Артиллерия как вид оружия возникла в Средневековье. Первыми на тогда еще только призрачное преимущество огнестрельных орудий перед использовавшимися с древних времен метательными машинами обратили внимание европейцы. И хотя поначалу первые пушки еще наносили намного меньший урон противнику, чем баллисты и катапульты, европейцы упорно занимались совершенствованием нового вида оружия. И в результате благодаря разработанным новым технологиям в производстве вооружений европейцы получили род войск, давший им значительный перевес в военном деле перед народами других частей света.

Тем не менее, изобретателями огнестрельного оружия были отнюдь не европейцы. Первые образцы «огнестрела» возникли на родине пороха – в Китае. Прообразом будущей пушки стал «хоциян», который в 1132 году изготовил китайский ученый Чень Гуй. Он использовал полый ствол бамбука, один конец которого сделал закрытым. С другого конца бамбук набивали порохом, и поджигали. Из ствола вырывался столб пламени, обжигавший оказавшихся поблизости врагов. Никаких метательных снарядов при этом не использовали; первая бамбуковый «огнестрел» в сущности являлся огнеметом самого ближнего поражения. Примерно тогда же в Китае было разработано и бамбуковое ружье «тухоцян». Оно имело ту же конструкцию, но было меньше и легче «хоцияна», и в нем уже использовали пулю, выбрасывавшуюся из ствола силой пороховых газов.

Захватившие Китай монголы использовали доставшуюся им технологию огнестрельного оружия в своих дальнейших завоеваниях. При боевых столкновениях монголов с арабами тем удалось добыть в качестве трофеев несколько монгольских «огнестрельных бамбуков». Арабы, являвшиеся в те времена одним из наиболее развитых народов, творчески осмыслили идею «бамбукового огнестрела», и разработали на его основе металлическую «модфу». Ствол этого оружия изготавливался уже из тонкого железа и оснащался деревянной рукояткой. В ствол с дула насыпали порох, закладывали пулю, и подносили раскаленный прут…

К концу XIII века арабы уже то и дело использовали пороховое оружие в войнах, поэтому неудивительно, что в столкновениях с ними с идеей «огнестрела» познакомились и европейцы. Точно известно, что в XIII веке арабы не раз применяли «модфы» на территории Европы – в основном в сражениях в Испании. А первое упоминание о существовании уже европейского, причем именно артиллерийского орудия относится к 1313 году; хроники утверждают, что его изготовил германский монах Бертольд Шварц – то самый, которому европейцы приписывают честь создания пороха. Конечно же, это не совсем так – на самом деле порох китайцы начали изготавливать еще в V – VI веках. Только китайцы использовали как сырье природные неочищенные компоненты, что сильно ослабляло взрывной эффект. Поэтому-то слабый китайский порох и не разрывал бамбуковые стволы, а боевое применение пороха китайцами ограничивалась огнеметанием, метанием стрел и небольших пуль. В результате на войне пороховое оружие китайцами использовалось довольно редко – чаще они применяли порох для фейерверков и праздничных петард. Шварц же, скорее всего слышавший о «китайском порошке», открыл состав пороха для европейцев, изготовив его самостоятельно (неизвестно – пользуясь какими-то добытыми китайско-арабскими секретами, или воссоздав рецепт по-своему, просто зная, к чему надо стремиться). Потрясенный мощью созданного им «порошка», по-европейски прагматичный Шварц тут же стал думать, как бы использовать силу газов пороха для метания камней покрупнее. Так и появилась европейская металлическая пушка, ставшая впоследствии намного более грозным оружием, чем китайский «огнестрельный бамбук» или арабская «модфа», которые в лучшем случае использовали пули не больше грецкого ореха.

Разработка Шварцем пороха, которую многие исследователи называют «изобретением», или «повторным открытием» способствовала тому, что его состав перестал быть тайной, и вскоре порох стали изготавливать и применять даже в самых отдаленных провинциях Европы. Соответственно, это привело к первой «гонке вооружений» - известно, что уже в 1326 году во Флоренции было налажено серийное изготовление металлических пушек; за Флоренцией последовали Фландрия, Франция, Англия, Южная Германия и т.д.
Тем не менее, в первые десятилетия своего существования европейская артиллерия пока еще не оказывала влияния на исход битв, а производила лишь психологический эффект, пугая всех страшным грохотом. Ничтожная численность первых пушек, их примитивность и пока еще небольшой калибр (подавляющее большинство пушек XIV века метали камни и ядра весом не более 2 кг) не могли нанести врагу большого ущерба. Такие снаряды не превосходили по размерам яблоко, и в бою пока приносили противнику меньше вреда, чем старинные метательные машины. Малые калибры первых пушек были связаны с примитивной еще техникой литья, просто не позволявшей изготавливать крупные изделия, а так же с возникновением больших проблем при доставке тяжелых орудийных стволов на поле боя. Влияло так же на изготовление пока в основной массе малого «огнестрела» и то, что военные еще не осознали, насколько серьезные возможности таит в себе новое оружие, и как именно можно использовать его потенциальную мощь. Поэтому в течение XIV века литейные мастерские изготавливали в основном небольшие мортирки, по форме напоминавшие колбы и ступки алхимиков (франц. «mortier» – «ступка»). Это оружие представляло собой маленький стволик, по весу вполне пригодный для переноски в руках. Ранние мортиры просто устанавливали перед выстрелом на землю; вскоре по образцу арабской «модфы» их стали прикреплять к деревянным шестам, позволявшим стрелять из оружия, уперев шест в землю, а то и прямо с рук. Затем на шестах начали закреплять целые пакеты мортирок – для увеличения скорострельности, или вообще для залповой стрельбы.

Тем не менее, хоть основную массу европейского «огнестрела» XIV века и представляли легкие мортиры, уже в то время начали появляться и первые более крупнокалиберные орудия. Ведь в Средние века значительное число битв велось за овладение замками и крепостями, которые являлись опорными пунктами рыцарских армий. И для успешного штурма этих каменных укреплений осаждающим требовалось пробить стены, чтобы ворваться внутрь крепости. С древних времен для этого применялись метательные машины - баллисты и катапульты; теперь же европейцы решили использовать для тех же целей и новое оружие. Поначалу они обстреливали крепости из малых мортирок, однако небольшие камни и свинцовые пули крепким стенам особо повредить не могли; более эффективным оказалось применение мортирок для заброса за стену зажигательных стрел и снарядов, вызывавших в городе пожары. Для создания зажигательного снаряда каменное ядро или комок ветоши, который затем накалывали на древко стрелы, опускали в расплавленную смесь смолы, серы и извести. Затем снаряд обматывали ветошью, и снова погружали в раствор; и так несколько раз. При выстреле такой снаряд вспыхивал от пламени пороха, и огненной кометой перелетал через крепостную стену, поджигая крыши домов, на которые падал…

Однако для овладения вражеским опорным пунктом мало было вызвать в нем пожар; необходимо было ворваться внутрь и захватить замок. А для этого требовалось все же пробивать стены. И так как малые мортиры справиться с этой задачей явно не могли, оружейники стали изготавливать более крупные орудия, способные стрелять более тяжелыми снарядами. Так появились бомбарды и их разновидность – веглеры (франц. veuglaire – производное от латинского fulgurare: «мечущий молнии»). Бомбарды – это крупнокалиберные стволы, стрелявшие не навесным огнем, а прямой наводкой; стреляли они большими каменными ядрами, вес и энергия удара которых позволяли при нескольких попаданиях в одно место пробить стену, или с одного попадания взломать ворота. Снаряды бомбард были уже не «с грецкий орех», и не «с яблоко», а «с голову взрослого человека», а впоследствии – «с голову быка» (так в Средневековье, пока еще не продумали систему калибров, определяли размеры ядер).
Но мы же помним, что низкий уровень литейного дела в то время не позволял отливать большие орудия… А бомбарды и не отливали. Мастера придумали другой способ изготовления: стволы бомбард представляли собой «конструктор». Они собирались из железных полос, прижатых друг к другу набитыми сверху раскаленными железными обручами – таким образом в то время изготавливались бочки. Этот способ позволил оружейникам увеличить так же и калибр мортир: собиравшиеся тоже из железных полос и обручей, крупные мортиры могли теперь забрасывать за стены тяжелые ядра, наносившие более страшные разрушения, чем ручные мортирки.
И все же изготовление больших бомбард и мортир было делом трудным и долгим. Да и доставка этих орудий к стенам вражеской крепости и установка их на позиции представляли собой очень сложную работу. Колесных лафетов тогда еще не придумали. Поэтому ствол бомбарды везли в большой телеге на волах; на месте ее сгружали, и устанавливали на врытый в землю деревянный станок, который еще не имел приспособлений для наведения ствола и фактически являлся просто поддоном. Сзади ствол подпирали целой конструкцией из бревен, вбитых в землю – чтобы погасить мощную отдачу при выстреле, и оставить ствол на месте. А еще до установки орудия его будущую позицию закрывали специальными подъемными щитами: ведь дальность стрельбы ранних пушек была небольшой, и их приходилось располагать в зоне обстрела вражескими лучниками и арбалетчиками.

Из-за всех этих сложностей крупные бомбарды поначалу являлись еще редкостью. Гораздо большее распространение во 2-й половине XIV века получили веглеры, представлявшие собой ту же бомбарду, только средних размеров (поэтому в ряде книг они проходят под тем же названием - бомбарды). Калибры веглеров были крупнее, чем у мортирок, но меньше, чем у бомбард – они стреляли снарядами размером от «яблока» до «головы ребенка». Поэтому веглеры были эффективнее мортирок, и в то же время заметно мобильнее грузных бомбард, и удобнее их в эксплуатации. Изготавливались веглеры поначалу так же, как и бомбарды – путем сборки из железных полос и набитых на них обручей; благодаря относительно небольшим размерам веглеров такая сборка проходила быстрее и легче, чем сборка бомбард. Впоследствии, с развитием литейного дела в XV веке, приемлемые размеры этих орудий позволили отливать их из железа и бронзы.
Главным же отличием веглера от бомбарды было то, что он заряжался не с дула, а сзади. В задней части веглера имелся вырез, в который вставлялась съемная пороховая камера – «казённик». Ее использовали в качестве замка и крепили к стволу при помощи клина. Такой способ заряжания несколько повышал скорострельность орудия, однако снижал его мощь. Ведь часть газов, бывало, прорывалась назад, в щели, а не толкала ядро вперед (этот выброс газов был довольно опасен для артиллеристов, стоявших позади). К тому же вырез в задней части ствола при тогдашнем уровне обработки металлов еще больше снижал надежность веглеров, и так невысокую для сборных бомбард. Ведь скрепленные только обручами полосы стволов бомбард не отличались прочностью. И из-за малейшего превышения навески пороха (которая в то время делалась «на глаз»), а то и просто из-за эксплуатационной усталости металла, ствол разламывался, и бомбарда взрывалась, калеча и убивая обслуживавших орудие артиллеристов. Это случалось довольно часто, и поэтому солдаты боялись нового оружия, утверждая, что оно опаснее для своих, чем для врага. А неподалеку от позиции орудия обычно отрывали окопы, в которые артиллеристы и прятались на момент выстрела, оставляя у бомбарды для запала заряда только одного человека – мастера, руководившего изготовлением пушки. Если бомбарда «работала» исправно, он получал «львиную долю» денежной оплаты. Если же нет – «что ж, сам виноват»…

Первый с исторической достоверностью установленный случай применения огнестрельного оружия в европейских войнах имел место в 1331 году, при атаке немецких рыцарей на пограничную итальянскую крепость; однако несколько отстрелявшихся в том сражении малокалиберных «стволов» особого вреда никому не причинили, и на исход сражения никак не повлияли. В 1338 при осаде города Пюи-Гийома впервые огнестрельным оружием воспользовались французы. Затем «гремящие трубки» использовались папскими войсками при осаде крепости Терни в 1340 г., а в 1350 во время осады замка Сауэроло впервые «засветились» бомбарды (до этого в боевых действиях участвовали только легкие мортирки).
Все вышеописанные случаи касаются осад замков и крепостей. В полевой же войне орудия впервые были применены англичанами против французов в 1346 г. в битве при Кресси, а затем – в 1356 в битве при Пуатье. Обе битвы англичанами были выиграны; хотя все же думается, что решающую роль в них сыграли не четыре-пять имевшихся пушек, а тысячи метких английских лучников.
И в том же XIV веке впервые артиллерийский гром раздался и на Руси: в 1382 году при обороне Москвы от хана Тохтамыша москвичи начали обстрел противника из «тюфяков» - так на Руси называли первые пушки…