[259x348]

В 60-е годы 19 века перед российскими военными встал вопрос о переходе на казнозарядное оружие. Нужно было искать способ переделки винтовок образца 1856 и 1858 годов в казнозарядные, но непонятно было, под какой патрон – дешевый бумажный или дорогой металлический? Военный министр Д.А. Милютин признавал: «...техника шла вперед такими быстрыми шагами, что, прежде чем предложенные заказы были испытаны, появлялись уже новые требования и делались новые заказы». Он же назвал перевооружение 1860-х годов «несчастной ружейной драмой»: из-за отсутствия научно обоснованных, подкрепленных опытом эксплуатации требований к казнозарядному оружию принимались поспешные решения, и фактически почти каждый год на вооружении армии оказывался новый образец самого массового оружия пехоты – винтовки. Здесь нет места для описания всех этих фактически экспериментальных «стволов», которые так и не успевали выпустить достаточно большой партией, поэтому я остановлюсь только на тех образцах, которые «разговаривали» с противником во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг.

Игольчатая винтовка Карле обр. 1867 года.
В середине 1866 года русскому правительству для испытаний была предложена 15,24-мм игольчатая винтовка со скользящим затвором английского оружейника Карле. Это оружие было разработано под явным впечатлением от прусской винтовки Дрейзе, которая блистала на поле боя в последней австро-прусской войне. Главными достоинствами винтовки Карле русское командование считало простоту переделки из старого оружия и наличие бумажного патрона, который должны были изготавливать прямо в войсках (металлический патрон требовал массового фабричного производства). Винтовка Карле обладала скорострельностью до 7 выстрелов в минуту, что было несравнимо с 2-3 выст./мин. из старых дульнозарядных винтовок; однако и это уже не соответствовало требованиям времени – в Европе на вооружение принималось теперь более совершенное оружие.

[364x163]Принцип игольчатого оружия заключался в том, что капсюль размещался не в дне бумажного унитарного патрона, снаряженного пулей Минье, а у донышка самой пули. Поэтому для накалывания капсюля боек должен был пройти сквозь весь патрон, сквозь порох, а для этого он должен был быть длинным и тонким – иглой. В этом и крылся главный недостаток системы: при выстрелах игла испытывала мощные перегрузки и довольно быстро ломалась. Еще одним серьезным недостатком игольчатой системы являлся постоянный прорыв газов сквозь быстро растрескивавшийся обтюратор из кожаных кружков. Однако все эти недостатки остались незамеченными из-за сжатых сроков испытания: ведь было произведено очень ограниченное количество выстрелов. Винтовка Карле была принята на вооружение, и началась переделка в эту систему старых дульнозарядных штуцеров. Восемь оружейных заводов за короткий срок произвели около 214 тыс. винтовок Карле, которые поступили на вооружение Кавказского, Туркестанского, Оренбургского и Сибирского округов. Вот тут-то на новое оружие и пошли рекламации, причем – потоком! Кроме уже упоминавшихся поломок иглы после 20-30 выстрелов, и прорыва газов сквозь обтюратор через 15-20 выстрелов выявилась низкая меткость оружия. Это происходило из-за того, что остатки бумажной гильзы после выстрела не извлекались, и их приходилось проталкивать через ствол следующей пулей, в результате до 20% пуль уходило «в молоко»! Да и переделка из старых образцов оказалась намного медленнее и дороже, чем предполагалось, а бумажные патроны оказались полным анахронизмом, не годившимся для современной войны; в результате уже в 1868 году производство Карле прекратилось. Тем не менее, она осталась в войсках, и в 1877 году именно с этим оружием войска Кавказского фронта брали Карс, Ардаган, Эрзерум, Баязет…
[700x235]

Винтовка Крнка обр. 1868 года
Среди различных предложений по переделке 6-линейных винтовок под металлический патрон центрального воспламенения одной из лучших оказалась система начальника Морского музея в Петербурге лейтенанта Н.М. Баранова. Его винтовка имела откидной верх затвора по типу Альбини, поэтому систему часто именовали «Альбини-Баранов», хотя Баранов существенно улучшил и упростил систему. Конкурентом системе Баранова была винтовка выдающегося австрийского оружейника, чеха по национальности, Сильвестра Крнки барона Гогенбрюка. Хотя винтовку Крнки не приняли в Австро-Венгрии, она заинтересовала русское Военное ведомство.
Винтовка имела откидной влево затвор и горизонтально расположенный ударник, курок оставался внешним, но был отогнут внутрь, проще, чем в винтовке Баранова. В обеих системах стреляная гильза не выбрасывалась — стрелок извлекал ее рукой. Предварительные испытания «карабина» Крнки прошли в июле 1867 года успешно, но не решили вопроса о принятии на вооружение. Дело было не в «косности» военных чинов: они видели достоинства металлического патрона, но также понимали, каких усилий и затрат потребует «установка у нас валовой фабрикации» патронов с требуемой точностью. Поэтому вновь раздавались голоса, что, дескать, бумажные патроны можно делать в войсках (хотя капсюли войсковые лаборатории и мастерские делать не могли), что металлическая гильза дорога, патрон тяжел, что ускорение заряжания вызовет излишний расход патронов. Но русские военные [267x273] агенты за рубежом все чаще сообщали об официальных опытах с винтовками под металлический патрон. Да и регулярные осложнения международной обстановки заставляли торопиться. Однако какую винтовку выбрать для вооружения: Баранова или Крнка – это было проблемой. Обе винтовки оказались равнозначными, с одинаковой дальностью выстрела, с одинаковой скорострельностью (7-8 выстр./мин.). Мнения разделились: представители флота настаивали на винтовке Баранова, представители армии – на оружии Крнка. Управляющие казенными и частными заводами подсчитали, что переделка по системе Крнки обойдется в 6 рублей, а по системе Баранова — в 7 рублей 50 копеек; это и послужило главным аргументом – армия приняла на вооружение винтовку Крнка. Винтовки Крнки выпускались и как новые, и как переделочные; поначалу прицел оружия был старого образца — на 600 шагов, хотя дальнобойность оружия значительно превышала эту дистанцию; затем все же приняли улучшенный прицел на 1 200 шагов. Однако сделано это было довольно поздно; в результате консерватизм в вопросе эффективности стрельбы на дальние дистанции привел к крупным потерям российских войск в войне 1877-1878 гг.: турки постоянно вели огонь с 1200 метров, а иногда даже – с 1800 метров, нанося огромный урон русской пехоте еще до того, как она сблизится на дистанцию своего огня.
Перевооружение армии 6-линейными казнозарядными винтовками закончили к 1872 году, поставляя их параллельно с игольчатыми под бумажный унитарный патрон. Всего было произведено более 827 тыс. винтовок Крнка. Поэтому неудивительно, что именно эти винтовки стали в Русско-турецкой войне 1877—1878 годов наиболее массовым оружием русской пехоты (в войсках их именовали «крынками» или же «крымками»). Именно с этой винтовкой русские солдаты сражались на Шипкинском перевале и под Плевной, обороняли Стара-Загору и штурмовали Ловчу. Именно Крнки были выданы болгарским ополченцам, влившимся в ряды российской армии для совместного освобождения своей родины.

[696x130]