К началу Русско-Японской войны - к 27 января (по новому стилю 9 февраля) 1904 года – Россия имела на Дальнем Востоке довольно значительные морские силы. В Порт-Артуре (главной российской дальневосточной военно-морской базе) находилась Тихоокеанская эскадра Балтийского флота, состоявшая из отрядов броненосцев, крейсеров, эскадренных миноносцев и вспомогательных судов, обеспечивающих действия боевых кораблей. На Владивосток базировался отдельный отряд крейсеров. Кроме того, в разных портах Китая и Кореи находились крейсеры и канонерские лодки Сибирской флотилии, выполнявшие роль стационеров (сторожевых и полицейских судов в колониальных портах).

После объявления войны все русские морские силы на Дальнем Востоке были переформированы в Объединенный флот Тихого океана. А в апреле 1904 года, когда в Петербурге было принято решение о формировании и отправке на помощь Тихоокеанскому флоту дополнительных военно-морских сил, находящаяся в водах Дальнего Востока эскадра стала именоваться «Первой эскадрой флота Тихого океана». С 1902 года командующим Объединенным флотом Тихого океана, в реальности «распочковавшимся» на Владивостокский крейсерский отряд и на Порт-Артурскую эскадру, был адмирал О.В. Старк. Но он 1 февраля 1904 был снят с должности за нераспорядительность и за то, что «проспал» нападение японцев. Тем не менее, Старк руководил флотом еще месяц, пока в самом конце февраля дела не принял прибывший в Порт-Артур из Петербурга энергичный и активный адмирал С.О. Макаров, который еще задолго до начала войны предупреждал о возможности нападения японцев на Порт-Артур. При Макарове деятельность эскадры заметно оживилась; однако он руководил флотом всего месяц: в конце марта Степан Осипович погиб. После этого в руководстве флота и эскадры началась неразбериха. Должности командующего флотом и командующего Порт-Артурской эскадрой (до этого совмещенные) разделились. Командующими Тихоокеанским флотом посменно были: адмирал Н.И. Скрыдлов, затем – адмирал И.И. Бирилев; а Порт-Артурской эскадрой теперь руководили: сначала генерал-адмирал Е.И. Алексеев, затем – адмирал П.А. Безобразов, потом адмирал К.П. Иессен. Причем и Скрыдлов, и Бирилев находились далеко от района боевых действий – в Петербурге, и фактически являлись командующими только по официальным бумагам, в реальности никак не влияя на ход событий на Дальнем Востоке. «Порт-Артурские» же адмиралы в Порт-Артуре тоже отсутствовали. Безобразов и Иессен находились во Владивостоке, откуда им руководить блокированной 1-й эскадрой было, мягко говоря, затруднительно (Иессен до назначения командующим 1-й эскадрой очень неплохо командовал действиями Владивостокского отряда крейсеров). Алексеев же, являвшийся фаворитом императора, вообще находился на особом положении (предполагается, что он был внебрачным сыном Александра II, а значит, приходился Николаю II дядей). Параллельно с должностью командующего 1-й эскадры генерал-адмирал Алексеев занимал еще и должность командующего всеми сухопутными и морскими силами на Дальнем Востоке (!), и разрывался в предоставленных ему богатых возможностях реализации своих амбиций между флотом и сухопутной армией. Понятно, что при такой «непосильной нагрузке» ему было не до прямого руководства действиями Порт-Артурской эскадры. Так что в реальности 1-й эскадрой командовали вовсе не перечисленные выше адмиралы, а «временно исполняющие должность» - офицеры, непосредственно находившиеся на кораблях в Порт-Артуре. Реальными руководителями Порт-Артурского флота поочередно становились флагманы отряда броненосцев: с апреля по конец июля – адмирал В.К. Витгефт, в августе – адмирал П.П. Ухтомский, с сентября – адмирал Р.Н. Вирен.

Начало войны с Японией для беспечного российского флота было неудачным: внезапной ночной торпедной атакой на Порт-Артурскую эскадру японцы повредили и вывели из строя два новейших броненосца и крейсер. За последующие три дня из строя выбыли еще 5 русских кораблей (2 погибли в Чемульпо и 2 на минах, 1 корабль был блокирован японцами в нейтральном порту и разоружился). В результате этих потерь 1-я Тихоокеанская эскадра стала уступать в силах японскому флоту. Для исправления положения из Петербурга в Порт-Артур и был послан талантливый адмирал С.О. Макаров, запоздало назначенный новым командующим эскадрой. С его приездом начался ускоренный ремонт поврежденных кораблей и активная деятельность легких сил флота. Однако, как уже говорилось выше, «Порт-Артурская весна» продолжалась не долго: 31 марта Макаров погиб на подорвавшемся на японской мине броненосце «Петропавловск». Новое же командование эскадры, находившееся далеко от Порт-Артура, имело весьма смутное представление о сложившемся положении, а «временно исполняющие должность» младшие флагманы, не располагая всей полнотой власти и опасаясь ответственности, повели себя крайне пассивно, фактически передав инициативу войны на море флоту противника…



В 1-ю Тихоокеанскую эскадру входили корабли всех имевшихся на тот момент боевых классов: эскадренные броненосцы, броненосные крейсеры, бронепалубные крейсеры 1-го и 2-го рангов, эскадренные миноносцы, малые миноносцы, канонерские лодки и минные заградители; имелись так же вспомогательные крейсеры, переоборудованные в военные из гражданских судов.
Все русские броненосцы имели хорошую защиту: броневой пояс корпуса по ватерлинии, бронированные артиллерийские казематы, орудийные башни и командные рубки. Водоизмещение броненосцев Порт-Артурского отряда колебалось в рамках от 11.000 до 13.000 тонн. Броненосные крейсеры несли броню по той же схеме, что и броненосцы (только более тонкую); их водоизмещение колебалось от 8.000 до 12.500 тонн. Бронепалубные крейсеры русского флота делились на 1-й и 2-й ранги. Крейсеры 1-го ранга Тихоокеанской эскадры имели водоизмещение от 6.000 до 7.000 тонн, а 2-го ранга – от 3.000 до 4.000 тонн (старые крейсеры 2-го ранга, переведенные в учебные корабли, вообще не превышали 1.500 тонн). Торпедоносные силы российского Тихоокеанского флота были представлены находившимися в Порт-Артуре эскадренными миноносцами водоизмещением от 240 до 350 тонн. Кроме того, во Владивостоке и Николаеве базировались старые малые миноносцы водоизмещением от 24 до 200 тонн. Эти малютки, способные действовать только у берегов, даже не имели названий; они обозначались номерами, и предназначались для обороны портов (поэтому в боях «номерные» практически не участвовали). Минно-тральные силы флота были представлены 2.500-тонными минными транспортами и 400-тонными минными крейсерами. Канонерские лодки, в мирное время игравшие роль стационеров, во время войны занимались обороной военно-морских баз и артиллерийской поддержкой действовавших на побережье сухопутных войск. Их водоизмещение обычно находилось в пределах 1.000 – 1.500 тонн. Вспомогательные крейсеры обычно переоборудовались из скоростных пассажирских пароходов; поэтому они, как правило, были больших размеров и значительного веса (так, Порт-Артурские «вспомогачи» имели водоизмещение от 10.500 до 12.000 тонн).