Один день сменяет другой. А у меня всё уходит в кончики пальцев. Я проживаю совершенно другую жизнь, о которой никто не знает.
Я вся - внутри себя. В детстве у меня была такая игрушка: круглое мохнатое жёлтое существо с глазами и хвостом; его можно было вывернуть наизнанку и оно превращалось в розовую шапку с фиолетовым помпоном. А ведь никто и не знал, что у этого существа внутри была шапка.
Может быть у меня тоже внутри шапка?
Я глажу стволы деревьев и кирпичные дома. Они уходят в меня через кончики пальцев. Они остаются там. Они и ещё сандаловые палочки, ромашка аптечная, ванильная свечка, клетчатый шерстяной плед, книга Костанеды, хот-дог с кетчупом и горчицей, немного вермута, голубой сарафан в белый цветочек, рюкзак для приключений, музыка Пако де Люсии и моя рыжая собачка.
А всё остальное рождается внутри и проживается так тихо-тихо.. Всё остальное приходит в мои сны:
Там я - дочка Круглого короля. Он на моих глазах рвёт шёлковые зелёные платки и превращает их в изломанные спички. А потом он просит меня запомнить, что суть вещей невозможно знать наверняка, что платок - это спичка, а может баобаб, а может платка и вовсе нет, а может быть вовсе нет Круглого Короля, а может и меня самой.
Но днём я смотрю на сирень и вижу только сирень, хотя знаю, стоит мне повернуться к ней спиной, и она превратится в голубя. Или каштан.
Иногда в мои сны приходит кошка и я кормлю её шоколадом из рук, потому что она принесла мне пуговицу, оторвавшуюся днём от серой рубашки. Но я забываю спросить кошку где она её нашла, поэтому утром у меня по-прежнему нет пуговицы. А дальше ко мне в сон приходит толстый человек и, я бегу от него по лестницам, которые складываются в лица. Лестницы-лица. Пуговки-пуповины.
В своих снах я прихожу к метро, но не захожу внутрь, а сажусь на перевернутый там-там и жду ветер. Мы с ним собираемся послушать концерт для флейты. В своих снах я могу лечь прямо на разделительную полосу и чувствовать как дрожит дорога от проносящихся мимо машин. В своих снах я могу сесть в экспресс и уехать в серый дождливый Париж, найти на вокзале двух грязных бродяжек и изучать с ними древние астрологические карты. В своих снах, я могу украсть из церкви чарочку, потому, что это вовсе не чарочка, а самый настоящий ключ, который нужно лишь вставить в подходящий замок и там непременно будет Солнце Мира.
Это всё внутри, это лишь изредка приходит во вне молочной пыльцой на кончиках пальцев. Это внутри.
Мне бы хотелось встать на цыпочки посреди весенней улицы и вывернуться наизнанку. Мне бы хотелось показать прохожим Круглого Короля у меня внутри.
Иногда мне становится неизмеримо грустно, что я никогда никому не смогу его показать.
Но он существует.
Он также реален, как лимонное дерево, превращающееся за твоей спиною в скрипку.