- Елизавета Алексеевна, как вы познакомились с Далем?
- На съемках фильма "Король Лир", в котором Олег снимался в роли Шута. Я тогда работала на киностудии "Ленфильм" монтажницей, и меня попросили показать ему отснятый материал. Он появился в монтажном зале в каком-то выцветшем голубом трикотажном спортивном костюме, в котором показался удивительно тонким, почти бесплотным, нематериальным, с неправдоподобно синими и очень грустными глазами. В нем было что-то нездешнее, отрешенное. И еще мне запомнились его вытравленные перекисью короткие желтые волосики: так нужно было по роли. Олег молча сел на последний ряд, посмотрел материал, поблагодарил и ушел. Вот такая была наша первая встреча. До этого я видела два фильма с его участием: "Человек, который сомневается" и "Хроника пикирующего бомбардировщика". Как артист, он мне очень нравился, но у нас, девочек, работавших в монтажной, существовало табу на любовь к актерам.
Прошло довольно много времени, прежде чем мы вновь встретились с Олегом в одной из экспедиций. Это было в 1969 году в Нарве. Мы жили в гостинице, на одном этаже, но мне казалось, что Олег на меня не обращал внимания. Так продолжалось до 19 августа - это был день моего рождения. Вечером я пригласила своих друзей в местный ресторан. Олег тоже оказался в зале, увидев своих, он подсел за наш столик, даже пригласил меня танцевать. Потом я ушла, долго гуляла по улицам этого очень красивого города. В гостиницу вернулась поздно, и в холле неожиданно увидела длинное тело, лежащее под пальмой. Узнав Олега, я попыталась его поднять. Это оказалось очень нелегко. Я вела его, а он не желал просыпаться, и во сне почему-то пел песню "Улица моя". В его номере мы долго сидели с ним у окна за столом, о чем-то разговаривали, он пел какие-то песни... После этого случая мы с ним здоровались уже как хорошие знакомые, но не больше. Однажды во время отпуска он уехал отдыхать под Нарву, где в это же самое время отдыхали и мы с мамой. Как-то мы с ним встретились и провели очень весело время до утра. Мне запомнился еще один случай. Моя мама уже уехала домой в Ленинград. Мы остались в комнате вдвоем с подругой. Усталые, мы рано легли спать. Неожиданно раздался стук в дверь. Мужской голос спросил: "Лиза Апраксина здесь живет?" (Апраксина - моя девичья фамилия.) Открыв дверь, мы увидели перед собой милиционера. У меня пронеслось в голове, что в Ленинграде арестовали маму, которая была дочерью известного филолога Эйхенбаума, не "дружившего" с советской властью, а теперь пришли за мной. Милиционер предложил мне одеться и спуститься вниз. Я бросилась к окну и увидела милицейский "воронок", на переднем бампере которого сидел Олег. Потом выяснилось, что он был в ресторане, выпил, и его замели. Но Олег сумел очаровать суровых стражей порядка и даже уговорил милиционеров в шутку "арестовать" меня. Я ему объяснила, как дорого мне обошлась эта его шутка. Утром, когда я завтракала в кафе, он пришел с огромным букетом роз и попросил прощения. Этот случай сблизил нас еще больше.
- Когда Олег сделал вам предложение?
- До встречи с Олегом я уже успела побывать замужем за кинорежиссером Леонидом Квинихидзе. Зрители знают его по фильмам "Соломенная шляпка", "Небесные ласточки". Мы поженились рано, в 18 лет, а через четыре года расстались. Я была очень влюбчивой, и у меня были романы, к которым моя мама относилась вполне демократично. Как раз в это время у меня был романчик с Сережей Довлатовым, служившим тогда секретарем у писательницы Веры Пановой. Однажды вечером он сидел у меня дома, мы жарили мясо и пили водку. Позвонил Олег, попросил разрешения прийти. Я его пригласила. И вот два моих поклонника весь вечер пытались пересидеть друг друга. В какой-то момент я вызвала Олега в коридор и предложила ему уйти вместе с Сережей, а затем самому вернуться. Он так сердито посмотрел на меня, но послушался...
Рано утром ему надо было ехать в аэропорт. Перед уходом Олег предложил разбудить маму, сказав, что хочет попросить у нее моей руки. "Мы должны зарегистрироваться, так как будем много ездить и жить в гостиницах. Я не хочу, чтобы нас селили в разных номерах", - заявил Олег.
Мы должны были пожениться после его гастролей. К этому времени он уже был разведен с Таней Лавровой, а мне нужно было получить свидетельство о разводе. 27 ноября 1970 года мы стали мужем и женой. Мне трудно сказать, когда я в него влюбилась, но, кажется, я его любила всегда, и с каждым днем все больше и больше.
- С ним было трудно?
- Особенно трудными были первые три года. Он очень сильно пил. Потом, как Володя Высоцкий, стал "зашивать" себе одно французское лекарство и мог не пить два, три года подряд. Затем снова "расшивался" и "зашивался"...
- У вас не было детей?
- К огромному сожалению, нет. Был момент, когда хотели взять ребенка на воспитание, но от этого шага меня категорически отговорила моя подруга - врач-педиатр.
- Вы получали от него какие-нибудь неожиданные подарки?
- Жизнь с Олегом была для меня самым лучшим подарком. Как-то в день годовщины нашей свадьбы я увидела из окна квартиры (мы тогда еще жили на Ленинском проспекте), как по ухабам к дому мчится такси. Я поняла, что так ехать может только Олег. Выскочила из подъезда и увидела Олега, идущего ко мне с огромным букетом цветов. Однажды, когда я приехала к нему в Таллин, где он снимался в телевизионном фильме "Вариант "Омега", он встретил меня на вокзале без цветов. А это был день моего рождения, и я на него в душе немного обиделась. Но, когда мы вошли в гостиничный номер, там стояло ведро с несколькими десятками роз. Это был для меня приятный сюрприз!
.- До встречи с вами у Олега личная жизнь не складывалась?
- Первой его любовью была актриса театра "Современник" Нина Дорошина, но они с ней не были расписаны. Потом его женой недолго была актриса этого же театра Таня Лаврова. Олег никогда не говорил плохо о своих предыдущих женах.
- Несколько лет назад в квартире-музее Марии Николаевны Ермоловой прошла выставка, посвященная Олегу Далю. Бывшие его жены принимали участие в ее подготовке?
- Нет. Я позвонила Тане, а она очень зло мне ответила, что, если, мол, делать выставку, надо иметь что показывать, и положила трубку. Больше мы с ней не общались. Нине Дорошиной я не стала звонить, ведь Олег с ней практически не жил. А сама выставка прошла замечательно. Вместо запланированного месяца работала целых три. Был воссоздан кабинет Олега, поставили даже его любимое кресло. У меня до сих пор хранится книга отзывов с многочисленными благодарностями.
- Олег давал вам повод для ревности?
- Видите ли, я ездила с ним на все съемки, он меня просил об этом. Поэтому никакого повода для ревности у меня не было, хотя по характеру я очень ревнивая. Может, у него и были какие-то женщины, но я об этом ничего не знаю, никогда не слышала о нем никаких сплетен.
- Кого можно назвать друзьями Олега?
- Друзей у него не было вообще, он казался вполне самодостаточным. Олег очень любил артиста Владимира Заманского, который бывал у нас. Приходили к нам и Валя Никулин, Юра Богатырев. Но у Олега было очень мало свободного времени для общения, и он предпочитал одиночество.
- Олег давал вам читать свой дневник?
- Иногда он звал нас с Олечкой к себе в кабинет и читал небольшие кусочки из дневника. Полностью дневник я прочитала только после того, как его не стало. И пришла в ужас. Я знала, как ему было трудно, как он страдал, не вписываясь в существующую систему, но я даже не подозревала, как разрывалось его сердце.
- За двадцать лет, прошедших после его смерти, вы не пытались устроить свою личную жизнь?
- Я никем не могла заменить Олега. Ведь я его до конца так и не узнала. Это был абсолютно таинственный, загадочный человек. Я могла угадать любое его желание, понять его состояние, простить все что угодно, но как человек и как артист он остался для меня полнейшей загадкой.