Это цитата сообщения Ермоловская_Татьяна Оригинальное сообщение

«Чёрный четверг» корейской войны: атакуют «МиГи»!

Hачавшись летом 1950 года как внутрикорейский конфликт между коммунистическим Севером и проамериканским Югом, уже осенью эта война едва не переросла в третью мировую. В сентябре, когда северокорейские войска контролировали уже 9/10 полуострова, в конфликт вмешались Соединенные Штаты. Действуя под эгидой ООH, американцы организовали мощный контрудар, высадили десанты в тылу северян и, имея подавляющее превосходство в живой силе и технике, развернули наступление на Пхеньян. Вскоре северокорейская армия была прижата к китайской границе. Американское командование поспешило объявить о победоносном завершении войны. Отчаявшиеся северокорейцы обратились за помощью к Китаю и Советскому Союзу и на исходе октября 1950 г. огромная китайская группировка перешла границу и нанесла сокрушительный удар по «войскам ООH». Воздушное прикрытие этого контрнаступления обеспечивала советская авиация.

[700x431]
Дело в том, что северокорейские ВВС к началу конфликта имели на вооружении меньше 200 поршневых истребителей ЛА-9, ЛА-11 и штурмовиков ИЛ-10 советского производства, являющимися по сути дела модернизированными самолетами ЛА-7 и ИЛ-2 времен Второй мировой войны. Им противостояли 835 гораздо более современных самолетов 5-й воздушной армии ВВС США. К ним следует добавить английские палубные самолеты, отдельную австралийскую эскадрилью и авиацию южнокорейских ВВС.


Американские ВВС активно вступили в боевые действия 27 июня и сразу же, частично уничтожив авиацию Северной Кореи на аэродромах, завоевали полное господство в воздухе. Северокорейские летчики мужественно сражались, но силы были неравны, и уже к октябрю 1950 г. превосходство авиации США и их союзников стало полным. Стремясь не допустить неизбежного поражения Северной Кореи, Сталин лично дал добро на применение советской авиации для поддержки сил КНР и КНДР. В конце октября, получив команду из Москвы, на базе авиачастей советских ВВС, которые дислоцировались в Северо-Восточном Китае, были созданы две авиадивизии, составившие основу 64-го Истребительного авиационного корпуса (ИАК). По состоянию на 1 ноября 1952 г. в составе корпуса находились 440 летчиков и 320 самолетов. На вооружении 64-го ИАК состояли самолеты МиГ-15, Як-11 и Ла-11. Возглавил корпус генерал-лейтенант авиации Иван Васильевич Белов. Базировались части корпуса на авиабазах Северо-Восточного Китая: в Мукдене, Аньшане и Ляояне. Вспоминая о начальном этапе своей деятельности в Корее, летчик Николай Сутягин позднее писал: «Вскоре нам огласили приказ: в бою разговаривать только по-китайски! Всем выдали блокноты с основными командами, обычно отдаваемыми в воздушном бою, и мы принялись учить говорить их по-китайски. Толку от этого было мало, тогда командование разрешило брать эти блокноты с собой в полет и пользоваться ими для подсказки.

Вспоминая это сейчас, не могу удержаться от смеха, но тогда мы должны были выполнять приказ. А это было нелегко – чтобы отдать распоряжение своим пилотам, командир должен был продумать, как оно будет звучать покороче, затем, взглянув в блокнот, мысленно перевести его на китайский язык и произнести вслух. Получив приказ летчики должны были выполнить все в обратной последовательности. На это уходило довольно много времени, что в условиях быстро меняющейся обстановки воздушного боя, на практике – неприемлемо. Вскоре наши мучения кончились. После того, как один из наших «МиГов» был тяжело поврежден в бою, командование отменило этот приказ и все разговоры пошли на чисто русском языке»...

Противостояние

Боевые действия летчики 64-го ИАК начали 1 ноября 1950 года, и с этого момента безраздельному господству в воздухе американцев и их союзников пришел конец. Практически неуязвимые для устаревших северокорейских истребителей американские «Суперкрепости» Б-29, привыкшие безнаказанно совершать опустошительные рейды в глубь территории КНДР и даже КНР, сразу начали нести тяжелые потери от скоростных и хорошо вооруженных МиГов. Командование ВВС США лихорадочно искало пути повышения эффективности бомбардировок и снижения потерь дорогостоящих «Суперкрепостей». Теперь они летали только с плотным истребительным прикрытием. Основными истребителями в начале противостояния у американцев были F-80 «Шутинг Стар» (Shooting Star) и F-84 «Тандерджет» (Thunderjet), а также английский «Метеор МК-8», стоявший на вооружении австралийских ВВС. Эти самолеты значительно уступали советским МиГ-15 по всем аспектам боевого применения и были не способны обеспечить эффективную защиту бомбардировщиков. Это вынудило американское командование начать срочно комплектовать свои части новейшими истребителями F-86 «Сейбр» (Sabre – сабля) в надежде обеспечить себе преимущество в боях с МиГ-15.

Боевые возможности этих самолетов были примерно одинаковы. «Сейбр» имел незначительное преимущество в максимальной скорости, управляемости при пикировании, а также превосходил МиГ-15 в горизонтальном маневре, особенно на малых высотах. Основные положительные качества советского МиГа – меньший вес, лучшая скороподъемность, больший потолок и более мощное вооружение (1 пушка 37 мм и 2 пушки 23 мм против 8 пулеметов калибра 12,7 мм у «Сейбра») – оказались определяющими: технически более совершенные «Сейбры» оказались не в состоянии надежно защитить бомбардировщики от атакующих в пикировании на большой скорости МиГов. Пушки МиГ-15 при меньшей скорострельности обладали гораздо большей эффективной дальностью поражения, а мощность применяемых снарядов позволяла сбить тяжелый бомбардировщик с минимальным числом попаданий. Вдобавок к этому, конструктивные особенности МиГ-15 делали его весьма устойчивым к пулеметному огню «Сейбров» и «Суперкрепостей».
[показать]
Черный четверг

7 апреля 1951 года группа в составе 16-ти бомбардировщиков В-29 (307-ой БК), сопровождаемых 48-ю самолетами «Тандерджет» и 16-тью Ф-80С (предназначенных для уничтожения китайской ПВО), атаковали мосты над рекой Ялуцзян в Уйцзю всего в нескольких километрах от главного советского аэродрома, располагавшегося в Аньдунге. На их перехват поднялись 30 МиГов 176-ого ГИАП. Несмотря на численное превосходство американцев, нескольким МиГам с легкостью удалось прорвать оборону из Ф-84, после чего один из бомбардировщиков был сбит капитаном Иваном Сучковым. Его боевой товарищ – лейтенант Борис Александрович Образцов – в свою очередь, сбил один из Ф-80, при этом погиб пилотировавший его пилот Джон Томпсон. В соответствии с данными ВВС США этот самолет пал жертвой китайской ПВО.

10 апреля стал для летчиков 196-ого ИАП выдающимся днем: во время сражения лейтенант Шебанов атаковал Ф-86А N49-1093 и нанес ему настолько серьезные повреждения, что даже несмотря на то, что пилотировавшему его летчику удалось добраться до Кимпо, самолет, как абсолютно не подлежавший ремонту, был списан. Часом позже капитан Александр Федорович Васько (ветеран Великой отечественной войны) и его ведомый Анатолий Гоголев «очистили небо» от еще двух Ф-80С, пилотируемых Робертом Лемке (попал в плен) и Эдвардом Альперном (погиб) соответственно. И, наконец, некоторое время спустя, капитан Виктор Александрович Назаркин изрешетил третий по счету «Шутинг Стар», управляемый Дугласом Мэйтсоном, разбившийся всего в двух с половиной километрах от своей базы в Таэгу (пилот погиб). В тот день советская сторона не понесла никаких потерь.

Случай для пробы сил выпал летчикам и 12 апреля 1951 года. В тот день американская авиация нанесла крупномасштабный удар по железнодорожному и обычному мостам, пересекавшим реку Ялуцзян в районе Уйцзю. В налете участвовали 48 бомбардировщиков В-29А (из 19-ого, 98-ого и 307-ого БК), сопровождаемые 18-тью «Сейбрами» (4-ое Истребительное авиакрыло), 34-мя Ф-84Е (27-ое БКС) и, вдобавок, еще и 24-мя Ф-80С, в задачу которых входило уничтожение ПВО. Против этой воздушной группы, состоявшей из 124 самолетов, советская сторона смогла выставить лишь 44 МиГ-15 из 176-ого и 196-ого полков (отнюдь не 75, как уверяли американские источники того времени). Так, численное соотношение американских и советских самолетов в воздухе составляло практически три к одному соответственно.

«12 апреля янки бросили на бомбардировку стратегических мостов через реку Ялуцзян 48 своих «Крепостей» под прикрытием 80 истребителей. «Крепости» – так мы звали американские стратегические бомбардировщики Б-29 «Суперфортресс». Именно такой самолет сбросил атомную бомбу на Хиросиму. Это огромная машина, способная нести больше 9 тонн бомб и имевшая полторы дюжины крупнокалиберных пулеметов. Хотя американцы имели трехкратный численный перевес, бой 12 апреля обернулся для них полным разгромом. Hикогда не забуду тот день. Я был в ударной группе. Подбил «Крепость» первой же очередью, метров с восьмисот, потом прорвался через заградительный огонь и вторую очередь всадил в упор, так что только клочья полетели. Экипаж выбросился с парашютами, их там человек десять было, не меньше... Тут на нас навалились истребители прикрытия, и завертелась карусель...» – вспоминает пилот МиГ-15 Л. H. Иванов.

Несмотря на численное превосходство врага, наши летчики понимали, что на их стороне, тем не менее, есть и преимущество: американские самолеты сопровождения (в основном, «Сейбры») шли со скоростью, не превышающей скорость неторопливых В-29 – 700 км/ч, и на высоте 7000 метров. Было принято решение: дожидаться на высоте 10000 метров появления строя американских самолетов и, при его появлении, на скорости 900 км/ч спикировать с разных направлений на них – будь то бомбардировщики или истребители сопровождения («Сейбры» не обладали ни маневренностью, ни возможностью набрать высоту и остановить МиГи).

Таким образом, в 9:37 утра с появлением американских самолетов в воздухе началась самая настоящая фантасмагория: советские летчики перехватили пятую волну бомбардировщиков, группа сопровождения которых была фактически не в состоянии как-либо помешать этому. Менее чем за 10 минут (с 9:37 по 9:44) десять В-29А и три Ф-80С либо упали в море, объятые пламенем, либо удалились восвояси, получив настолько серьезные повреждения, что были вынуждены осуществить экстренную посадку на территории Южной Кореи (в то время как база В-29 находилась на территории острова Окинава в Японии). Этот день американцы прозвали «черным четвергом» корейской войны.

После таких впечатляющих успехов, учитывая, что МиГи сражались в численном меньшинстве, американцы прониклись глубоким уважением к своим визави и прозвали советских летчиков «хончо», что в переводе с японского означает «командиры». Позднее за ними закрепилось прозвище «красные командиры». После катастрофических потерь за такое короткое время (25 сбитых самолетов против 8 МиГов за апрель), руководство воздушными силами США больше месяца не решалось посылать крупные группы самолетов за пределы 38-й параллели.

Красные командиры

17 июня примерно в 11:25 в небе над Сенсеном состоялась встреча 6-ти МиГ-15 (176-ой ГИАП), возглавляемых Сергеем Крамаренко, и 12-ти Ф-86 (336-ая БЭИ); учитывая численное превосходство противника (2 к 1) советские пилоты, недолго думая, спикировали и атаковали американские истребители. В суматохе первых секунд боя, как советские летчики, так и пилоты «дядюшки Сэма» разошлись, и капитан Крамаренко внезапно обнаружил, что помимо того, что он остался без своих ведомых, его еще и атакуют три «Сейбра». Как вспоминает сам летчик: «...Но вернусь к пикированию. Мне было известно, что «Сейбр» более тяжелый, и поэтому лучше пикирует, чем МиГ. Поэтому долго пикировать было нельзя. Меня догонят и расстреляют. Но тут я увидел прямо перед собой кучевые облака. Мне оставалось только направить свой самолет в одно из них. Вскочив в облако, я резко развернул свой самолет влево на 90 градусов и после выхода из облака вывел самолет из пикирования и начал разворот вправо, так как предположил, что ведущий «Сейбров» думает, что МиГ будет пикировать по прямой линии без разворота и полетит прямо. Так и оказалось. Внизу под собой я увидел эту тройку, которая тщетно искала меня внизу. Не теряя ни секунды, я сверху устремился на них. Роли переменились. Теперь атаковывал я.

Но они заметили меня и сразу же разделились: ведущий с левым ведомым стали разворачиваться со снижением влево, а правый ведомый начал разворот с набором высоты вправо. Видимо, этот маневр был ими заранее отработан. Цель его мне была ясна: это была ловушка.

Правда, их было трое, но меня это тогда не смущало, я верил в свои силы и в свой МиГ. Но мне срочно надо было решить: кого атаковывать. Если нижнюю пару, то правый ведомый сверху сразу же атакует и собьет меня. Поэтому я выбрал именно его. Он был ближе ко мне и шел в правом развороте с набором высоты. Я спикировал, быстро зашел ему в хвост, прицелился и с дистанции примерно 600 метров открыл огонь. Медлить и сближаться еще было нельзя: сзади была пара «Сейбров». Снаряды накрыли «Сейбр». Видимо, один снаряд попал в турбину, потому что от самолета пошел сизый дым. «Сейбр» накренился и перешел на снижение, а затем вошел в пикирование...»

Николай Сутягин свой первый боевой вылет выполнил 14 апреля 1951 г. Через 5 дней одержал первую победу – сбил истребитель F-86, а к концу июня – еще 3 ( 22 июня сбивает сразу 2 F-86, потом еще один ).

Однажды, в момент разворота, звену советских летчиков во главе с Николаем Сутягиным стала заходить в «хвост» четверка F-86. Умелый маневр, и наши пилоты уже в «хвосте» «Сейбров». Заметив «МиГи», американцы после левого разворота пошли в пикирование. Сутягин с дистанции 400 – 500 метров открыл огонь по ведомому. Но вторая пара американцев зашла звену в «хвост», это заметил ведомый старший лейтенант Шулев – он резким маневром вышел из-под удара. Ведущий первой американской пары, заметив, что стреляют по ведомому, пошел на «косую петлю». Но он не смог противостоять мастерству Сутягина, который в верхнем положении, уже сблизившись до 250 – 300 метров, открыл по нему огонь. Американский F-86 запылал и стал падать. Чуть позже Сутягиным был уничтожен еще один «Сейбр». Умению Сутягина драться с американцами завидовали во всей дивизии, как и его нацеленности на победу. Лето 1951 года для Николая стало результативным – с июля по сентябрь сбил 6 самолетов, затем еще 2 «Метеора» ( 25 августа и 26 сентября ). Еще результативней была осень – с октября по декабрь – 8 уничтоженных машин. Только в декабре Сутягин одержал 5 воздушных побед.

Несмотря на завесу секретности, окружающую эту войну, страна высоко оценила подвиг летчиков 64-го истребительного авиакорпуса. В историческом формуляре корпуса указано, что за успешное выполнение 64-м ИАК правительственного задания Указом Президиума Верховного Совета СССР были награждены орденами и медалями 3504 человека, а 35 летчиков удостоены высшей государственной награды – звания Героя Советского Союза.

Владимир Распопов
журнал «Аэропорт»

[показать]
tatasoz-