[357x269]
В октябре 1941 года инженеры Лубенец и Козарин под руководством главного конструктора завода N66 Троненкова предприняли еще одну модернизацию Максима в соответствии с требованиями выпуска пулеметов в условиях военного времени и мобилизации экономики.
Для заполнения кожуха ствола снегом и льдом пулемет снабдили широкой горловиной с крышкой на петле – решение позаимствовали у финского Максима модели 1932 года, с которым РККА пришлось иметь дело в финскую войну.
На протяжении всей войны пытались повысить боевые возможности Максима и непосредственно в войсках, например, часто снимали с пулемета щит – быстрота передвижений и меньшая заметность были лучшей защитой. Для маскировки кроме окраски использовали чехлы на кожух и щит. Зимой Максим ставили на лыжи или санки, на лодку-волокушу (они пригодились и в болотистых районах), с которой и вели огонь.
И все же модернизации не могли ликвидировать главный недостаток Максима – большой вес, в среднем на 20–24 кг превышавший современные иностранные образцы. Большие трудности вызывало снабжение пулеметов водой. Сложно было действовать с Максимом в горах, где бойцам приходилось использовать изготовленные в армейских мастерских треноги вместо штатных станков.
В 1943 году на вооружение был принят станковый пулемет системы Петра Горюнова СГ-43 с воздушным охлаждением ствола, который превосходил Максим по многим параметрам. Первые серийные образцы поступили в войска уже осенью 1943 года. Но и старик – Максим продолжал выпускаться до 1945 года на станкостроительном заводе № 535 в Туле и заводе № 524 в Ижевске, сохраняя за собой роль основного станкового пулемета советской пехоты в Великой отечественной войне.