[700x539]
Молодой, но очень талантливый сотрудник правоохранительных органов – следователь Володя Вынюхин обладал противоречивой репутацией. С одной стороны, ему поручали самые сложные и запутанные дела, и начальство не сомневалось, что кто-кто, а Вынюхин – распутает. С другой – о нем говорили, что пацан без тормозов, и чудной – капец. Возможно даже, злоупотребляет конфискованными наркотиками.
Впрочем, те, кто хорошо его знал, утверждали, будто Володя мировой чувак, только вот нельзя при нем сказки хаять, даже отзываться о сказочных персонажах с долей здорового скептицизма – ни-ни! Скажешь, например, что Деда Мороза не существует, он тебе такую защитную речь произнесет – бездушные тертые адвокаты плачут и боятся!
Когда дело было окутано ореолом таинственности и сверхъестественности – инопланетяне там кого похитили или сектанты-фрейдисты принесли в жертву фаллическому символу, - следствие тут же отдавали Вынюхину.
Самые отдаленные села, и места с нехорошей мистической славой тоже в первую очередь посещал следователь Вынюхин.
- Дело по твоей части, Володя, - объявил шеф на планерке. – Поступил сигнал. Но что и как – непонятно. Сегодня утром от участкового отдаленного села Сим-симовка – Абуадуданова, пришло СМС-сообщение. В Сим-симовке, как известно, никакие мобильные сети не ловит, а стационарные телефоны давно поотключали, потому как мужики разворовали кабель. И автобусы ходят раз в полгода. Но Абуадуданов каким-то чудом умудрился послать нам весточку.
Шеф достал телефон, поклацал, подслеповато щурясь, и зачитал:
- «Али баба… Сорок…» - тут дальше какие-то символы непонятные… ошибка, видно, какая-то… после символов «…ков»
- Али-баба и сорок разбойниКОВ? – высказал догадку опер Выскочков.
- Вот! И я так подумал! – подтвердил шеф. – А кто такие Али-баба и его банда? Правильно! Сказочные персонажи! А кто у нас заведует всякой сказочной хренью? Правильно! Вынюхин! Так что, Володя, командировка у тебя с завтрашнего дня в Сим-симовку.

***

В забитой пыльной Сим-симовке воняло навозом, собаки никогда не замолкали, заливаясь лаем, и никто не знал ни про каких разбойников.
- Разбойники? – удивлялась баба Сима – местная информационная база. – Да разве что выводок Кроликовых. Яблоки у меня воруют! Бандиты малолетние! Правда их пока только пятеро, но если Кроликова в том же духе продолжит, скоро будет все сорок!
Не найдя тут никаких признаков совершенного преступления, Вынюхин бы сразу и уехал, но главного виновника переполоха – участкового Абуадуданова, он тоже нигде не нашел. Тот как в воду канул! Может, конечно, запил, или по бабам пошел, но, не поговорив с этим засранцем, не уедешь, а то шеф уши в декоративную трубочку скрутит.
И Вынюхин отправился шляться по окрестностям. Из захудалого сельского бара доносился гитарный перебор, и хрипловатый голос, показавшийся Володе до боли знакомым, самозабвенно выводил:

Куда уходят деньги?
В какие города?
Найти бы сто стратегий,
Чтоб их привлечь сюда.
Они уйдут неслышно,
А кредитор не спит,
И письма мне он пишет,
Из банка все звонит!

И зимой, и летом
Мэрсы покупать себе
Будет кто-то где-то, но не здесь.
И в сугробах белых,
И по лужам у ручья
Всё от банка бегать буду я.

- Вольдемар! – радостно закричал Вынюхин, забегая в бар.
- Володька! Какими судьбами?! – воскликнул оборотень, сохранявшийся сейчас вполне человеческую голову на плечах.
- Да я, как всегда, расследую… Кстати, ничего не слыхал об Али-бабе и сорока разбойниках?
- Али-баба? – Вольдемар задумчиво почесал за ухом. – Ну как же! Слышал! Там еще… эта… «сим-сим откройся»… Сказка такая есть.
- Да нет! – расцветшая было в Вынюхине надежда, скукожилась и решила, наплевав на традиции, умереть первой. – Тут, в селе, ничего о них не слышал? Никого не грабили в последнее время? Никто золото не взвешивал?
- Как не взвешивал? Алхимик Вася взвешивал! – радостно закивал оборотень.
- Ладно, сходим к Васе, - вздохнул Вынюхин, - только сначала расскажешь, что ты здесь делаешь и куда делся участковый Абуадуданов.
За стопкой местного самогона Вольдемар поведал Вынюхину, что из Двинь-в-Тыкса оборотня выманил некий «продюсер». Явился лысенький дядечка и, расхваливая песни Вольдемара, предложил тому совершить тур по стране. Мол, споешь какое-нибудь «Без тебя», и тут тебе – слава, поклонники, деньги, телки, тачки, все дела… Естественно, наивного оборотня обманули, вместо лучших сцен страны он посетил несколько забытых богом хозяйств, где его забесплатно заставляли работать. Чуть не взяли в пожизненное рабство, но сын луны благополучно обратился в волка, и с гитарой в зубах убежал в Сим-симовку. Здесь за хорошую песню ему наливали в местном баре, а бабы иногда подкармливали домашней едой. Так и жил.
А о пропавшем участковом Вольдемар лично знал совсем мало, а вот заочно наслушался столько, хоть книжку пиши. Абуадуданов Нео Иванович влюбился без памяти в местную фермершу Алису Морфеусовну, разводившую кроликов в промышленных масштабах. И долго Нео Иванович не осмеливался признаться в чувствах, пока Алиса не сделала первый шаг, прислав к влюбленному участковому дрессированного питомца с запиской на ошейнике: «Следуй за белым кроликом». С тех пор участкового никто и не видел.
- Так… - протянул Вынюхин, выслушав друга-оборотня, - нужно к фермерше идти. Далеко она живет?
- Ну, никто ведь не знает, - заявил Вольдемар. – Она сама в Сим-симовку приходит, из Сим-симовки уходит. А фермы той отродясь никто не видел. Разве что алхимик Вася. Дела, говорят, какие-то они вместе крутят… Васькаются… Химичат что-то…
В порыве внезапного вдохновения, оборотень схватил гитару, ударил по струнам и запел:
- Химия на-а-ас связа-ала,
Тайною на-а-ашей стала,
Всем уговорам твержу я в ответ:
Нас не попустит, не-е-ет…
- Значит, к Васе! – скомандовал Вынюхин, вставая из-за стола.

***

Володя постучал в покосившуюся дверь маленького, с виду нежилого домика на окраине села.
- А ты этого алхимика хоть раз в лицо видел? – спросил Вынюхин и снова постучал.
- Не-а… Лично не знаком.
После третьей канонады требовательного стука, из-за двери послышалось картавое:
- Пьеходите в длугой лаз! Я занят!
«Знакомый голос», - подумал Вынюхин, с ноги открывая дверь.
Лицо, скрывающееся за дверью, тоже показалось до боли знакомым… Сейчас правда без красной кепки и серого балахона, но это был… кардинал Василио!
- Какие люди! – воскликнул Вася-Василио. – Вот так не ждали…
- А вы я вижу, ваше преосвященство, от сана отреклись и в еретические учения ударились? – Вынюхин подозрительно оглядел комнату: колбы, трубки, камни, череп, кости, змеи... Витающий над всем этим зеленоватый едкий дым.
- Да что вы, начальник, какие елетические учения? Пелеквалификация! В наше вьемя тлудно инквизитолом лаботать. Ведьмы больно хитлые и у налода полулялные. Такие сами тебя сожгут! А алхимия – в цене!
- Да, ладно, ладно, - отмахнулся Вынюхин, - лишь бы ты запрещенные вещества в своей алхимии не использовал. А так, балуйся на здоровье. Я тут вообще шайку разбойников Али-бабы ищу! Или… если шайку не получится… хотя бы участкового Абуадуданова. Или хотя бы на Алису Морфеусовну нас выведи.
При упоминании этого имени, Вася побледнел.
- Али… баба… и солок… - прошептал он одними губами. Сглотнул и вымолвил: - …покойников.
- Что? – заинтересовался Вынюхин. – Да тут мокрухой попахивает! Еще и сериальчик намечается… Сорок покойников говоришь? И кто такой этот Али-баба?
- Али? Это Али! Алису-фелмелшу так тут все называют. А бабА… она бАба… - Вася изобразил округлости в районе груди, - что тут объяснять? Баба Али!
Воцарилась неловкая пауза, которую прервал Вольдемар, схватив гитару и принявшись напевать:
- Дай ей этот день, дай ей эту ночь,
Дай ей хоть один шанс, и ты поймешь,
Все зло от бабы!
Дай ей только день, дай ей только ночь,
Дай ей хоть один шанс, и ты помрешь…
Все зло от бабы!

- Так значит, ты, Вася, хочешь мне рассказать кое-что об Алисе Морфеусовне для протокола?
- Упаси меня алхимия – цалица наук! – Вася судорожно то ли перекрестился, то ли сделал магический пасс. – Чтобы я об Али… и для плотокола… Она же меня клоликам своим сколмит!
- Да гонишь! Кролики мяса не едят! – вмешался оборотень.
- Это у вас в Двинь-в-тыксе не едят, а у Али еще как косточками хлумают! Солок покойников с участковым… И глаза у этих клоликов класные-класные… Светятся!

***

Алхимик Вася к фермерше-убийце идти не хотел. Но Вынюхин убедил его, что посадит, если не за сокрытие улик или соучастие, то за хранение запрещенных веществ или неуплату налогов (Вася со своим философским камнем уже пару килограммов золота в ломбарды сдал).
Дорога к ферме Алисы шла через дремучий лес, наполненный жуткими звуками и подозрительными шорохами. До места добрались только к ночи. Троица оказалась перед огромными воротами, служащими единственным способом попасть по ту сторону высоченного забора с пиками наверху и явно под напряжением.
- Сим-сим отклойся! – прокартавил Вася кодовую фразу и ворота со скрипом распахнулись.
- Может я того… пойду?.. – с надеждой спросил алхимик, но тяжелая рука Вынюхина сурово легла ему на плечо.

Вася дрожал. Вольдемар судорожно превращался в волка и обратно. Во дворе – обширном, с газонами, статуями и фонтанами, царила зловещая тишина. Даже вечерние птицы не пели, и ветер не играл с листьями. Только шаги непрошенных гостей по декоративной плитке дорожки отдавались глухим эхом.
Резная дверь в дом была заперта на обычный механический замок, с которым, немного провозившись, справился Вольдемар.
- Откуда отмычки? – мимоходом спросил у оборотня Вынюхин.
- Из леса, вестимо… - пожал плечами человеко-волк, уходя от ответа.
Дом был страшен и огромен… «В таких обязательно должны водиться привидения – жертвы страшных преступлений», - подумалось Вынюхину. Он шел впереди по темным комнатам, за ним следовал Вася и Вольдемар замыкал шествие.
Вдруг где-то позади клацнул выключатель, загорелся свет и раздался строгий женский голос:
- Это опять ты, Василий? А я ведь предупреждала!
Все трое резко обернулись. Перед ними стояла молодая белокурая женщина в ночной сорочке. Она сурово глядела на алхимика.
Вынюхин открыл было рот, чтобы объявить подозреваемой, что он собирается ее задержать, но его прервал странный топот множества ног, доносившийся со стороны двери.
- Нет… - пробормотал Вася, страшно побледнев.
- Нет! – повторил Вольдемар, принявшись грызть когти.
- Что нет? – недоумевал Вынюхин.
- Не знаю… - признался оборотень.
Топот усиливался. И вот в комнату потоком хлынули… кролики. Это была целая стая… или стадо кроликов-альбиносов. Все ангельски былые с адски красными глазами. Они устремились прямо на несчастных посетителей.
- Не-е-ет! Н-Е-Е-ЕТ!!! – безумно орал Василий, приседая и прикрываясь руками.
Вольдемар заскулил. Вынюхин выхватил табельное оружие.
Но кролики были неумолимы. Они приближались прыжками, зловеще дергали ушами и шевелили розовыми носами.
Внезапно поток белой пушистости разделился надвое, обошел Володю, Васю и Вольдемара, и потек дальше к ногам хозяйки.
Здесь кролики успокоились: кто чистил усы, кто выпрашивал морковку, которую щедро раздавала Алиса.
Алхимик еще кричал душераздирающее «Нет!», а фермерша не менее душераздирающе, смеялась.
- Неужели поверил, Васютка?
Вынюхин абсолютно ничего не понимал.

***

- Я сильная независимая женщина! – полчаса спустя объясняла Алиса Морфеусовна, угощая гостей чаем с плюшками. – И не надо тут шуток про сорок кошек! Я кошек терпеть не могу. У меня кролики, больше сорока. А кролики, как известно, это не только ценный мех… То есть меха мне от них не нужно, это декоративные кролики – прекрасные домашние питомцы, я их развожу для других целей.
- А почему вы живете одна? – спросил Вынюхин.
- А потому что я богатая и гордая! Заработала себе целое состояние. Умом своим, надо сказать, заработала! Денег у меня немеряно, а все мужики – козлы, хотели быть рядом только ради корысти. И никто меня не любил. Вот я и решила уехать подальше от цивилизации и от людей, поселиться в изоляции, развести кроликов…
- Кроликов-людоедов? – подозрительно сощурился Вынюхин.
- Да каких людоедов! – отмахнулась Алиса. – Это я специально Васю пугала. Очень уж он меня преследовал, надоел до чертиков. Он все хотел выспросить рецепт волшебного чая, который позволяет путешествовать по зазеркалью…
- Так значит, наркотики! – обрадовался Вынюхин.
- Нет! Какие наркотики? Чистое колдовство, не какая-нибудь химия ненатуральная. Тьфу, гадость эти ваши наркотики. Я же еще ведьма по совместительству. А Вася ко мне зачастил. Сначала инквизитором представился, мне даже интересно стало, может, думаю, и получится что. А он, собака, уже давно завязал с инквизицией и в алхимики подался! Зелье, скотина, захотел. Вот я ему и рассказала, что кролики мои – людоеды. И что уже тридцать девять мужиков скушали, а он сороковым будет.
- А куда, простите, на самом деле делись те тридцать девять мужиков? И участковый Абуадуданов Нео Иванович? – продолжал допрос Вынюхин.
- Тридцать девять мужиков на заработки подались. А Нео, - Алиса сделала паузу и улыбнулась. – Нео тут… Со мной…
На кухню вошел сонный, немного потрепанный, но явно счастливый Абуадуданов, улыбаясь во весь рот. Он поцеловал хозяйку, погладил несколько кроликов, а только потом поздоровался с гостями.
- Лейтенант Абуадуданов, - рассердился Вынюхин. – Как ты это объяснишь?! Что это была за смска, в которой ты намекал то ли на разбойников, то ли на покойников? Я что, зря сюда тащился?
- Да… ну… это… Я попутал маленько… - Нео почесал в затылке. – Адресата перепутал. Это я клиенту писал, владельцу зоомагазина, что мол, Али готова…
- Там было Али-бабА, - поправил Вынюхин.
- Да нет же. Али бАба – это у нее торговая марка такая. Так вот, готова она продать зоомагазину сорок декоративных кролиКОВ». А связь никудышная, телефон глючит… Вот и отправил случайно полковнику Петренко, да и позабыл…
Вынюхин выругался и сплюнул на пол.
- Забыл он… Все с тобой понятно! Уволят тебя, Нео!
- Ну и слава вселенной! – обрадовался Абуадуданов. – А то гоняйся за алкашами, да дебоширов лови за копейки. А так у меня тут и жена, и бизнес…

***

Расстроенный Вынюхин брел назад в Сим-Симовку, досадливо пиная камешки по дороге. Вася, ни капли не успокоенный объяснениями Алисы, постоянно озирался через плечо. Вольдемар опять что-то напевал.

А где-то за высоким забором белоснежные кролики, хищно поблескивая красными глазками, доедали сороковую жертву.
- А этот что тебе сделал? – спрашивал Нео, морщась от жуткого вида кроличьей трапезы.
- Обманул. Как и все остальные. – Алиса улыбнулась. – Это последний. А ты молодец… хорошо выкрутился перед следователем.

🎻 Владислав Скрипач