 [300x53]
 [показать]
Весна. Художник Сандро Боттичелли, 1478-1485. Темпера по дереву, 203x314 см. Галерея Уффици, Флоренция
С картиной связанна любопытная находка. В конце ХХ века во Флоренции была найдена инвентарная книга за 1498 год, в которой отражалась опись имущества племянника Лоренцо и Джулиано, умершего естественной смертью – Лоренцо де Пьерофранческо де Медичи (1467-1498), женатого последним браком на знаменитой Катерине Сфорца (1463-1509), одной из самых влиятельных женщин итальянского Возрождения, по прозвищу «Тигрица Романьи».
В книге обнаружили запись о картине «Весна», работы Боттичелли, оцененной в описи в 100 лир. По описи картина была приобретена для спальни Пьерофранческо и его первой жены Семирамиды. Венчание молодых состоялось 19 июля 1482 года. Существует мнение, что картина была подарком молодоженам от семьи Медичи. Но если все было так, то тогда она должна была быть написанной Боттичелли до его отъезда в Рим или за несколько месяцев, но уже после приезда. Но ни то, ни другое не реально. Вряд ли художник таскал с собой громадную деревянную панель, толщиной в 8 см. и размером 203х314 см. Скорее всего после приезда Боттичелли попросили дописать картину как предполагаемый подарок в дом Пьерофранческо, не ограничивая художника в сроках. Художник завершил заказ и картину молодожены повесили на заранее определенное место в спальне.
![]()
Можно предположить, что изначально в 1478 году, памятном смертью Джулиано, устранением кровавого заговора Пацци, заказчики хотели видеть на картине (вернуть) прекрасные прежние времена – образ Джулиано и, возможно, дамы его сердца, Симонетты. Существует мнение, что Боттичелли значительно переработал свою картину, вернувшись из Рима, ведь она уже шла в подарок молодоженам. Некоторые исследователи предполагают даже, что на картине аллегорически был изображен гороскоп Пьерофранческо. Но так ли это? Если художник был привязан к великолепному Джулиано, дорожа его дружбой, а прекрасная Симонетта являлась его музой, а возможно и неразделенной любовью, то смерть этих молодых людей должна была нанести впечатлительному художнику значительную душевную травму. Возможно, обращение заказчиков в 1478 году к Боттичелли и предполагало получить от него гениальный художественный отклик на постигшую всех трагедию. Скорее всего, потребовавшийся художнику значительный срок – где-то в пять лет был потрачен им на размышления о художественной композиции картины, о том ее внутреннем тексте, смысловые связи которого были невероятно важны для понимания каких-то глубинных смыслов бытия, осознанных художником после поездки в Рим.
[показать]
Итак, обратимся к самой картине. Ее композиция представляет собой группу античных мифологических персонажей, состоящую из девяти фигур расположившуюся на цветущей лужайке под кронами апельсиновых деревьев. Представленная группа делится на шесть женских и три мужские персоны, причем в отличие от первых – последние крылаты (Зефир и Купидон имеют крылья, а Гермес в крылатых сандалиях). Число девять, одно из древнейших магических чисел, связанных не только с мифологической моделью мира, но и с идеей родов, рождения, что мы и увидим в дальнейшем.
[показать]
На первый взгляд спокойная, картина переполнена динамикой. Движение в ней начинается с правой стороны от смотрящего. Мы видим как от порыва ветра наклонило ветки апельсиновых деревьев. Образ ветра персонифицируется Зефиром – божеством западного ветра. Зефир наклонился к нимфе Хлое (Хлорис), отстранившейся от него. Удерживая нимфу руками, ветер в то же время дует ей в рот, из которого гирляндой ниспадает вереница цветов – барвинок, роза, гвоздика, незаметно переходя в цветочный мотив платья расположившейся рядом Флоры, римской богини цветов, расцвета, весны и полевых плодов. Флора божество умирающей и возрождающейся природы, покровительница земледелия и растительности в целом, в этой связи она само олицетворение весны.
[показать]
Фигура нимфы Хлои передана Боттичелли в сложном ракурсе. Так же как и западный ветер, она врывается в картину из ее правого композиционного края (границы), на бегу испуганно озираясь на Зефира, успевающего воспользоваться этим и дунуть на нимфу. Изображение Хлои кажется обнаженным и от этого почти бестелесным, воздушным, невесомым. Ее светлое тело просвечивает сквозь прозрачную ткань одежды. Кажется, что она летела и только что опустилась на землю, коснувшись ее правой ногой. От этой инерции руки стремительной нимфы упираются в фигуру расположенной рядом Флоры. Если приглядеться к положению фигур этих трех персонажей картины – ветра, нимфы и богини, то нетрудно увидеть в положении их рук и ног своеобразную раскадровку определенных фаз, которые можно обозначить как – полет, прикосновение к земле, устойчивое движение по ней, или – ранняя весна, пробуждение (зачатие) природы и ее полноценное цветение, благоухание. Фигура богини Флоры, самой высокой фигуры в картине, одета в изысканное платье, расшитое цветами садовой гвоздики, земляники. Из собранного подола своего платья она горстями достает розы и бросает их на лужок, особенно ярко цветущий возле ее ног. Богиня смотрит прямо в глаза зрителю, на губах у нее загадочная полуулыбка. Именно через этот взгляд мы и попадаем в картину, причащаемся весне.
![]()
В центре картины расположилась Венера – богиня любви. Одетая с современное художнику красивое платье донны, с прической покрытой прозрачной шалью и обутая в легкие сандалии она левой рукой прикрыла полой алого плаща ноги и низ живота, а правой осеняет кого-то или указывает на что-то в левую часть картины. Лицо Венеры немного грустное, а взгляд рассеян, так как будто она не замечает происходящего и думает о чем-то своем. Над Венерой кроны апельсиновых деревьев сомкнулись в своеобразную арку, замковым камнем в которой завис Купидон, прицелившийся в кого-то из своего лука. Статичность фигуры Венеры и арка из веток деревьев над ней ассоциируют этот образ с образом Мадонны. Обе матери и при этом девственницы, и обе – источник божественной любви.
 [показать]
Далее, в левой части картины расположились три Грации, благодетельные и прекрасные античные богини, воплощающие собой доброе, радостное и вечно юное начало жизни. Завуалированные в прозрачные одеяния они медленно ведут свой хоровод. Невдалеке от них, завершая композицию картины, расположился Гермес, вестник богов. Мифологические атрибуты этого бога переданы художником точно. Здесь и воинский шлем, и меч, и крылатые сандалии и знаменитый магический жезл. Молодцевато подбоченившись, устремив взгляд налево и вверх, бог разгоняет своим волшебным жезлом хмурые тучи, появившиеся из-за левого верхнего угла картины. Но этим движением вправо тучи совершают важное композиционное действо – возвращают наш взгляд к центру композиции.
[показать]
Большинство исследователей представленной картины Боттичелли придерживаются вывода, что перед нами формула рождения весны. Зефир, обнимая Хлою, превращает ее своим дыханием во Флору, возвращающую заиндевевшую землю к жизни и любви. Богиня любви указует правой рукой Купидону его цель – любовный объект. Купидон целится в Граций, олицетворение гармонии жизни, а рядом стоящий Гермес прогоняет из этого благолепного весеннего мирка хмурые облака. И, вероятно, так все и можно воспринимать в этой картине для молодоженов, если не задаться некоторыми вопросами.
[показать]
Ну, например, почему действие в композиции картины начинается с правой стороны и движется в лево (ориентируясь от смотрящего на нее зрителя)? По законам европейской культуры это движение всегда мыслилось и мыслится как движение в отрицательную сторону, от света к тьме, от тепла к холоду, от жизни к смерти… Боттичелли как бы поворачивает время вспять. В большинстве других своих картин художник устойчиво придерживается композиционного движения вправо. По всей вероятности движение композиции влево нужно было Боттичелли для раскрытия какого-то символического смысла. Но какого?
Весна приходит после зимы, в терпеливом ожидании тепла и света, зеленого луга и просыпающейся любви. Весна приходит после сумрака, скованности, холода, т.е. всего того, что символизирует вечер жизни, она ведет к расцвету жизни, вершине лета с его тенистыми кронами, отяжелевшими под созревшими плодами. Весна всегда дверь, дорога к летней благодати, но в композиционном движении картины мы наблюдаем другой ход событий. Наклоненные кроны деревьев в правом верхнем углу результат ворвавшегося в ее пространство западного ветра Зефира, изображенного в холодной, бестелесной красочной гамме. Лицо ветра хмуро, а руки пытаются удержать неустойчивую, наклоненную вперед фигуру нимфы, стремящуюся, в свою очередь, вырваться из его объятий (рис. 10). Если мы посмотрим как Боттичелли изображает мифологические ветры дующих на картине «Рождение Венеры», то увидим совсем иные краски и лица. Цвет их тела теплый, а их мальчишеские лица почти озорные.
 [показать]
Боттичелли создает образ Зефира как представителя западной, холодной, темной стороны света, той стороны, куда уходит солнце и где по мифологическим воззрениям большинства народов находится Царство мертвых. Не оттуда ли бежит Хлоя, пытаясь вырваться из темноты и холода в теплый мир цветущей лужайки. Зефир сдерживает ее, но без его холодного дыхания Хлоя не оживет, не обретет плоть, не станет устойчиво на ноги и не задышит живым, цветочным дыханием весны. Но почему же лицо влюбленного в нее Зефира так холодно и хмуро? Любопытно, что по гомеровским гимнам Зефир определен дуть на островах блаженных, находящихся на крайнем западе и не знающих ни бурь, ни дождей, ни снега, т.е. в потустороннем мире.
Далее в череде вопросов стоит образ Венеры. В те же самые годы Боттичелли изображает ее еще на двух своих картинах – «Рождение Венеры» и «Венера и Марс» (о них мы поговорим в дальнейшем). Везде лицо у Венеры задумчивое. Где-то – грустное, где-то – ожидающее, но никогда не радостное, каковым оно и должно быть у богини несущей радость любви. Или все-таки любовь по Боттичелли – это не всегда радость или радость иного порядка? Как мы уже отметили Венера, расположившаяся в центре картины «Весна», в своеобразной растительной арке уподобляется Мадонне (Богородице). Ее левая рука поддерживает тяжелое алое покрывало, прикрывая и обозначая им округлый живот богини. Алый цвет символизирует жизнь, жертвенность, порождающие женские энергии, любовь. К левой руке Венеры нас подводит синхронный жест левой руки Флоры, так же поддерживающей подол своего платья, из которого она и рассыпает (рожает) цветы. Интересно, что ботаники обратили внимание на их слегка увядшее состояние на картине.
![]()
Флора-весна девственна, как и Венера. Не зря исследователи отметили в ее цветочной одежде акцент на сорта предпочтительные для невесты – гвоздики и розы. Весна полна ожиданий любовных щедрот, у Венеры же любовь иная, если хотите – взрослая. В этой любви понимание временности всего, кроме самой любви, понимание ее жертвенности. Не об этом ли думы Мадонны-Венеры? Но может ли эта задумчивая Венера указать цель для волшебной стрелы Купидона или это в принципе невозможно и правая рука богини не указует, а благословляет?
Ангел благословляет Мадонну на божественную любовь, на зачатие, на материнство, на скорбное терпение. Она принимает благословление и отдает его миру. Так что изображенный художником жест Венеры может быть только жестом благословления на трепетное и терпеливое прогревание в нас чистой, божественной любви. Если это так, то перед нами очень христианская картина, в которой богиня благословляет всех, и в первую очередь зрителя картины. И все же в структуре композиции центр этой любви представляют Грации.
Грации образуют своим магическим хороводом цельную и гармоническую фигуру – круг. Три дочери Зевса не только воплощают собой гармоническое начало жизни, но и символизируют весь ее цикл, а по отношению к природе отображают времена года: весенне-летний период (до летнего солнцестояния), летне-осенний период (до зимнего солнцестояния) и зимний период, заканчивающийся весенним солнцеворотом. Эти же обязанности у Граций наблюдаются и по отношению к жизни человека, за судьбой которого они наблюдают и которую, по мере сил упорядочивают. Если присмотреться к Грациям Боттичелли, то хорошо видны различия в положении их тела. Каждая из богинь смотрит в свою сторону. Правая рука, статусно указующая, находится у богинь в разном положении. У одной она поднята над головой, у другой находится на уровне лица, а у третей, повернувшейся к нам спиной и вовсе опущена вниз. При этом правая из них, положением своей фигуры и движениям рук полностью соответствует положению фигуры Гермеса. И эта связь не случайна. Не прерывая гармонический хоровод, богини отображают собой разные стороны бытия.
Уже знакомый нам Марсилио Фичино отмечал, что «единый круг, идущий от бога к миру, и от мира к богу, называется тремя именами: поскольку он берет начало и влечение от бога – именуется красотой; поскольку, приходя в мир, охватывает его – любовью; поскольку, возвратившись к своему создателю, соединяется с ним – наслаждением». Боттичелли знакомый с подобными размышлениями неоплатоников воспроизвел этот «единый круг» жизни в образе Граций, а взгляд одной из них, той, что изображена к нам спиной, устремил к Гермесу, единственному мужскому персонажу, стоящему на земле, но расположившемуся на левом краю картины.
Гермес смотрит влево, но смыслы его действия возвращают композиционное движение картины вправо. Если Зефир представляет западную сторону мира, то противостоящий ему восток контролирует Гермес. Просматриваемый за ним (сквозь деревья апельсинового сада) горизонт более светел, чем горизонт со стороны Зефира, что только подтверждает – за Гермесом сторону солнечного восхода – рассвет. А это уже меняет вектор движения в картине. Отмеченное нами ранее движение с права на лево (от смотрящего на картину) – как отрицательное движение, со сменой вектора движения становится положительным. Если представить, что Гермес перестанет отгонять хмурые облака, то холод не даст весеннему теплу проникнуть на садовую лужайку, не оживет Хлоя, не преобразится во Флору, Весну священную, а значит, гармония не появится в мире и не зацветет Сад любви, энергию которого раскручивают Грации. Только Гермес в силах предотвратить бытийную катастрофу, так как только он может проникать сквозь границу миров, он мифологический посредник между этим миром и потусторонним, он может передать людям волю богов, а богам молитвенное послание людей.
Мы знаем, по античному мифу, что Зефир влюблен в Хлою. Боттичелли указывает на это идентичностью крылатого положения западного ветра к фигуре Купидона. Но холодные оттенки красочной гаммы Зефира мы можем найти только в хмурых облаках слева и кусочках неба за пределами сада. Цвет Зефира запределен. Боттичелли как бы показывает нам, что Зефир из другого мира. Он залетел в благодатный сад только чтобы оплодотворить своим дыханием Хлою. Он здесь чужой и обязан уйти восвояси. Но кто позволил Зефиру проникнуть в сад? Гермес! Облаченный в алый плащ идентичный накидке Венеры, т.е. энергии ее животворящей любви, именно он отодвигает холод и оживляет Хлою, и этим выводит ее из потусторонности в мир живых чувств, любви. Но если Гермес может с помощью своей магии вывести из потусторонности Хлою, то может быть его магическая сила способна вывести к нам, живым и душу ушедшей, душу Симонетты? Кто знает, не размышлял ли Боттичелли и об этом. По тому, как складывается семантическая структура «Весны» можно предположить, что перед нами магическая формула, произнесенная в память о любимых и ушедших. Не зря же Гермес почитался в античных анфестериях – празднике пробуждения весны и поминания умерших.
В годы написания «Весны» Боттичелли создает не только новое искусство своего времени – удивительно тонкий, чувственный мир полный едва уловимых духовных связей, пронизанных светом и завязанных сложным композиционным рисунком, мир, освобождающийся от консервативного догмата, но в то же время он вводит в этот мир волнующие его мировоззренческие, философские тексты. Не забудем, что в это же время Боттичелли внимательно читает тексты великого поэта и мыслителя Данте.
Помня о близких – Симонетте (Весна) и ее рыцаре – Джулиано (Гермес), Боттичелли задумывает картину как реквием по мимолетности человеческой юности, красоты, любви, да и самой жизни, соотносимых с дуновением весеннего ветра. Художник создает в «Весне» формулу трансцендентального перехода, когда одно тело, соединяясь с другим, творит в этом процессе новое, бесконечно возобновляемое во времени, т.е. бессмертное. Герметические трактаты пишут, что тело «безразлично» к формам, по природе своей оно «бесконечно делимо», и материя его «постоянно текуча». Вещи образуются не собственной силой материи, «а от некоей внедренной в нее силы и качества». «Качество» (духовное качество) есть вторая (снизу) ступень иерархии. Оно «придает материи ограничивающий ее вид (форму) и, будучи само по себе некоторым образом неделимым, обретает делимость при смешении с телом».
Сама по себе Весна не может быть женским началом, автономно обладающим силой рождения жизни, для этого она должна получить часть мужской силы, энергии, мужское качество зачатия жизни (не зря в образе Флоры находят андрогинные черты). Именно этот процесс и попытался передать Боттичелли. Холодный западный ветер Зефир передает свой дух-зачатие, свой пламенеющий порыв любви – Хлое, а та, встревоженная его порывом, освобождающаяся от старой формы, как бабочка из куколки, трансцендентно перерождается в Весну – Флору, вечную невесту, наполненную (зачатую) цветущей божественной любовью. Упоминавшиеся нами ботаники отметили, что в картине изображены растения, цветение и плодоношение которых происходит в разные сезоны года. То есть цветы, которые должны были давно уйти и цветы, которым только предстоит распуститься – цветут одновременно. В стране любви все едино, все бессмертны.
Завершая разговор о картине Сандро Боттичелли «Весна» еще раз упомянем божественного Гермеса, точнее его магический крылатый жезл, обвитый двумя борющимися змеями. По античным поверьям Гермес использовал свой жезл, чтобы усыплять или будить людей – передавая им в этом процессе послание от богов. То есть с помощью своего жезла он насылал на людей блаженные сны. «Весна» это и есть сон для всех нас, а в первую очередь для самого Боттичелли. Так что, возможно, именно этим и занят, отвернувшись ото всех, юный божественный красавец.
[показать]
Primavera) - картина Сандро Боттичелли, написана в 1477 или в начале 1478 года. Выставлена в Галерее Уффици, Флоренция
http://www.anaharsis.ru/semiot/art_m/bot_3.htm
[показать] |
|
|
|
|
|
|
|