<b>  Глава 27. Дневники Слизерина</b>

Перевод  ПРОСТОЧУДО

Бетинг Vika 952, Рёко

На следующий день после уроков Орион забежал в ванную комнату своего общежития и закрылся в туалетной кабинке. Это было самое безопасное место, а иначе его непременно бы обнаружили. Он закрыл глаза и сконцентрировался, представляя себе большую статую Слизерина. Ее внушительный размер, длинную бороду и расправленные плечи, строгое лицо…  Собрав внутри себя всю магию, он постарался ощутить Тайную Комнату со всеми ее деталями, какие только смог вспомнить. Пока он представлял, что его тело сжимается как при аппарации на дальние расстояния, — на лбу выступил пот.  Через некоторое время Орион открыл глаза. Он все еще стоял напротив закрытой двери кабинки. Вздохнув, он сконцентрировался снова, на этот раз на темной магии в его магическом ядре, представляя, как по венам течет кровь. Он просто должен поверить, что в нем есть кровь Слизерина, возможно, это и будет решением. Он вонзил  ногти в ладонь и посмотрел на выступившую каплю крови. Размазав ее по ладоням, он снова закрыл глаза. Орион сосредоточился на теплой крови, которую чувствовал на руках, и заново представил, как она бежит по его телу. Призвав свою магию, он снова сосредоточился на образе Тайной Комнаты. Он зашипел на парселтанге. Казалось, это длилось годы. Орион был максимально напряжен и вдруг почувствовал, как что-то изменилось. Он продолжал представлять перед собой статую Слизерина, концентрируясь на этом образе. И тут он почувствовал ЭТО. Огромное давление со всех сторон сжало его тело, сердце ускорило ритм, и, наконец, давление спало. Юноша медленно открыл глаза и увидел перед собой ноги статуи.

Орион моргнул. Оказывается, Слизерин был прав. В нем текла кровь основателя. Но как? Ведь это было невозможно…  может, все из-за его связи с Воландемортом? Еще одно необъяснимое последствие? Орион покачал головой и взглянул на наручные часы. Время! Он потратил целый час на попытки аппарировать сюда. Ну, с практикой это получится быстрее. Он взял себя в руки, молясь Моргане, чтобы грозная рептилия не стала  рассматривать его в качестве ужина. Парень расправил плечи, стоя лицом к статуе, и решительно прошипел:

 — <i>Величайший из Хогвартской Четверки, говори со своим наследником! </i>

Одновременно  произошли сразу две вещи — это заставило Ориона разинуть рот.  Сложенные на груди руки Слизерина начали со скрежетом раздвигаться, пока локти не оказались прижатыми к бокам, а предплечья с протянутыми ладонями не вытянулись в сторону Ориона. Огромная круглая каменная дверь, прежде скрытая за скрещенными руками, начала поворачиваться, открывая проход. В это же время рот статуи открылся, и оттуда начал выползать гигантский василиск. Кожа Ориона покрылась мурашками от звука скольжения чешуи по каменным плитам.

Глядя в пол, юноша быстро зашипел:

— <i>Орсана, пожалуйста,  закрой глаза, чтобы я мог посмотреть на тебя. </i>

   Гигантская змея продолжала скользить по направлению к Ориону, ее длинный хвост еще не полностью выполз из отверстия между губ статуи. Как только все тело оказалось на полу, она подняла голову и посмотрела вниз на Ориона со своей внушительной высоты.

<i>— Хозяин? </i> — зашипел василиск, пробуя воздух вокруг него. — <i>Ты  наследник Салазара, но я не узнаю тебя. Где Том? Он был последним, кто приходил ко мне.

— Орсана, ты закрыла глаза? </i> — твердо спросил Орион.

— Да, хозяин, — покорно ответила та.

   Но Орион не собирался рисковать, поэтому он взмахнул палочкой и сотворил зеркало. Он может остолбенеть, но, по крайней мере, не умрет. Но тут у него появилась другая идея. Он использовал заклинание трансформации человека и создал себе тонкие, как у рептилии, веки, через которые он мог бы видеть. Чем больше барьеров между его глазами и глазами Орсаны, тем лучше. Повернувшись к ней  спиной, он опустил новые веки. Поднеся зеркало к лицу, юноша повернул его так, чтобы видеть глаза змеи. Короткого взгляда хватило, чтобы понять: она действительно опустила внутренние веки, как он и приказал. Со вздохом облегчения он уничтожил зеркало и отменил чары трансфигурации.

Орион повернулся к ней лицом.

<i>  — Ты должна повиноваться каждой моей команде, так?

 — Да, Хозяин, </i> — ответила Орсана, оборачивая хвост вокруг себя. </i>  — Каково ваше пожелание?

 — В моем присутствии ты должна будешь всегда опускать свои внутренние веки, чтобы не навредить мне, </i>  — прошипел юноша.

 — <i> Как прикажете, Хозяин, </i>  — согласилась Орсана. — <i> Том просил меня о том же. Где Том?

 — Том больше не в Хогвартсе, он выпустился несколько десятилетий назад. И если ты когда-либо увидишь его снова, то не говори, что видела меня здесь. Никто не должен знать, что я наследник Слизерина и что я был в этой комнате.

 — Я сделаю, как вы приказываете, Хозяин, </i> — Орсана склонила голову. Затем она разочарованно добавила: — <i> Он обещал найти мне пару, чтобы у меня появился выводок. Я долго ждала, чтобы сделать  кладку. Когда он придет? </i>

Орион закатил глаза. Как это похоже на Тома: обещать что-то, а потом просто удобно забывать об этом.

 — <i> Я не знаю, Орсана. Но я попробую подобрать  тебе пару, если смогу, хотя василиски практически вымерли. Это будет очень трудно, но если я когда-нибудь узнаю, что где-то есть достойный тебя партнер, я сделаю все, чтобы заполучить его. И однажды  я напомню Тому о его обещании.

 — Спасибо, Хозяин, </i> — ответила она довольно.

Орион вытянул шею, чтобы рассмотреть вход в покои Слизерина, и озадаченно спросил:

<i>  — Эмм… Орсана, а как Том заходил в комнаты Слизерина?

 — Он забирался мне на голову, и я поднимала его. Хотите  попасть туда? </i>  — взволнованно спросил василиск.

Орион улыбнулся.

<i> — Да, я был бы очень благодарен тебе за помощь. </i>

Орсана довольно щелкнула языком и стала опускать голову так низко, пока она не легла на пол перед Орионом, который с трудом на нее забрался. Голова василиска начала медленно подниматься, пока третью своего тела змея не облокотилась о статую  Слизерина, опираясь на  пол остальной частью. Достигнув груди статуи, она наклонила голову, и Орион ловко спрыгнул прямо к входу.

Перед  тем, как войти внутрь, юноша благодарно прошипел:

<i>  — Спасибо за помощь. Ты будешь ждать меня, чтобы выйти?

— Если вы этого хотите, Хозяин, </i> — безразлично ответила Орсана.

 — <i> Можешь  поползать в трубах, если хочешь. Ты очень долго не выходила отсюда. Воспользуйся возможностью проветриться, но оставайся на уровне подземелий. Только не разговаривай и вообще не шуми. Тебя не должны заметить, и не допускай, чтобы кто-либо или что-либо узнали о твоем существовании</i>, — сказал Орион. — <i> И вернись к пяти часам, к тому времени я уже закончу.

 — Спасибо, Хозяин, </i>  — ответила Орсана. — <i> Я последую вашим указаниям. </i>

Орион кивнул и зашел в проход. Внутри было темно, хоть глаз выколи. Он вытащил палочку и произнес:

— Lux.

Тут же заполыхали все факелы на стенах, и загорелись свисающие с арочного потолка канделябры. Орион стоял в центре огромной круглой комнаты. В ней располагалось несколько роскошных кушеток глубокого изумрудного цвета, пара кресел и низких столиков. Но самое сильное впечатление производили полки, стоящие вдоль стен, сверху донизу уставленные книгами. Это была огромная круглая библиотека. Потолок был очень высоким, и Орион подсчитал, что полки поднимаются вверх на высоту примерно трех этажей.  

Глаза мальчика засверкали в предвкушении  возможности прочитать столько книг. Как жаль, что у него не хватит времени на все. Он представил, как много успел просмотреть Том за годы своей учебы в Хогвартсе. Даже если он будет без перерыва читать четыре месяца, у Воландеморта все равно будет больше знаний. Вздохнув, Орион огляделся и заметил несколько ведущих из комнаты дверей.

Не торопясь, он исследовал помещение и обнаружил, что одна из них вела в просторную лабораторию. Наверняка, Мастер Краген и Профессор Снейп продали бы своих матерей за одну только возможность попасть сюда. Здесь  находились приборы, которых Ориону никогда доселе не приходилось даже видеть, и некоторые странные устройства, знакомые ему по кабинету Снейпа. Шкаф для ингредиентов был заполнен пустыми флаконами, и это заставило Ориона предположить, что кто-то наложил сильное чистящее заклинание, убравшее пыль, мусор и испорченные ингредиенты. Другая дверь вела в просторную ванную комнату, где сама ванна походила скорее на маленький бассейн. За следующей дверью обнаружилась элегантная спальня, в центре которой располагалась огромная кровать. Стены комнаты были обиты тканью темно-зеленого и серебряного цветов. Конечно же, Салазар любил комфорт. Но самая интересная для  Ориона комната обнаружилась за четвертой дверью. Это был личный кабинет Слизерина. Большой письменный стол и высокое антикварное кресло были единственной мебелью, помимо огромного количества полок с книгами.  Еще в кабинете имелась дверь, ведущая в лабораторию. На полках Орион заметил множество книг, написанных на змеином языке, и, наконец, самое главное — дневники Салазара.

Юноша сел за стол и с почтением провел рукой по старинным фолиантам и дневникам. Он решил, что сначала прочтет все змеязычные книги, которые только найдет в кабинете, а потом начнет работать с теми, что стоят в главной библиотеке. Орион был уверен, что найдет здесь множество заклинаний, которые помогут ему в будущем.

«В первую очередь надо найти что-нибудь против этой птицы, Фоукса, а еще заклинания  для невидимости. Хмм, возможно, еще будет полезным узнать что-нибудь новое о ментальной магии», — размышлял Орион. Том никогда не объяснял, как возникла их с Воландемортом принудительная связь. А сам он никогда не читал о чем-то подобном в учебниках и книгах по Легилименции и Оклюменции.

Он вернулся в библиотеку и стал выбирать книги, которые хотел прочесть в первую очередь. Было так много разных тем и захватывающих названий, что ему было почти что больно отказываться от некоторых в пользу других. Выбрав приблизительно тридцать книг, юноша устроился на одной из кушеток и настроился на долгую ночь.

***

Дальнейшие месяцы промелькнули для Ориона незаметно. На следующий день после находки он сварил в лаборатории Слизерина приличный запас Бодрящей Настойки. К счастью, для зелья потребовались только стандартные ингредиенты, которые уже были у юноши, и ему не пришлось пользоваться совиной почтой. Вначале он был полон энергии, и как только все в общежитии Дурмстранга засыпали — аппарировал прямо в круглую библиотеку и продолжал читать. По прошествии недель он мог спокойно аппарировать, прилагая при этом минимум усилий; прочел уже  множество книг и решил сделать небольшой перерыв, чтобы потренировать самые важные и сложные змеязычные заклинания, которые успел вычитать.  Он узнал заклятия настолько темные и ужасные, насколько и захватывающие —  их можно было считать работой абсолютного гения. Они полностью захватили Ориона. Они так сильно отличались от тех, что он обычно использовал. Даже заклинания из первых трех змеязычних книг, одолженных его первым наставником Рагнароком, не могли сравниться с теми, что он обнаружил в этой библиотеке. Проклятья Салазара были абсолютно оригинальными, они создавались без ограничений на магию или законов, которые вынуждали создателей изменять свои заклятия, чтобы сделать их приемлемыми. Заклинания Слизерина были… безупречными, именно это слово пришло Ориону на ум первым. Настолько первозданными и безупречными, что творить их было огромным удовольствием.

Он знал, что времени оставалось мало, поэтому стал принимать Настойку  чаще, а количество отводимых для сна часов сокращалось с каждым днем.  Орион пока справлялся с уроками и в Хогвартсе и в Дурмстранге, но он отгородился от друзей, хотя сейчас и не возражал против этого, ведь книги были намного важнее. По окончании уроков он всегда придумывал оправдание своему поспешному исчезновению, а возвращаясь под утро в спальню, всегда убеждался, чтобы его соседи по комнате видели, как он встает с кровати. Орион забросил свою вторую анимагическую форму и дополнительные занятия по темному волшебству, но все это было мелочью по сравнению с тем, что он получал, работая над книгами Слизерина. Знания, содержащиеся в круглой библиотеке и кабинете Салазара, заставляли Ориона трепетать при каждой мысли о них. После месяца в таком ритме он  обнаружил, что стал физически слабее, да и есть стал меньше — это было одним из побочных эффектов длительного приема зелья, но у него не было другого выхода. Калипсо и Лезандер сильно волновались, но юноша нашел способ успокоить их. Он просто стал пользоваться чарами, скрывающими темные круги под глазами, и подогнал одежду, чтобы потеря в весе не была столь очевидной. Но его волшебство и разум, в противоположность слабеющему телу, были как никогда активны и ясны.

В результате за месяц до финального испытания Орион осилил две трети книг из тридцати выбранных. Он решил пока отложить их и заняться дневниками Слизерина, а уже потом закончить с книгами. То, что он узнал из объемных рукописей, заставило его кровь застыть, а ум заработать в полную силу. Всего их было семь. Семь дневников, содержащих в себе все эксперименты Слизерина: его идеи, философию, интересы… а еще то тут, то там проскальзывали описания эпизодов из его жизни. Эти дневники создавались не для публикации, поэтому порой было довольно трудно уследить за повествованием и мыслью Слизерина, да и записи не всегда делались  аккуратно. Последние же дневники оказались самыми трудными. Они были пронизаны отчаянием и лихорадочными поисками ответов на его жизненные искания.

 Орион впитывал в себя информацию, перелистывая страницы и погружаясь все глубже в мысли Салазара. Его сердце билось громче и быстрее, пока он лихорадочно  поглощал невероятные сведения. Бесценная, уникальная информация, неизвестная миру, которой Слизерин посвятил свою жизнь, чтобы получить ответы на волнующие его вопросы.

Отдельные фразы на парселтанге вспыхивали в голове у Ориона, когда он перечитывал наиболее простые для понимания страницы:

<i>   « Годрик и Хельга были напуганы, когда узнали, что я использую свежие трупы магглов и грязнокровок, чтобы изучить их анатомию… «Некромант» — вот кто я по их мнению, но, к сожалению, у меня нет этой силы… я мог бы найти ответы на свои вопросы, если бы был им… Я пытался объяснить необходимость изучения их анатомии… но напугал их применением кровной магии, моими ужасными зельями, использованием крови,  препарированием мертвых человеческих тел…  конечно, Г и Х попали под влияние маггловских суеверий… «Чертовщина» — вот как они называют мои исследования, но они не понимают, что все это ради ответов, ответов, которые помогут обезопасить наших магических потомков.

Я пытался объяснять это Годрику…  Я думаю, что теряю его дружбу из-за этого, но его неосведомленность и упрямство начинают меня раздражать … Хельга  отказывается меня слушать, когда я называю магглорожденных «грязнокровками»,  доказывая свою точку зрения… Только Ровена слушает. Милая язвительная Ровена…

Как появились темные волшебники? Моя кровь так отличается от крови Годрика, Хельги и Ровены…  Все мои эксперименты с зельями подтверждают это, есть какая-то составляющая, которая отличается… Моя кровь несет в себе противоположный их крови компонент, и я верю, что именно это делает мою магию темной, а их — светлой… Должно быть, это пришло из магии Земли, прямо как в теории Ровены. И, опять же, я знаю, что только Некромант может рассказать мне об этом подробнее… об источнике моей темной магии. По слухам, это женская сила… Почему появляются темные волшебники, когда уже есть светлые? Магия опять создает противоположности, для поддержания баланса, как всегда говорит мне Ровена? ... Возможно, ведь, в конце концов, магглы стали сильно различаться, и логично, что то же самое произошло и среди волшебников…

… я изо всех сил пытался изолировать химический элемент в моей темной крови, который делает ее отличной от крови моих друзей, и, наконец, я создал серию заклинаний, которые нужно произнести над зельем, чтобы все получилось… Сегодня я смешивал темную кровь с некоторыми другими и наблюдал за результатами… Светлая кровь может смешиваться с более сильной темной и давать положительные результаты… Потомство от такого смешения будет иметь темную магию…  Я сделал больше этого типа крови для многократного скрещивания, чтобы смоделировать многие поколения потомства, и результаты, тем не менее, положительные, но магия гораздо слабее, чем при скрещивании темной и темной крови… То, что дало неопровержимые доказательства всем моим утверждениям — это результаты моих тестов с кровью магглорожденных… Их кровь полностью уничтожает темное волшебство в темной крови после нескольких скрещиваний и уменьшает светлое волшебство в светлой крови, но не так значительно…

…То, что я говорил Годрику,  теперь имеет реальные доказательства… Теперь он должен меня выслушать! ... Магглорожденным можно позволить смешиваться только с им подобными  или же с магглами, им нельзя позволять портить наши магические родословные…  «Грязнокровки» — вот как я называю их теперь, потому что они такие и есть, смешение двух видов, чрезвычайно опасное для наших кровных линий, и именно поэтому их надо контролировать, иначе они запутают наши родословные, и наша магия станет непонятной… Это окончательный результат моих экспериментов по смешиванию темной и светлой крови с кровью магглорожденных, и он неутешительный… После сотен скрещиваний, дающих сведения о возможном потомстве после веков размножения… Результаты точные, в конце темные грязнокровные и светлые грязнокровные потомки будут иметь одинаковые магические способности, а еще одинаковые типы магии [п/п: если кто не понял: темные грязнокровные — от смешения темной крови  с магглорожденными и, соответственно, светлые грязнокровные — смешение светлой крови и крови магглорожденных] … Кровь магглорожденных  доминирует, поэтому в обоих случаях конечный результат одинаковый… Как итог: потомки с нейтральной магией, не темной и не светлой, но, что хуже всего, гораздо слабее, чем их изначальные предшественники…

… Ровена понимает… частично, почему я делаю это, почему я так одержим и создаю самые темные из зелий, самые неестественные заклинания для моих экспериментов… Но в какой-то момент это стало слишком и для нее… Но она помогла мне понять силу природы, работу вселенной… Объясняя свои теории на площадке Астрономической башни…

…Я показал Ровене результаты моих последних исследований, и она согласилась, что я, должно быть, прав, но она смотрит на это с абсолютно другой точки зрения… Она рассказала мне о своих исследованиях и изысканиях по поводу физических сил нашего мира… Она проводит много времени на Астрономической Башне, много времени пытается объяснить мне свои теории…  Они такие захватывающие.   Должно быть, она права… Это могло бы объяснить мои результаты… Но все же, она рассматривает это отстраненно, мало заботясь о судьбе темной магии… Она верит, что если Магия решила создать магглорожденных такими, что они могут нейтрализовать светлую и темную кровь, создав мир с единственным нейтральным типом магии, тогда я не должен вмешиваться в планы Магии… Она полагает, что для этого существует веская причина… В нашем  сегодняшнем споре она снова использовала свою Главную Теорию Баланса Сил… Я не согласен… Если она права насчет того, как работают силы, которые она зовет просто Магией, тогда Магия дала нам сведения для изменения некоторых вещей… Мы не должны позволить двум типам магии исчезнуть… По крайней мере, я не допущу, чтобы темная магия задохнулась под напором грязнокровок… Как может Ровена оставаться в стороне, когда источники магии гаснут из-за них?.. Я ее не понимаю, ее ум всегда забит всякими созвездиями, она интересуется только физическими теориями, пытается объяснить, как взаимодействуют между собой силы… Она не любит людей, насколько я понял… Она рассматривает волшебников как существ, довольно незначительных в великой схеме вселенной… Сегодня я спросил ее: «Разве тебя не беспокоит твое собственное исчезновение?» На что получил простой ответ: «Если меня не будет, что-то придет вместо меня, и я не боюсь за то, что может прийти, оно всегда найдет способ уравновесить себя…»  И как она может до сих пор дружить с Хельгой?  Это самые непохожие ведьмы, каких я когда-либо видел.

…Магглы из близлежащей деревни называют Магию Ровены Богом. Это у них такое представление о волшебной силе, которая создает и уравновешивает вселенную… Ровена помогла мне это понять… Соединив ее идеи с моими исследованиями, я нашел объяснение… Я верю, Магия создала два вида людей на земле, магов и магглов, чтобы уравновесить мир, создав две противоположные сущности…  Магглорожденные произошли от магглов, как я уже доказывал раньше в своих экспериментах…  Я даже мог бы изолировать тот отличительный элемент, который, в больших количествах находясь в крови, позволяет магглам становиться теми, кого мы называем  «магглорожденными»… Я уже доказывал, что кровь магглорожденных может отравить наши родословные… У них в крови есть нейтрализующее вещество, как будто его поместили туда специально, которое подавляет наш вид магии при смешении…  Грязнокровки похожи на амортизаторы между магглами и волшебниками.  Произошли от магглов, несут в себе нейтральный тип магии, но такой, что способен в результате уничтожить темномагические родословные…  Они как судьи, контролирующий элемент, опасный для обеих сторон, но поддерживающий порядок…  Им нельзя позволять соединять их кровь с нашей... Кровь грязнокровок дестабилизирует нашу темную магию, только самые сильные рода смогут вынести подобное вливание… Но потомки от такого союза были бы магически нестабильны… Чтобы доказать эту теорию, я использовал свою кровь и кровь Годрика… Наша кровь может принять кровь магглорожденных без потери магического элемента, но у Годрика она слабеет, а моя становится нестабильной… После добавления большего количества крови магглорожденного, магический элемент в моей крови исчез…  С каждым последующим добавлением результаты ухудшались… Итак, следуя теории Ровены, грязнокровки появились с целью уравновесить светлых и темных волшебников, это возможность для нашей крови превратиться в новый вид… Она опять назвала это Балансом… Согласно ее словам, Баланс должен  поддерживаться, и неважно, что… Опять мы поспорили… Я не могу принять то, что она предлагает, а она не готова поддержать мои идеи, когда я пытаюсь убедить Годрика и Хельгу, потому что она и так довольна существующим положением вещей…

Сегодня я случайно обнаружил кое-что, и это сильно потрясло меня… Я даже не буду пока писать об этом, но возможности, которые открываются предо мной, потрясающи… Я не уверен, что готов создать это, пока не получу больше ответов… Но это позволит мне прожить достаточно долго, чтобы найти ответы на все мучающие меня вопросы и проблемы… Я все еще должен понять, что является источником темной магии, и довольно символично, что именно Некроманты наиболее чувствительны к подобным силам, ведь именно они способны решить стоящую предо мной дилемму…  Интересно: я обнаружил, что душа связана с кровью волшебника…   Если бы мои исследования не были направлены на темную кровь, я уверен, что никогда бы не сделал этого открытия, которое, по моему мнению, является тайным знанием Некромантов… Но у меня есть сомнения:  должен ли я прикрепить душу к Земле, чтобы никогда не умереть и продолжить свои исследования? Или я должен умереть с улыбкой на лице? Если бы я только знал, что происходит с душой после смерти…  Ее отсылают назад? Действительно ли возрождение возможно? Или она просто остается там? ...Ровена полагает, что души просто перестают существовать после смерти тела, уходят в небытие… Я даже не буду пытаться расшифровать теории, которые скрываются за этим ее простым утверждением…  Но если души не возвращаются, то я не хочу умирать, я бы предпочел прикрепить свою душу к земле путем создания нового тела… Таков мой способ возрождения, даже если это неестественно... Я начал создавать заклинания, но дела продвигаются плохо… Мне нужно больше информации…

До меня дошли слухи… Говорят, в лесах около деревни ГленнМулаг, на севере, живет Некромант…  То, что магглы боятся этого места, обходят его стороной, верный признак того, что, возможно, слухи не врут… Шепотки о необъяснимых вещах, повышенная смертность вблизи деревенского кладбища и странные звуки в лесах… я собираюсь найти ее или его, единственного ныне существующего Некроманта, по моим сведениям… мне нужны ответы на вопросы о душе и о темной магии, о темной крови…  Я лишь трачу время впустую, оставаясь в замке и пытаясь убедить Годрика…  Наши споры становятся все более ожесточенными…  Сейчас я нахожусь в покоях в последний раз перед тем, как  покину замок и отправлюсь на его или ее поиски…  Я не осмелюсь закрепить душу, не узнав, что происходит с ней после смерти…  Я назову это «Хоркрукс», кажется, вполне подходит для названия якоря, удерживающего душу на земле…  Если возрождение все же  возможно, то, если я расколю ее, чтобы создать Хоркрукс, в плане последующей жизни для моей души это будет просто ужасно…»</i>

Орион дочитал последний дневник Слизерина  и, хмурясь, закрыл книгу. Слишком много мыслей крутилось у него в голове, не давая четко мыслить. Он не спал вот уже сорок восемь часов подряд, читая все дневники Салазара. Идеи Слизерина были очень противоречивы, было трудно сказать, кем являлся  этот человек — гением или немного сумасшедшим, а, скорее всего, и тем, и другим. Он рассматривал отдельные идеи как основу и, отталкиваясь от них, изучал более сложные проблемы. Фрагменты, которые юноша  только что перечитал, были  самыми понятными из всех записей, и написаны наиболее простым языком. Другие же части ему пришлось перечитывать много раз, прежде чем понять суть. Идеи Ровены тоже было трудно понять. Слизерин так просто их описывал, но не привел ни одного подтверждения. Но если все полученные им результаты правдивы, тогда магглорожденным должно быть запрещено смешиваться с чистокровными магами. В заключение Слизерин говорит, что на данном этапе существуют три вида волшебников: светлые маги, темные маги и магглорожденные. Если один из них вступит в брак с другим, то спустя поколения магическая сила в крови будет гораздо слабее. И если бы они все смешались без ограничений, то в результате получился бы новый вид волшебников, произошедший от всех трех вместе, и он бы стал доминирующим. Нейтральные маги с более слабой магией, чем у темных магов, но к тому времени темная составляющая в крови была бы подавлена, таким образом, новый тип волшебства стал бы стандартным и общим. Ну, Орион был согласен со Слизерином: этого нельзя было допустить. Пусть Ровена со своим магическим Балансом идет куда подальше! Слизерин прав: мы существуем, чтобы изменить мир, и наплевать, что там задумали сделать магические силы вселенной. У нас есть право самим творить собственную судьбу, и мы сохраним наш тип магии.

Но кое-что выбивалось из общей картины: Салазар верил, что ответы на его вопросы знает Некромант. Он был прав в том, что Некроманты знают о происходящем с душой после смерти, но они не знают об источнике темного волшебства. В действительности это никому не известно.  Да, оно произошло от Земли, но никто никогда не видел физический источник, и никто не знал, как с ним связаться, если это вообще было возможно. «Ну ладно, допустим, — предположил Орион, — во времена Слизерина некромантов считали всезнающими существами, связанными с дьяволом и всякой подобной чушью, поэтому люди приписывали им какие-то сверхъестественные способности, которыми те на самом деле не обладали.»  Но юношу до сих пор кое-то беспокоило: желание Слизерина привязать душу к земле, чтобы возродиться и продолжить жизнь в новом теле…  Не это ли сделал Воландеморт?  Получается, он взял идею из дневников Салазара? Но Слизерин писал о… —  как он это назвал? —  точно, Хоркруксе, и его заклинания для создания этого предмета из расщепленной души были записаны в неоконченном виде... Салазар ушел из Хогвартса, не завершив свои исследования в этой области. А Воландеморт, получается, продолжил собственные эксперименты с того места, где остановился Слизерин? Действительно ли медальон — хоркрукс? Кажется, так и есть, но в дневниках про хоркруксы написано не очень много. Был ли способ обратного восстановления, присоединения кусочка обратно к душе? Но самым тревожащим было то, что Воландеморт создал целых два хоркрукса, не узнав до этого, что происходит с душой после смерти. Сомнения Слизерина были обоснованы. Самое страшное будет, если ты разделишь душу и привяжешь ее к Земле, а окажется, что после смерти ее место — в духовном мире, где она должна прождать положенное время, а после этого переродиться в мире живых.  Это противоречило бы естественному течению энергии и жизни, и Орион сильно сомневался, что создание хоркруксов было мудрым поступком со стороны Воландеморта. Если быть честным, это не на шутку его встревожило.

Парень устало положил дневники в верхний ящик стола и аппарировал в одну из туалетных кабинок в своем общежитии. В последнее время он чувствовал себя  полностью истощенным, даже Настойка  больше не помогала. У него было еще два часа до начала утренних уроков, а вечером им должны рассказать про Заключительный Этап Турнира. Но Орион должен был сделать еще кое-что перед тем, как завалиться спать хотя бы на эти жалкие два часа.

***

Он наложил на себя змеязычное заклинание невидимости, найденное в одной из книг Салазара, и пошел навестить портрет Основателя. Орион не разговаривал с ним с той самой беседы, когда Слизерин дал ему подсказку, как отыскать вход в его тайные покои в Комнате.

Не церемонясь, молодой человек уселся прямо на холодный каменный пол перед портретом. Отменив чары невидимости, он создал невидимый пузырь.

Орион взглянул на портрет, который, казалось, спал, и мягко прошипел:

<i> — Лорд Слизерин? </i>

Немедленно открыв глаза, волшебник посмотрел вниз на Ориона и, перестав притворятся спящим, выпрямился в кресле. Он внимательно обвел юношу хмурым взглядом.

<i>  — Чем ты занимался? Выглядишь ужасно. </i>

Парень пожал плечами и спокойно ответил:

<i>  — Я был занят, читал ваши книги и дневники, на сон времени как-то не хватало. Но не беспокойтесь, я… </i> — Он сделал паузу, а затем продолжил ровным голосом: <i> — Я закончил читать ваши дневники. Ну, мне пришлось перечитать их несколько раз, но… хорошо, у вас действительно верный взгляд на проблему магглорожденных. </i>

Слизерин выгнул бровь и произнес, растягивая слова:

<i> — Я рад, что ты наконец-то понял это. Ну так что, теперь ты убедился? </i>

Орион задумчиво нахмурился.

<i> — Я уверен, что им нельзя позволять смешивать свою кровь с нашей,  если ваши выводы  верны.

   — Естественно они верны…— </i> нетерпеливо перебил Салазар. — <i> И теперь ты осознаешь угрозу, которую представляют собой грязнокровки. Их нужно устранить прежде,  чем они станут причиной исчезновения нашей магии. </i>

Юноша покачал головой и решительно произнес:

<i>  — Нельзя обвинять их в том, что их кровь отличается от нашей! Как будто они сделали это нарочно! Кроме того, темные семьи уже и так знают об опасности смешения, и мы должны подтвердить это, объявив о ваших результатах всему магическому обществу, включая светлых, чтобы…</i>

Слизерин издевательски спросил:

<i>  — И ты думаешь, что светлые волшебники поверят в дьявольскую работу темного злобного Лорда Слизерина? Именно по этой причине мои наработки никогда не публиковались ни одним из моих наследников… Заклинания и зелья, которые мне потребовалось создать для своих экспериментов, являются темными. Именно поэтому Свет никогда не примет мои исследования.

 — В этом вы правы</i>, — вздохнул Орион. — <i> Но победители переписывают историю. Если темные маги придут к власти, исторические книги будут переписаны, и, со временем, темная магия перестанет пугать общественность. Ваше имя еще можно очистить, и следовательно, ваши выводы еще могут принять. К тому же, они стали бы необходимыми доказательствами для поддержки нужных законов. Нет нужды убивать или изолировать магглорожденных, мы просто должны установить законы, с помощью которых могли бы диктовать, что им позволено вступать в браки только с другими магглорожденными или магглами. Когда целесообразность законов доказана, им проще следовать.

 — Ты думаешь, что так будет проще, </i>  — ехидно прошипел Слизерин. — <i> И даже если ты справишься — а я могу тебе гарантировать, что многие грязнокровки найдут способ обойти закон — проблема все еще останется, и в будущем грязнокровки и светлые волшебники объединятся против темных магов. Количество грязнокровок растет с каждым годом, я вижу этому подтверждение среди первокурсников, поступающих в Хогвартс. И если это продолжится в таком же темпе, они численно превзойдут нас.

 — Может, именно это имела в виду Ровена, когда говорила о Равновесии? </i>  — нахмурился парень. — <i> Она говорила: все, что ни делается — к лучшему… и, возможно, это имеет смысл. Кроме всего прочего, если три вида смешаются, чтобы образовать новый, то больше не будет войн между Светом и Тьмой, не так ли? Тогда существовала бы только нейтральная магическая сила… только один вид волшебников… может, это следующая ступень эволюции для нас?..

 —  Разумеется, это не так, </i>  — со злобой перебил Салазар. — <i>Эволюция — это прогресс, а новый вид волшебников не был бы прогрессом! Их магия будет слабее нашей, я это уже доказал. Мир в магическом мире, достигнутый исчезновением светлой и темной магии, не стоит того!

 — Ну, пожалуй, я соглашусь с этим, </i>— устало произнес Орион. <i> — Я не хочу, чтобы темная магия была утеряна… но тогда между волшебниками постоянно будут конфликты… а через некоторое время, когда их количество возрастет, у магглорожденных будет больше политической власти. И они объединятся со светлыми, как вы и сказали. Похоже, в любом случае в будущем нам предстоит великая война.

 — Вот почему Темные должны раздавить их как можно скорее, </i> — твердо ответил Лорд. — <i>До того, как магглорожденные станут значительной силой в нашем мире. Сейчас самое время для решительных действий.

 — Возможно, </i>— уклончиво протянул юноша. <i> — Может быть, если бы мы победили сейчас и объяснили бы свои действия побежденным, доказали бы благоразумие наших законов… Но я опасаюсь, что магглорожденные все же восстанут против наложенных нами ограничений на выбор партнеров. И это понятно — кому понравится, что их свобода ограниченна конкретно по этому пункту…

 — Вот почему я считаю, что будет проще истребить их всех после победы Темных в войне, </i> — невозмутимо ответил Слизерин. <i>— Зачем беспокоиться, одобрят ли они законы. Если они не станут повиноваться, их нужно убить, нет ничего проще. </i>

Орион усмехнулся.

<i> — И вы думаете, что светлые волшебники останутся тихо сидеть в сторонке, пока мы будем убивать магглорожденных? Мы не можем установить царство террора, в конце концов, это аукнется нам самим. В стране необходимо политическое равновесие … Опять Равновесие…</i> — он покачал головой. — <i>Все должно быть тщательно продумано и спланировано. Я обдумаю это позже. Сейчас у меня есть к вам более неотложные вопросы. </i> — Сделав паузу, он впился взглядом в Салазара. — <i>Когда был создан этот портрет? </i>

В ответ Слизерин ухмыльнулся.

<i>— То есть, на самом деле ты хочешь узнать, до какого возраста сохранены мои воспоминания? А точнее, не храню ли я память до момента смерти «живого меня»?

— Да, </i>— признался парень, уставившись на него. — <i>Я знаю, что сейчас существуют заклинания, способные передать воспоминания портрету недавно умершего человека. Согласно «Истории Хогвартса», именно таким образом работают портреты школьных директоров.

 — Ну и кто, как ты думаешь, создал заклинания, которые помогают достичь таких впечатляющих результатов? </i>— с ехидной усмешкой спросил Слизерин.

Орион прищурился.

<i> — Вы использовали для этого свои исследования, не так ли? Вы не создали Хоркрукс, но при этом использовали одну из теорий, чтобы связать свои воспоминания так, чтобы в случае смерти все они сохранились в портрете.

 — Именно, </i>— с самодовольным выражением подтвердил Салазар.

<i>— Тогда вы должны  знать! </i>— взволнованно воскликнул парень. —<i> Вы нашли ответы? Нашли Некроманта? Кем он был? Или это была она?

 — О, да, я нашел Некроманта, </i> — хмуро ответил Лорд. — <i>Но я не знаю, кто это был. Чем именно он или она стала.

 — Что вы имеете в виду? </i>—  спросил Орион в замешательстве.

 — <i>Я осознал, что встретил  Первого дементора, </i> — с горечью произнес Слизерин. — <i>Конечно, тогда я этого не знал. Я встретился с неизвестным созданием. Нет нужды говорить, что оно не дало мне никаких ответов. Я не знал, с чем столкнулся, пока не стало слишком поздно. Оно просто высосало мою душу. Больше я ничего не знаю. </i>

Парень удивленно разинул рот.

 — <i>Вы… вы умерли от Поцелуя дементора? Столкнулись с самым первым из них? </i>

 — <i>Да, </i>— огрызнулся  Слизерин.

 — <i>А ваша душа? </i> — обеспокоенно спросил Орион. — <i>Вы знаете, находится ли она до сих пор в дементоре? </i>

 — <i>Нет, </i>— пробормотал Лорд. — </i>Я пропустил момент, когда она была полностью потреблена. Это случилось примерно пять столетий назад.

 — Итак… Дементору понадобилось где-то двести лет, чтобы полностью растворить душу, </i> — произнес юноша задумчиво.

 — <i>Да, примерно так, </i>— кратко ответил Салазар, а потом цинично добавил: — <i>Это ирония всей моей жизни. Я поехал на поиски ответов: узнать, разумно ли это —  создать Хоркрукс, чтобы сделать душу бессмертной, и в итоге, лишь для того, чтобы моя душа была разрушена тем, у кого я и надеялся найти эти ответы.

 — Вы умерли за свои идеи, </i> — печально произнес Орион. — <i>Вы умерли за желание продолжить свои исследования и получить больше знаний, чтобы убедить Годрика и Хельгу. И после всего, что вы сделали, они все еще не доверяли вам, потому что вы использовали очень темные средства, лишь для того, чтобы сохранить нашу  кровь и магию.

 — Да, </i>— сказал Слизерин. Глаза его потемнели от гнева. <i> — Нет доверия светлым волшебникам. Они ослеплены своим ложным моральным превосходством. Что толку пытаться убедить их. Они не слушали наших доводов тогда, не послушают и сейчас. Учись на моих ошибках, наследник. </i>

...продолжение в комментариях...