Нам в наследство - лишь сотни страниц, лишь улицы городов,
На которых затёртая память звенит, кается и поёт.
Мы, не зная того, несём в душе отпечатки чужих следов,
А значит, пока мы живы - никто не умер и не умрёт.

Значит, старые вязы под окнами снова поют романс,
Значит, дом не скрипит, а читает взахлёб стихи.
Этой памяти, этой боли больше, чем было и будет нас,
Но не больше, чем наше сердце может вместить.

Даже нами рождённые строки, живущие без бумаги и без чернил,
Даже наши хрустальные образы, где-то на грани сна -
Это та же жизнь, что когда-то и кто-то жил,
Это та же боль, снова выстывшая в слова.