«Жизнь – не такая простая штука, какой кажется на первый взгляд. На самом деле она еще проще». Это любимая поговорка одной моей знакомой – милой тихой женщины постбальзаковского возраста. На все мои жалобы о тотальной русской нестабильности, о моей неспособности противостоять жесткости современных реалий, о беспомощности в жизненном круговороте она отвечала загадочной улыбкой человека, знающего истинную цену подобным стенаниям. «Проще, проще относись ко всему. Каждый момент твоей жизни – это воля Божья. Знай это всегда – и посмотришь, как изменится твое отношение к жизни» – был ее любимый ответ. Она много путешествовала, видела немало интересного и, обладая тонкой наблюдательностью, любила подмечать ситуации, подтверждающие ее убеждения.

Она навестила нас через неделю после возвращения из Америки. Я в очередной раз пребывала в упадническом настроении человека, чья трудовая книжка пылится на полке. Чай в чашке давно остыл, а я продолжала едко-ироничную тираду в адрес очередного работодателя, не оценившего адекватно мой красный диплом и предыдущий ценный опыт. Обладая массой свободного времени, я стала смотреть голливудские фильмы – сопереживать их героям и грезить о том, что однажды случай изменит мое беспросветное существование.

– А хочешь, я расскажу тебе одну историю? – внезапно спросила знакомая, прервав мой пессимистичный монолог.

Ее рассказы всегда были очень интересны, и я, конечно же, согласилась.

Она сложила руки перед собой и начала:

– В Риме у меня была пересадка. До рейса в Москву оставался час, не больше. Я уже перечитала все газеты и стала смотреть по сторонам. В соседнем ряду сидела очень красивая молоденькая мама и кормила грудью годовалого малыша. Параллельно она с терпеливой улыбкой доказывала соседке, что мужики – во всем мире мужики. Они читают одни книги, смотрят одни фильмы, одинаково орут на футболе и одинаково примитивно обманывают женщин. Прожив три года в Италии со своим итальянским мужем, она убедительно парировала все выпады собеседницы против русских мужиков – якобы самых ленивых, самых лживых, самых наглых и невоспитанных: «Русские мужики только и думают, как украсть... Нигде в мире так не воруют, как русские чиновники». «О, нет! Итальянские чиновники воруют гораздо больше! Поверьте! Разоблачения происходят чуть ли не ежедневно…» «Так, как наши обманывают и бросают своих жен, никто в мире не поступает...» «Да я регулярно вижу итальянцев, бросающих жен с кучей детей ради молоденьких дур...» «Зато на Западе женщина защищена от физического насилия...» «Бьют! И еще как. Ломают носы и скулы, руки и ноги...»

Беседа дам плавно перетекла к воспитанию детей, вопросам здоровья и культуры, а я все прокручивала этот диалог. Я могла бы согласиться с молоденькой русской синьорой из Италии буквально во всем. Я восхищалась ею. Она летела на Родину с чувством нескрываемого восторга: «Как я хочу наговориться на родном языке!» Даже кислая мина и нескончаемые жалобы соседки на «невыносимую жизнь в России» не могли помешать ее восторженности.

Самолет благополучно приземлился. Русская итальянка подхватила ребенка – весь полет он мирно спал и теперь радостно хлопал глазками. Рюкзак она повесила на спину, а второй – свободной – рукой потащила коляску. НИКТО не предложил ей помощь. И, к своему последующему стыду, я в том числе. На ее лице сияла счастливая улыбка довольного всем человека, и мне стало неловко вторгаться в этот благополучный мир со своим предложением помощи. Она выглядела очень сильной и самодостаточной. Правда, походка ее показалась мне странной – уж слишком неуверенно она ступала. Так ходят люди, растянувшие сухожилия...

Пока ждали багаж, я не выдержала: «Извините, я невольно слышала ваш спор... Вы замечательная женщина, редко встретишь у наших соотечественников за границей такое отношение к Родине. Сколько я ни пыталась, мне редко удавалось переубедить людей в их повальном русском пессимизме...» – «Да, верно! Уныние тут одолело всех... А мне унывать нельзя. Только радость дает силы. Я ведь без обеих ног, на протезах хожу. А еще сына растить. Так что без оптимизма – никак». Рассмеявшись при виде моего ошеломленного лица, Дина (так она потом представилась) рассказала, как в ранней юности попала в автокатастрофу... Потом вышла замуж за итальянца – протезы не помешали ему разглядеть в ней ЧЕЛОВЕКА. Потом родила Мирко и хочет, чтобы он вырос «настоящим русским мужиком»...

Я молча встала и помыла чашку. Мне стало стыдно, и, рискуя показаться невежливой, я вышла из кухни.

Истории просто хороших людей – пожалуй, самый большой дефицит наших дней. В чем заключается простота их жизни? Может, она в том и состоит, что нужно просто жить и не жаловаться?

Анастасия Екимова
источник