I

Начинается день.
Я себя собираю заново из осколков тела,
пропитывая кровью стыки и швы, отражая тень,
надеваю лицо, маска которого за ночь опять пожухла и посерела,
делаю первый за сутки шаг из себя во вне,
в пространство, лежащее за порогом,
за поворотом, за шепотом, за...
Нет, ничего. Это от пыли слезятся мои глаза.

II

То, что я раз за разом уезжаю сюда, где строгие линии
города, горизонта и фонарей, меняют свой профиль,
не ваша вина, я клянусь. Дело скорее в том, что птичьи клинья
будто бы подбивают меня сначала шагать, потом -
срываться на бег и сколько есть сил бежать...
а дальше я уже здесь.
Стою у лестницы и безмолвно смотрю во тьму.
Нет-нет, подумаю, и всё равно шагну.
Не пропадать же ни моему добру, ни злу.

III

Осторожно стираю пыль с того, что забыл,
нежно касаюсь найденного, будто бы не рукой, а собственными губами.
И оно от ласки моей оживает,
сначала плачет, потом смеётся, и я вместе с ним...
Боже, каким же я, бывает, чувствую себя явственным и живым!..
Кто я?

А в ответ звучит: "Да черт тебя знает".