Просто целый океан любви - и к этой сердитой старушке, обложившей вас непечатным словом за то, что вы в своем радостном полете задели ее сумкой, и к этому щетинистому дядьке с мутным взглядом, что с утра уже прилег под забор отдохнуть, и ко всем без исключения встречным. [700x671]
Просто лучась любовью к человечеству, вы приходите на работу, и сослуживцы вызывают у вас только светлые, только радужные чувства, а непосредственного начальника вас неудержимо тянет облобызать.
Хотя в другие дни вы мысленно крутите ему в кармане фиги. И дело не в том, что сегодня день зарплаты.
Как раз наоборот, до зарплаты еще целая неделя, а в кармане у вас всего сотня. Но вам радостно начхать на это обстоятельство. [584x699]
Вот семенит навстречу ваш злейший враг, и вы вместо того, чтобы дать ему в морду, даете ему в долг свои последние 100 рублей.
И сияете при этом, как новенькая сковородка, отмытая всемогущим «Фэйри».
Разместившись в кабинете, вы начинаете лихорадочно искать внутри себя повод для такого неадекватного поведения. [700x547]
Ваши поиски продолжаются и после обеда, и только к концу рабочего дня вы понимаете, что в вас проснулась радость жизни, чувство загнанное глубоко внутрь и вниз, в область пяток, революцией, деноминацией и текущими реформами.
И вы не знаете, что делать с этим внезапно ожившим и давно забытым чувством.
Оно бурлит и бьет радужным фонтаном, а вы тихо томитесь, как кабачок в духовке.
Радость жизни жмет и тянет, как плохо сшитый пиджак, вы не готовы к ней, вы разучились радоваться, и потому откровенно тоскуете по серой, но такой привычной нудьге, которую вы называли жизнью, где никого не надо любить, где чувства разношены, как ботинки, зато не натирают пяток, где тихо сподличать – также нормально, как пожать руку. [616x699]
Вернее, сначала пожать руку, а потом сподличать.
И вы отчаянно кричите: «Не хочу! Ничего не хочу! Не могу! Не умею!» И забиваетесь в свой ужас, как мышь в норку.
И просыпаетесь в понедельник, а на душе - погано, семья - раздражает, встречные – уроды, коллеги – сволочи.
И вы с облегчением вздыхаете: «Вот и ладненько!»
На секунду вас кольнет сожаление об ушедшей безвозвратно радости жизни.