список минфина США может быть неплохим способом продемонстрировать свою любовь к родине и добиться демонстрации любви родины к себе. На прошлой неделе США расширили список иностранцев, которым из-за предполагаемых связей с ОПГ Brothers’ Circle запрещено иметь в США финансовые активы. Одним из фигурантов списка оказался Григорий Викторович Лепсверидзе, он же Григорий Лепс, он же Гриша, гражданин неназванного государства, проживающий в Таиланде. Роль у Гриши, по информации минфина США, была не то чтобы значительная — курьер, перевозчик наличности через границу.
Минфин США, естественно, не мог понять в сей миг кровавый, на что он руку поднимал. Кому курьер Гриша, а кому доверенное лицо президента, заслуженный артист России, поющий, по собственному признанию, «сердцем и яйцами», каковой редкостный талант принес ему 2-е место в списке самых богатых музыкантов по версии русского Forbes. Поющие сердце и яйца отчетливо слышны, например, в шлягере доверенного лица «Рюмка водки на столе», который в сочетании с рюмкой водки в руке создает у половины населения страны и трети фигурантов обычного списка русского Forbes кратковременное ощущение счастья.
Такой человек не может, понятно, быть каким-то курьером Гришей. Он законопослушный гражданин России, разъяснила его пресс-секретарь агентствам, всегда выступает в поддержку Владимира Путина и власти. Власть России не замедлила отблагодарить заслуженного артиста и потребовала от США дать объяснения и не лезть со своими законами за свои границы, так как Россия в состоянии самостоятельно отличить заслуженного артиста от мафиози.
Но есть и другой вариант — например, исполнить мечту заслуженного артиста Лепса и дать ему спеть на Олимпиаде в Сочи. И польется песня сердца и яиц над долинами и взгорьями, и зарыдает американская делегация, лишенная счастья слушать Лепса на своей подозрительной родине, и отольются наши слезы.