Авиация Франции и Великобритании была наиболее развитой среди всех стран Антанты; поэтому их ВВС раньше других заимели в своем составе истребители и начали вести воздушные бои. Соответственно, именно в этих государствах асы появились раньше, чем в других союзных ВВС. Теперь же я продолжу рассказ о первых асах - уже тех стран Антанты, в которых истребительная авиация оформилась позже, и рождение асов в этих ВВС так же несколько запоздало…



В Италии в разработке самолетов главное внимание уделялось тяжелым машинам – итальянские авиаконструкторы проектировали в основном бомбардировщики. Легкие же самолеты, годившиеся для ведения воздушного боя, или закупались итальянцами во Франции, или производились на собственных предприятиях, но по французским лицензиям. Поэтому истребители в итальянскую авиацию стали поступать уже после того, как французы наладили массовый выпуск таких аэропланов, и более-менее насытили ими свои ВВС; соответственно, и первые асы в ВВС Италии появились позже – только в 1916 году. Причем итальянскому пилоту стать асом было значительно труднее, чем, например, англичанину: ведь те засчитывали своим летчикам в победы даже не сбитые, а только сбежавшие с поля боя самолеты, итальянцы же приняли значительно более строгую французскую систему учета побед, даже еще более ужесточив ее. Они посчитали, что победа не может быть вероятной, и записывали своим летчикам только те победы, которые удалось доказать «стопроцентно». И хотя из-за этого счета итальянских летчиков выглядят «беднее», чем у англичан, зато они полностью соответствуют реальному положению дел…


Лейтенант Луиджи Оливари (1891-1917) первой победы добился уже во втором своем воздушном бою 7 апреля 1916 (сбил двухместный Бранденбург С.1). В это время он служил в 1-й эскадрилье, но вскоре Луиджи перевели в другую часть, и последующие три победы Оливари одерживал уже в составе 70-й эскадрильи. Переведенный в конце августа в 91-ю эскадрилью, Луиджи 16 сентября 1916 сбил пятый самолет противника – двухместный Ллойд C.III, став первым асом в ВВС Италии. До конца 1916 Оливари одержал еще одну победу, а за весну – лето 1917 он довел счет сбитых самолетов до 12-ти. Вообще-то Луиджи сделал заявки на 19 сбитых самолетов, но 7 из них ему не засчитали из-за недостатка доказательств. За боевые успехи лейтенант Оливари был награжден тремя Серебряными и двумя Бронзовыми медалями «За воинскую доблесть».
Луиджи Оливари погиб в авиакатастрофе утром 13 октября 1917 года, когда его SPAD-VII во время взлета с аэродрома разбился из-за неисправности мотора.


Сержант Марио Стоппани (1895 –1959) добился титула аса вторым среди итальянских пилотов. Еще до войны Марио освоил специальность автомеханика; поэтому с началом боевых действий его, как человека, разбирающегося в технике, направили в авиацию. С лета 1915 года Стоппани совершил много разведывательных полетов; за постоянно доставляемые ценные сведения в конце 1915 пилота наградили высокой наградой – Серебряной медалью «За воинскую доблесть». После награждения Марио направили инструктором в авиашколу – обучать летному делу новичков. Этим Стоппани занимался полгода, пока летом 1916 его не перевели в истребительную 76-ю эскадрилью.
Первую свою воздушную победу сержант Стоппани одержал 9 июля 1916; а до конца года Марио сбил еще пять самолетов (один из них - в паре с первым асом Италии Луиджи Оливари). 5-ю победу, сделавшую летчика вторым асом итальянской авиации, Стоппани одержал 31 октября 1916. А в январе 1917 Марио Стоппани дал согласие стать летчиком-испытателем авиастроительной фирмы «Ансальдо», и больше в боях не участвовал.


Российские ВВС в годы 1-й мировой войны находились в менее развитом состоянии, чем авиации передовых европейских стран. Основную массу российского авиапарка составляли машины французского производства, закупленные еще до войны, и большинство аэропланов были двухместными, вполне годившимися для разведки, но малопригодными для воздушных боев. А так как одноместные верткие истребители даже во Франции появились только почти через год после начала боевых действий, пополнение российской авиации такими машинами оказалось делом нелегким – ведь теперь между Францией и Россией находилась враждебная Германия. Поэтому оснащение русской авиации истребителями началось довольно поздно: в середине 1916 – начале 1917 гг., а потому пик воздушных боев и рост числа асов на Восточном фронте пришелся уже на 1917 год. Тем не менее, два российских летчика сумели добиться титула аса еще в предыдущем, 1916 году. Правда, один из этих пилотов большинство своих побед одержал, воюя на Западном фронте - в составе французской авиации на вполне современном для того времени самолете; но вот второй российский ас все свои победы одержал на Востоке, летая на устаревших, а часто еще и изношенных аэропланах…


Латыш по национальности Эдуард Мартынович Пульпэ (1880–1916 гг.) стал первым российским подданным, сумевшим сбить 5 вражеских самолетов и добиться титула аса.
Начало войны застало сотрудника лаборатории аэродинамики, руководимой профессором Н.Е. Жуковским, во Франции. Как он там оказался, не совсем ясно: не то занимался практическим исследованием законов аэродинамики в самой развитой на тот момент авиационной державе, не то скрывался от российских властей из-за своих революционных настроений. Однако, как бы там ни было, объявление войны круто изменило жизнь латыша. Он добровольцем вступил во французскую авиацию, и вскоре начал принимать участие в боевых вылетах. Особо пилот Пульпэ отличился в 1915 г во время бомбежки германской железнодорожной станции, в ходе которой он подвергся атаке немецкого истребителя. Его аэроплан был весь изрешечен пулями, перебитыми оказались и тяги управления. Тем не менее, латыш сумел довести практически не управляемую машину до базы и совершить посадку.
В конце 1915 года сержант Эдуард Пульпэ стал истребителем; он был направлен в эскадрилью MS-23 (впоследствии она получила название N-23). Среди истребителей Эдуард Мартынович быстро зарекомендовал себя бесшабашным храбрецом; он безоглядно бросался в самые ожесточенные схватки, вызывая своей отвагой неподдельное восхищение импульсивных французов. Так, в декабре 1915 Пульпэ «очертя голову» в одиночку атаковал 8 германских аэропланов и ухитрился сбить 2 из них, после чего, несмотря на полученные повреждения, сумел благополучно вернуться на свой аэродром. Таким образом, Пульпэ стал первым из российских подданных, добившимся в воздушном бою «дубля» - и это в то время, когда даже одиночная победа была для авиаторов редкостью, и расценивалась, как настоящий подвиг. Так же бесшабашно Эдуард вел себя и в схватках 20-го и 31-го марта 1916 г, атакуя превосходящие его по численности силы противника; каждая из этих схваток принесла Пульпэ по подтвержденной победе и триумфальное возвращение на свой аэродром на самолете, больше всего напоминавшем сито.
В июне 1916 г су-лейтенант Пульпэ в составе группы французских пилотов приехал в Россию для обучения русских летчиков. Он был определен инструктором в 8-й истребительный авиаотряд. Однако Эдуард рвался в бой, поэтому он не только «натаскивал» молодых пилотов, но и сам участвовал в воздушных схватках над Луцком и Ковелем. Над Ковелем Пульпэ и одержал 1 июля 1916 года свою 5-ю подтвержденную победу, став первым асом российской авиации. Однако эта же победа оказалась его последней: он погиб через несколько дней, 19 июля 1916 года. В тот день Эдуард Пульпэ в одиночку напал на пятерку германских аэропланов. Двух немцев он сумел повредить, и они поспешно бежали из боя. Но в схватке и сам латыш был ранен в руку и поясницу; тем не менее, он продолжил схватку с численно превосходящим его врагом. Однако в этот раз численное превосходство противника стало решающим: удачно пущенная немцами очередь перебила тяги элеронов на Ньюпоре-11 Эдуарда; машина завалилась на крыло и сорвалась в штопор. На высоте 300 метров Пульпэ сумел вывести Ньюпор из штопора, но потерявший скорость истребитель клюнул носом, вошел в пике и разбился, похоронив под обломками отважного латыша. К моменту своей гибели су-лейтенант Эдуард Пульпэ одержал 5 официальных (4 во Франции и 1 в России) и 4 неофициальных (1 во Франции и 3 в России) победы.


Начало Великой войны застало штабс-ротмистра Белгородского уланского полка Козакова (1889-1919) за обучением летному делу в Офицерской воздухоплавательной школе. Окончив авиашколу, Козаков с ноября 1914 принял участие в боевых разведывательных вылетах в составе 4-го корпусного авиаотряда. Встречи с аэропланами противника, противодействовать которым Козаков на безоружном самолете просто не мог, злили летчика – ведь он отлично понимал, какой вред наносят вражеские разведчики российским войскам. И, стремясь помешать этому, Козаков 18 марта 1915 года пошел на таран одного из австрийских разведывательных аэропланов. Он совершил второй в истории таран, и стал первым летчиком, выжившим при столкновении самолетов (Александр знал о гибели первого «таранщика» Петра Нестерова, и тщательно рассчитал силу и направление удара). Правда, при ударе и его машина получила повреждения; тем не менее, Козаков сумел спланировать и более-менее успешно приземлиться.
К началу 1916 г Козаков стал командиром 19-го авиаотряда, и благодаря командной должности получил возможность переделать разведывательный двухместный биплан Ньюпор-10 в одноместный истребитель. Высадив второго члена экипажа и избавившись от его кресла, летчик разместил в освободившейся передней кабине аэроплана пулемет с большим запасом патронов. Так как синхронизаторов в России в то время еще не знали, Козаков использовал разработанную киевским конструктором В. В. Иорданом установку пулемета под углом 240 к оси двигателя (пули из так установленного пулемета пролетали выше лопастей винта, без риска отстрелить их). Правда, при таком положении оружия пилоту было трудно целиться во врага, и атаковать его возможно было только снизу. Тем не менее, в июне и в июле 1916 Козакову на этой «самоделке» удалось одержать две победы.
В августе в 19-й авиаотряд поступили настоящие одноместные истребители-бипланы Ньюпор-11 с легким пулеметом над верхним крылом, что значительно облегчило ведение воздушного боя. На этом самолете Александр осенью одержал еще 1 подтвержденную и 1вероятную победы, а 8 (21 по новому стилю) декабря 1916 г в районе Луцка штабс-ротмистр Козаков атаковал тройку неприятельских самолетов и сбил «Бранденбург» С-1, который стал его 5-й официально засчитанной победой, что дало летчику право на титул настоящего аса.
В марте 1917 ротмистр Козаков был назначен командиром всей 1-й БАГ; однако командирская должность не снизила боевую активность летчика. За май 1917 он одержал 3 подтвержденные победы; за июнь Козаков сбил еще 5 самолетов, а в июле-августе он одержал 4 подтвержденных и 1 вероятную победы. В сентябре 1917 Александр сбил 2 аэроплана достоверно и 1 вероятно; но затем начался развал фронта, а потом произошла Октябрьская революция, в результате которой к власти пришли большевики. Тем не менее, верный присяге полковник Козаков в октябре и ноябре продолжал совершать боевые вылеты; правда, противника в воздухе почти не было, и за 2 месяца Александр одержал всего 1 победу, которая стала его 20-й и последней. В ноябре Военно-революционный комитет отдал приказ о прекращении всяких полетов на фронте. Война в воздухе завершилась...
Во время гражданской войны полковник Козаков руководил 1-м Славяно-Британским авиаотрядом, воевавшим в районе Мурманска против большевиков. Когда же белогвардейцы проиграли войну, а поддерживавшие их англичане эвакуировались из Мурманска, Козаков покончил жизнь самоубийством…
Всего за время 1-й мировой войны Александр Козаков одержал 20 официально подтвержденных и 3 неподтвержденные победы, что сделало его самым результативным асом Российской империи.