Как уже неоднократно говорилось, танки КВ даже довоенной постройки были «хромоногими» - у них постоянно перегревались двигатели, заставляя водителей переключаться на малый ход; часто ломались элементы ходовой части, трансмиссии, и особенно – коробки передач, которая была крайне ненадежной. А в условиях военного времени, при спешном и постоянно расширявшемся строительстве танков качество изготовления деталей КВ (и, соответственно, их надежность) значительно снизилось. Кроме того, упрощенческие усовершенствования, направленные на ускорение производства (такие, как литые катки, башни, траки и т.п.), заметно увеличили и без того немалый вес танка. Он далеко перевалил за проектные 47,5 тонн. В результате «кавэшки» производства военного времени совсем «обезножили» - с фронтов потоком шли жалобы на то, что эти танки постоянно ломаются даже во время марша по дороге, не говоря уже о движении по пересеченной местности; что их вес не выдерживает ни один мост, разве что кроме железнодорожного… Во многих частях наблюдался настоящий «падёж коробок передач» - их поломка, особенно в зимних условиях, приняла поистине массовый характер. Неплохо вооруженный и хорошо защищенный танк, тем не менее, не мог быть полноценным бойцом: большинство КВ, пройдя всего 120-125 км, выходили из строя, превращаясь в неподвижную, фактически бесполезную груду металла!



Из-за потока жалоб танкистов на КВ Государственный Комитет Обороны предписал Челябинскому заводу снизить вес КВ до 45 т - за счет уменьшения толщины брони, удаления дополнительных топливных баков, уменьшения боезапаса и сокращения количества перевозимых запчастей. При этом ГКО потребовал оснастить танк более мощным двигателем и исправить, наконец-то, неудачную коробку передач. Выполнение этих указаний Челябинский завод начал с подбора более мощного дизеля, но на этом работы и затормозились: форсированный до 650 л.с. В-2К никак не хотел нормально работать и был забракован. Не лучше обстояло дело и с двумя типами 700-сильных двигателей, которые пытались пристроить на «Ворошилове» - и с тем же успехом.
Пока шли эти неудачные работы, сверху последовало еще одно распоряжение (от 5.06.1942) – за подписью самого товарища Сталина! Оно предписывало сократить производство КВ-1 в том виде, который существует, и в течение двух месяцев перейти к выпуску облегченной версии этого танка - весом не более 42,5 тонн. Облегчение требовалось провести за счет уменьшения толщины корпусной и башенной брони до 60 мм (литой башни – до 80-85 мм), уменьшения габаритов башни, и облегчения ряда других узлов (в том числе за счет уменьшения ширины траков). Особо оговаривалась установка на «скоростном КВ» коробки передач новой конструкции.
Подпись Сталина «подхлестнула» работы: уже в первых числах июля 1942 г началась сборка первых облегченных машин. На них устанавливались новые агрегаты и узлы, в частности – 8-скоростная коробка передач новой конструкции. В том же июле начались испытания этого облегченного танка, получившего обозначение КВ-1С («Скоростной»). Они показали, что обновленный «Ворошилов», вес которого снизился до 42,3 т, стал более надежным, маневренным и быстрым (скорость возросла до 43,3 км/ч). В августе танк был официально принят на вооружение, и челябинцы приготовились к его массовому выпуску. Однако тут произошло неожиданное: Комитет Обороны внезапно приказал дирекции ЧКЗ в месячный срок наладить на заводе выпуск средних танков Т-34, отдав под их производство 75% оборудования и рабочей силы! Остававшихся мощностей было явно недостаточно для массового производства КВ…
Такое решение Комитета объясняется просто. Начавшееся наступление немцев на Сталинград требовало срочного усиления войск танками. Но Т-34 при практически одинаковом с КВ вооружении были быстроходнее и маневреннее. При этом «тридцатьчетверки» были еще и дешевле, и проще по конструкции; при одинаковых ресурсных и временных затратах их можно было построить значительно больше, чем «Ворошиловых». Единственное же преимущество КВ перед Т-34 – более толстая броня – практически исчезло на облегченном КВ-1С. «Скоростной Ворошилов» по своим боевым качествам уже больше соответствовал средним танкам, отставая от них при этом по скорости и маневренности. Таким образом, КВ-1С еще до начала его производства перестал удовлетворять требованиям, предъявляемым к тяжелым танкам прорыва. Это и вызвало сокращение выпуска, планировавшегося прежде массовым. Однако, за неимением достойной замены (тяжелые танки фронту все же были необходимы) строительство «Скоростных Ворошиловых» продолжалось еще год, пока в начале августа 1943 г выпуск КВ-1С не был вообще прекращен. За этот год челябинцы успели изготовить 1.090 КВ-1С – не так уж и мало, чтобы называть КВ-1С «малосерийным»…

Причин полного прекращения производства КВ-1С было несколько. Так, еще в 1942 немцы учли уроки первых месяцев войны, когда их артиллерия не могла справиться с «русским богатырем». Уже тогда германские конструкторы спешно разработали и стали устанавливать на своих средних танках новые длинноствольные орудия, способные пробивать броню даже КВ-1. А появление в конце 1942 - начале 1943 на поле боя германских тяжелых танков «Тигр» и вовсе сделало «Ворошилова» устаревшим. «Похудевший» KB-«Скоростной» со своей 76-мм пушкой был просто бессилен против «Тигра» с его «крепкой шкурой», да еще и обладавшего «длинной лапой» — 88-мм пушкой со стволом в 56 калибров. Благодаря этой пушке «Тигр» мог поражать «Клима» на дистанциях, запредельных для советского танка. И это не замедлило сказаться в бою. Так, например, 12.02.1943 во время одного из боев по прорыву блокады Ленинграда три «Тигра» из 502-го тяжелого танкового батальона уничтожили 10 танков КВ; немцы же при этом потерь не имели…


Но стандартные пушечные КВ-1, КВ-2 и КВ-1С были не единственными версиями «Ворошиловых», выпускавшихся серийно и участвовавших в боях. Так, в апреле 1942 года Челябинский завод начал серийный выпуск танка КВ-8. Это был огнеметный вариант «Ворошилова», отличавшийся от КВ-1 установленным в башне автоматическим танковым огнеметом АТО-41; для его размещения танкостроителям пришлось устанавливать на КВ-8 45-мм пушку, имевшую меньшие размеры, чем 76-мм орудие. Но чтобы внешне огнеметный танк не отличался от стандартных линейных танков и не привлекал к себе особого внимания вражеских артиллеристов, ствол пушки снаружи прикрыли массивным маскировочным кожухом, создававшим иллюзию 76-мм пушки.
Огнеметные танки предназначались для прорыва вражеских оборонительных укреплений, и в какой-то мере являлись заменой так и «не пошедших» в Челябинске «гаубичных» КВ-2. В задачу КВ-8 входило выжигание струями огня капитально укрепленных долговременных огневых точек – ДОТов и ДЗОТов, а так же уничтожение пламенем окопавшейся живой силы, танков и бронеавтомобилей противника. Эти огненные струи АТО-41 выбрасывал на 60-70 метров при наличии жидкой огнесмеси, и до 110 метров – вязкой огнесмесью (скорострельность – 3 выстрела за 10 сек., запаса смеси на танке хватало на 40 выстрелов). Необходимость огнеметных танков доказала еще советско-финская война. Подобраться к «плюющимся» сталью ДОТам могли только танки с противоснарядной броней, но мощи их пушек не хватало для уничтожения бетонного сооружения; струя же огня могла охватить весь ДОТ и выжечь у него все внутри. Работы над созданием огнеметного КВ еще летом 1941 проводились на ленинградском Кировском заводе. Там эта машина получила обозначение КВ-6, и даже пошла в производство. Правда, начавший эвакуацию завод не смог выпустить значительного количества огнеметных танков. Из-за хаоса в документации тех месяцев сегодня невозможно установить число произведенных КВ-6; точно известно лишь то, что в защищавшей Ленинград 124-й танковой бригаде имелось 4 огнеметных КВ.
Ввиду необходимости огнеметных танков для наступательных операций Красной Армии (танкостроители верили в скорую победу шедшей в то время битвы под Москвой) их разработкой занялись и на Челябинском заводе. Первый экземпляр КВ-8 был изготовлен уже в декабре 1941; после цикла испытаний эта машина, несмотря на целый ряд выявленных недостатков, была принята на вооружение и с апреля 1942 г пошла в массовое производство.

Для бесперебойного обеспечения выпускавшихся КВ-8 установками АТО-41 на Урале был создан новый завод по производству огнеметов (завод № 222). Передававшиеся армии КВ-8 сводились в отдельные огнеметные бригады, участвовавшие в боях с августа 1942 г (всего было создано 8 таких бригад). Эти бои показали высокую эффективность огнеметов в борьбе с вражеской пехотой, но выявили нецелесообразность использования отдельных огнеметных бригад. Ведь при встрече с танковыми частями противника КВ-8 оказывались слабее врага по дальности выстрела и пробивной способности орудий. Поэтому уже на рубеже 1942 – 1943 годов бригады разбили на более мелкие огнеметные подразделения и стали вводить их в состав линейных танковых частей. Интересно отметить, что экипажи огнеметных танков снабжались специальными огнестойкими костюмами, которые отлично выполняли свои функции: многие танкисты благодаря этим костюмам остались невредимы при поражении их танка и воспламенении огнесмеси.

Когда Челябинский завод прекратил выпуск КВ-1 и перешел к производству более легких КВ-1С, встал вопрос о создании и на новой базе огнеметного танка. Однако в новой, уменьшенной башне «скоростного» КВ разместить рядом огнемет и пушку было невозможно. Перенос же огнемета в корпус даже не рассматривался: подобная установка, осуществленная на огнеметном ОТ-34, себя не оправдала. Водитель танка просто не успевал вести машину зигзагами среди воронок, преодолевать препятствия под летящими снарядами врага, да еще и поливать противника огнем. Поэтому конструкторы Челябинского завода приняли «соломоново решение»: водрузили на корпус КВ-1С башню от КВ-8. Эти «переходные» машины значились в документах, как те же КВ-8; они строились в октябре-ноябре 1942 года. Однако такой «гибрид» не удовлетворил уже известного нам товарища И.М. Зальцмана, который к моменту появления огнеметного «Клима» выбился в Наркомы танковой промышленности (!). Зальцман в приказном порядке потребовал немедленно создать огнеметный КВ-8С с уменьшенной башней. А заодно строго наказать виновников срыва разработки этого танка (что это значило во время войны, догадаться нетрудно – примером может служить судьба создателя Су-76 С.А. Гинзбурга, которого тот же Зальцман «упёк» на фронт, где конструктор и погиб). Правда, должность Наркома Исаак Зальцман занимал чуть больше месяца; затем «наломавшего дров товарища» сняли с этой ответственной должности, и назначили… директором Челябинского Кировского завода! И пришлось товарищу Зальцману самому же и выполнять собственные указы о создании КВ-8С «с малой башней». Благодаря его «титаническим усилиям» в начале 1943 года на свет появились несколько КВ-8С с малой башней, однако их боевые качества были таковы, что производство огнеметных «Ворошиловых» просто прекратили. На том дело и заглохло, причем Зальцмана за срыв его же собственного распоряжения так и не наказали… Всего же Челябинский завод изготовил 137 огнеметных танков КВ. Из них 102 КВ-8 на базе КВ-1, 25 «переходных» танков с башней КВ-8 и корпусом КВ-1С, и всего 10 КВ-8С.


В начале 1943 года ввиду появления на фронте немецкого танка «Тигр» остро встал вопрос о создании нового, надежного тяжелого танка с толстой броней, а так же о вооружении советских танков более мощными орудиями, чем 76-мм пушки. Поэтому в мае ГКО предписал челябинским танкостроителям изготовить и испытать несколько тяжелых танков с 85-мм пушками, баллистика которых должна соответствовать баллистике зенитного орудия.
Разработкой требуемой 85-мм артсистемы занялись сразу два конструкторских бюро: В. Грабина и Ф. Петрова. Первое сконструировало пушку С-31, второе – Д5Т. Грабин просто наложил 85-мм ствол на люльку 76-мм танковой пушки ЗИС-5, а Петров – создавал свое орудие Д5Т с использованием затвора и подъемного механизма от пушки Ф-34. Обе модели орудий в июле 1943 г были смонтированы в башнях нового, более крупного вида, которые установили на двух опытных КВ-1С, а так же на двух опытных экземплярах уже разработанного нового тяжелого танка - «объекта 237» (будущего ИС-1 – «Иосифа Сталина»). В первых числах августа все эти танки прошли испытания на артиллерийском полигоне. Они показали, что пушка КБ Грабина никуда не годится – из-за слишком большого казенника она еле вписывалась в башню, не оставляя экипажу места для работы с орудием. А вот Д5Т Петрова показала себя на полигоне отлично, и это орудие приняли на вооружение танковых войск. Пушка Д5Т имела длину ствола 51,6 калибра, из-за чего ее бронебойный снаряд разгонялся до скорости 792 м/с, а подкалиберный - аж до 1050 м/с. В результате эта пушка на испытаниях смогла «прошить» лобовую броню трофейного «Тигра» на дистанции в 1000 м (целый километр!). Для сравнения возросшей огневой мощи: пушка ЗиС-5, стоявшая на КВ-1 и КВ-1С, пробивала только бортовую и кормовую броню «Тигров», да и то лишь на дальности не более 500 м…
Испытания показали, что у тяжелых танков появилась возможность сделать качественный скачок, и превзойти по мощи немецкого «зверя». Однако к тому моменту постоянные проблемы с надежностью «Ворошиловых» так настроили военное руководство на мысль о смене «безногого богатыря», что ГКО уже решил, что в войска пойдет разрабатывавшийся в том же «Танкограде» новый «объект 237» - вооруженный той же Д5Т, но более надежный и лучше защищенный броней. Проблема была только в том, что тяжелые танки фронту требовались прямо сейчас, а конструкция будущего ИСа еще не была отработана до конца и требовала некоторого времени до полной отладки. И руководство «Танкограда» доложило Комитету Обороны, что производство новых танков ИС быстро наладить не удастся; но тут же заявило, что выпуск КВ с 85-мм пушкой можно начать почти мгновенно! И, учитывая большую потребность наступавшей Красной Армии в новых танках, ГКО, не дожидаясь окончания испытаний ИСа, уже 8 августа издал постановление о начале серийного производства КВ-85. А уже спустя буквально несколько дней из ворот ЧКЗ вышли первые серийные танки КВ с 85-мм пушками. Так быстро наладить выпуск КВ-85 удалось, совместив шасси серийного КВ-1С с башней от незаконченного ИС-1 с 85-мм пушкой.

Правда, из-за более широкой башни диаметр погона пришлось увеличить, сделав в подбашенной коробке соответствующие вырезы. Из-за этого увеличения диаметра погона не осталось места для стрелка-радиста, которого исключили из членов экипажа, а от шаровой установки пулемета в лобовом листе корпуса отказались. Из-за этого для быстрого выпуска на первых танках, в строительстве которых были использованы уже готовые корпуса КВ-1С, отверстия для шаровой установки курсового пулемёта в лобовой броне пришлось просто заварить. У машин последующих серий в конструкцию бронекорпуса были внесены необходимые изменения: пулемет перенесли на правую сторону и установили в неподвижной бронировке (огонь из него вел механик-водитель при помощи электроспуска на рычаге управления).
Производство КВ-85 в августе велось параллельно с КВ-1С; в сентябре и октябре «Танкоград» выпускал из тяжелых танков только КВ-85, а уже в ноябре «Клима с длинным хоботом» сняли с производства: в серию пошел «доведенный до ума» ИС-1 - «богатырь» нового поколения, значительно превосходивший по бронированию и надежности старичка «Ворошилова».
За три месяца, что КВ-85 находился в производстве, «Танкоград» успел изготовить 148 танков КВ с 85-мм пушкой. Все эти танки направлялись на вооружение гвардейских танковых полков прорыва. В этих полках проблем с освоением КВ-85 не было – ведь до появления «85-х» полки прорыва активно использовали в боях КВ-1С, устройство которого почти не отличалось от КВ-85. Первые КВ-85 поступили в части в сентябре 1943, но ярко проявить себя в боях они не успели. Уже двумя месяцами позже эти же гвардейские полки приняли более совершенные танки ИС-1 с такой же 85-мм пушкой, а в декабре – еще более мощные ИС-2, вооруженные 122-мм орудием. «Сталин-2» и стали основной «рабочей лошадью» полков прорыва. На фоне этих могучих «богатырей» небольшое количество более слабых КВ-85 просто затерялось, и сегодня трудно найти какую либо информацию о боевых подвигах последних «Ворошиловых».