Вот и Аничков мост, где несчастных коней
По приказу царя так жестоко взнуздали...
Я хотел бы спросить этих сильных людей:
«Вы свободу держать под уздцы не устали?»
(Александр Розенбаум)
[800x566]
Ани́чков мост — один из самых известных мостов Санкт-Петербурга. Своим названием мост обязан подполковнику-инженеру Михаилу Аничкову, чей батальон во времена Петра Великого дислоцировался за Фонтанкой в так называемой Аничковой слободе. «Народная этимология», возводящая название к некоей Ане или Аничке, неверна.
До 1712 года Фонтанку называли Безымянным Ериком, или просто Ериком. А после того, как через эту реку перебросили трубы для устройства фонтанов Летнего сада, она стала именоваться «Фонтанной рекой». В то время это была серьезная водная преграда: в некоторых местах река разливалась до 200 метров, берега были заболоченными. Без моста через реку невозможно было представить себе путь в новый город. И в 1715 году Петр приказал: «За Большою Невой на Фонтанной реке по першпективе зделать мост». [800x523]
Неизвестный художник. Вид Аничкова Дворца и Невского проспекта от Фонтанки к Адмиралтейству. 2-я пол. XVIII в.
Приказ был исполнен к маю следующего года солдатами располагавшегося неподалёку адмиралтейского "строительного батальона". Руководил ими подполковник М. О. Аничков, фамилия которого впоследствии закрепилась в названии переправы.
Мост через Фонтанку стал пограничным для города. На его строительство потратили 50 рублей. Длина первого Аничкова моста составляла 150 метров, он перекрывал не только Фонтанку, но и заболоченную пойму реки. Ширина проезжей части была так узка, что на переправе не могли разъехаться две подводы. О размерах Аничкова моста можно судить по докладу от 15 мая 1716 года:
"На першпективе через реку Фонтанку сделано: намощено на обрубах длиннику 80 сажень, поперёк 3 сажени пластинами, да сверх пластин о весь мост намощено досками ширины 4,5 аршина, и подъёмные щиты сделаны, и во весь мост по обе стороны на перила положены брусья".
Для проводки по Фонтанке мачтовых судов упомянутые в докладе подъёмные щиты снимались и возвращались на место вручную. То есть разводного пролёта здесь изначально не было.
На мосту, который тогда был южной границей города, были шлагбаум и застава, где у въезжающих в город проверяли документы и брали плату – деньгами или… камнями, которые нужны были для мощения улиц. Ночью город закрывали на замок, и открывали только для дворян. Люди подлые (низкого происхождения), хоть и спешившие в Петербург по делам, должны были дожидаться утра.
Как любая деревянная постройка того времени Аничков мост быстро обветшал. В 1721 году, с развитием судоходства по Фонтанной реке, мост перестроили по проекту инженера Германа ван Болеса, реализацией которого занимался Доменико Трезини. Тогда сделали подъемной его среднюю часть. Ее разводили несколько раз в сутки: днем – для пропуска парусных судов, а ночью – чтобы в город не забегали волки.
Затем его ремонтировали в 1726 и 1742 гг., а в 1749 г. по проекту архитектора Семёна Волкова Аничков мост был перестроен. Его основательно укрепили, так как по нему должны были пройти слоны - подарок персидского шаха русской императрице. Мост перестал быть разводным. Его обшили досками и оформили под гранит. При въезде на переправу установили фонари на высоких деревянных столбах. Длина того Аничкова моста была более 200 метров, что почти в четыре раза больше длины современного. Ныне длина Аничкова моста составляет 54,6 метра, ширина - 37,9 метров.
В 1780-х гг. берега Фонтанки одевали в гранит. Тогда же через Фонтанку по проекту Ж. Р. Перроне было построено семь однотипных каменных переправ. В 1783-1787 годах по типовому проекту был перестроен и Аничков мост. С этого времени он представлял собой трёхпролётный гранитный мост, средний разводной пролёт которого был деревянным. На его быках находились башни с разводным механизмом. Аничков мост оградили каменные парапеты. В начале XIX века их заменили решётки с каменными тумбами, повторяющие ограду набережных Фонтанки. При въезде на мост установили каменные обелиски, на каждом из них повесили по два фонаря.
Булыжную мостовую на Аничковом мосту в 1832 году сменила торцевая мостовая. [800x595]
Река Фонтанка у Аничкова моста. М.-Ф. Дамам-Демартре. 1813 г.
К середине XIX века Аничков мост для главной улицы Петербурга стал слишком узок. В 1839 году было принято решение о его перестройке. Соответствующий проект, утверждённый в декабре 1840 года, разработали инженеры И. Ф. Буттац, А. Х. Редер и А. Д. Готман. Для наблюдения за его реализацией был создан специальный комитет, который возглавил директор Путейского института генерал-лейтенант А. Д. Готман.
Строительные работы осуществлялись подрядчиком Макаром Пименовым. Они были начаты с разборки старой переправы, а 22 мая 1841 года в основание нового Аничкова моста был положен первый камень. Три арки выложили всего за четыре месяца - нужно было как можно скорее восстановить движение по магистрали. На период строительства движение транспорта осуществлялось по временному обходному деревянному мосту. [700x516]
Перестройка моста в 1841 году
Кирпичные своды нового Аничкова моста облицевали розовым гранитом, который в то время завозили в Петербург для возведения Исаакиевского собора. Все работы были завершены уже к осени, они длились всего шесть месяцев. Мост перестал быть разводным, проезжая часть стала значительно шире.
Для декоративной решетки ограды моста использовали рисунки немецкого архитектора Карла Шинкеля (точно такие же русалки-женщины и русалки-лошади есть на Дворцовом мосту в Берлине). Интересно, что та же тема – с мифическими водными конями – гиппокампами – появляется на первом большом мосту в Петербурге – Благовещенском. Автор рисунка – Александр Павлович Брюллов (непонятно, чей гиппокамп был первым – его или Шинкеля?). [800x353]
[800x595]
В начале ноября 1841 года на Аничковом мосту были установлены перила и гранитные пьедесталы для статуй. По отчётам Министерства финансов строительство переправы обошлось в 195 294 рубля серебром. Торжественное открытие переправы состоялось 20 ноября 1841 года (?). Движение по Аничкову мосту было открыто в январе 1842 года.
Изначально предполагалось украсить своды моста бронзовыми декоративными накладками, на каждом из быков поставить бронзовые вазы, а на береговых устоях - конные группы. Но в процессе строительства было решено ограничиться только последними.
В те годы петербургский скульптор-анималист Пётр Карлович Клодт работал над проектом художественного оформления пристани на набережной Невы у Адмиралтейского бульвара. Тогда её собирались украсить двумя скульптурами коней, ведомых юношами. Но планы изменились. На пристани были установлены львы и вазы. Укротителей коней же, по предложению скульптора, было решено установить на перестроенном Аничковом мосту.
Из литейной мастерской на Васильевском острове к Фонтанке клодтовских коней переместил взвод сапёров. По сведениям А. Л. Пунина это произошло 20 ноября 1841 года, а через два дня их установили на пьедесталах у западного берега реки. Это противоречит тому, что именно 20 ноября произошло торжественное открытие переправы.
Сначала на западной части моста появились отлитые в бронзе первые две статуи - «Конь с идущим юношей» и «Юноша, берущий коня под уздцы». Им соответствовали точно такие же статуи, но из гипса и выкрашенные под бронзу на восточной части.
Через год Клодтом были изготовлены бронзовые копии конных групп. Когда бронзовые скульптуры уже были готовы к установке, их в 1842 году по указанию Николая I подарили прусскому королю Фридриху Вильгельму IV. Кони Клодта оказались в Берлине. В качестве ответного жеста прусский монарх в 1845 году подарил Санкт-Петербургу два изваяния Славы, которые установили на Конногвардейском бульваре.
Гипсовые скульптуры на восточном берегу Фонтанки быстро пришли в негодность. Обер-полицмейстер сообщал президенту Академии художеств, что "у алебастровой фигуры лошади оказалась трещина, а алебастр местами начал отваливаться, отчего фигура делается безобразной". В конце концов у лошади отвалился хвост, и обер-полицмейстер докладывал об опасности для пешеходов.
Новые бронзовые скульптуры на Аничковом мосту были установлены 9 октября 1843 года. Но в апреле 1846 года их сняли с переправы и снова подарили, на этот раз королю Сицилии Фердинанду II. Этим подарком русский царь отблагодарил сицилийского монарха за пышный приём его супруги. Скульптуры отправились в Неаполь, их место снова заняли гипсовые копии. В конце концов Клодт отказался от установки на Аничковом мосту копий и решил создать две новые композиции, развить сюжет "Покорение коня человеком". [800x566]
По замыслу скульптора находясь на Аничковом мосту нельзя увидеть все четыре фигуры. Их нужно рассматривать постепенно, одну за другой. Наиболее полно сюжет Клодта раскроется, если начать обзор ансамбля с западной стороны, от первой группы, изображающей укротителя с кордой в руках. [800x595]
Затем надо перейти Невский проспект, затем через мост на его восточную сторону. Вторая скульптура передаёт усиленную динамику борьбы. Человек повержен конём, который почти вырвался на свободу. [800x593]
В третьей группе драматизм постепенно спадает, а четвёртая показывает укротителя, спокойно шагающего рядом с конём, чья спина укрыта шкурой барса. [800x566]
[800x598]
Процесс укрощение коня символизируется в том числе тем, что кони третьей и четвёртой группы, в отличие от первых, подкованы.
Кони на Аничковом мосту стали одним из символов Санкт-Петербурга. Ещё три пары таких же скульптурных групп впоследствии были установлены в Стрельне, в Петергофе и в усадьбе Голицыных Кузьминки под Москвой.
В газетах того времени писали: «Новый Аничков мост приводит в восхищение всех жителей Петербурга. Толпами собираются они любоваться удивительной пропорцией всех частей моста и лошадьми — смело скажем, единственными в мире. В Аничковом мосту есть что-то открытое, ловкое, привлекательное! Въехав на мост, кажется, что отдохнул!.. Ни одно из петербургских сооружений не произвело такого впечатления на жителей столицы, как Аничков мост! Честь и слава строителям!». [800x587]
Людвиг-Франц-Карл Людвигович Бонштедт. Аничков мост на Невском проспекте.
Несмотря на протесты Академии художеств, городская администрация продолжала совершенствовать Аничков мост. Вскоре после его открытия на нём появились фонари только входящего в моду газового освещения. В 1890-х годах здесь поставили часовенку высотой не более 1,5 метров. [800x565]
При осмотре Аничкова моста 9 октября 1902 года его состояние было признано аварийным. Когда по Невскому проспекту было решено пустить трамвай, с ремонтом переправы медлить стало невозможно. Для замены старых сводов требовалось разобрать и устои, то есть старый мост подлежал полной разборке. Воссоздание Аничкова моста по старому проекту требовало больших временных и финансовых затрат. Поэтому комиссия городской железной дороги под руководством инженера А. П. Пшеницкого рассматривала альтернативный вариант реконструкции, который предполагал создание металлической однопролётной переправы вместо кирпичной трёхпролётной. Это предложение взволновало общественность города, требующую воссоздание Аничкова моста. 25 апреля 1905 года Академия художеств высказалась за сохранение исторического облика переправы. Мало того, даже патина на скульптурах Аничкова моста должна была остаться нетронутой, дабы клодтовские скульптуры не казались новоделом. [800x619]
Принятый к реализации проект реконструкции Аничкова моста составили С. П. Бобровский и Н. Г. Кривошеин. Восстановительные работы проводились в 1906-1908 годах под руководством архитектора П. В. Щусева. При этом устои и быки остались прежними, тогда как кирпичные своды были переложены. Для удобства пешеходов узкие сходни с моста заменили широкими ступенями. [800x470]
После реконструкции переправы на ней появилась табличка "Аничкин мост". Это не осталось незамеченным потомками М. О. Аничкова, обратившимся в городскую управу с просьбой исправить ошибку, ведь их предки носили фамилию Аничковы, а не Аничкины. После наведения справок, городская управа, будучи не полномочной изменять название, обратилась в городскую думу, которая и восстановила историческую справедливость. [800x595]
Предложения по "улучшению" Аничкова моста возникали и после его ремонта. В 1912 году гласный член городской думы архитектор А. П. Ковшаров предлагал нарастить пьедесталы гранитными плитами дабы кони были видны ещё лучше.
В 1938 году на Аничковом мосту, равно как и на всём Невском проспекте, торцевую мостовую сменил асфальт.
В начале войны конные скульптуры с постаментов сняли, но вывезти не успели. Коней Клодта поместили в ящики и закопали во дворе Аничкова дворца. А на их месте стояли ящики, в которых блокадники выращивали летом траву.
Аничков мост серьезно пострадал от артиллерийских налетов. 6 ноября 1942 года на мосту разорвалась 250-килограммовая бомба. Чугунная решетка и одно из гранитных оснований рухнули в Фонтанку. Но уже в ноябре по Аничкову мосту вновь пошел блокадный трамвай, через несколько дней удалось восстановить ограду (пьедестал достали только после войны).
На гранитных парапетах и перилах остались следы снарядов. Один из этих страшных следов заделывать не стали, оставив память о блокаде. Клодтовские кони, благополучно пережившие вражескую осаду, вернулись на место к 1 мая 1945 года. [700x537]
Кони Аничкова моста занимают свои старые места (1 июня 1945 года)
В середине 90-х годов на Аничковом мосту полностью заменили чугунную решетку. Ее отлили на предприятии Федерального Ядерного Центра в городе Снежинске (если постараться, на ограде можно найти герб этого города – гибрид стилизованной снежинки и ядра с протонами). В 2000 году проводилась реставрация бронзовых конных групп. Восстановительные работы возглавлял скульптор В. Г. Сорин.
Последняя реконструкция моста была в 2007—2008 гг. [800x566]
Клодт ваял лошадей с натуры — ему позировал чистокровный арабский скакун Амалатбек. Жеребец был диким и непослушным, но скульптор смог объездить его. В работе Клодту помогала дочь, заставлявшая коня принимать нужные позы.
Лицо на гениталиях коня.
Очертания интимных органов одного из жеребцов удивительным образом напоминают человеческое лицо. По одной из версий такого совпадения, скульптор таким образом отомстил какому-то своему недоброжелателю. По другому мнению, контуры гениталий коня воспроизводят лицо Наполеона, не так давно прошедшего по русской земле с разорительной войной. [700x525]
После каждой реконструкции городские власти пытались закрепить за мостом название «Невский проспект», но оно не приживалось.
Во время Великой Отечественной войны фашистская пропаганда распространила фотомонтаж — немецкие солдаты стоят у коней Клодта. Свои провокационным плакатом гитлеровцы хотели заставить поверить весь мир, что Ленинград якобы уже захвачен.
Внутри фигур, располагающихся у Дворца Белосельских-Белозёрских, мастера, проводившие реставрацию в 2000 году, поместили медную капсулу. В капсуле — список всех участников восстановительных работ с подписью: «Мы сделали всё, что смогли. Кто сможет, сделайте лучше».
Гости Санкт-Петербурга, думая, что мост связан с некоей Аничкой, неверно произносят название моста, делая в слове «Аничков» ударение на первую букву. Правильно же говорить — АнИчков, делая ударным второй слог.
Во времена сухого закона, введённого в СССР в 80-х годах прошлого века, родилась такая поговорка: «В Питере не пьют только четыре человека, им некогда — они коней держат».
Аналогичные композиции украшают въезд на парижские Елисейские поля. [700x525]
Кони Марли в Париже
Четыре черных и громоздких,
Неукрощенных жеребца
Взлетели – каждый на подмостках –
Под стянутой уздой ловца.
Как грузен взмах копыт и пылок!
Как мускулы напряжены
Какой ветвистой сеткой жилок
Подернут гладкий скат спины!
...Лошадь влекли под уздцы на чугунный
Мост. Под копытом чернела вода.
Лошадь храпела, и воздух безлунный
Храп сохранял на мосту навсегда...
Все пребывало. Движенья, страданья —
Не было. Лошадь храпела навек.
И на узде в напряженьи молчанья
Вечно застывший висел человек.
Над Фонтанкой застыли, молчанье храня,
В разных группах четыре могучих коня.
Рядом с ними они – молодцы – удальцы.
Держат столько, уж, лет тех коней под уздцы.
Вены вздулись у ног - силам есть же предел.
Ну, еще бы рывок - этот конь бы взлетел.
Опьяненный свободой, далекой пока.
Конь не чувствует как, губы рвут удила.
А река под мостом, тихо воды несет.
И задумчиво ждет жаркой схватки исход…
Тех коней, как и нас, что-то держит всегда.
Но, когда - нибудь конь разорвет удила.