(газетная статья: «Вечерний Свердловск» №154 06.07.1987)

Воображение любителей культуры и искусства волнует до сих пор тагильская находка ­ живописное полотно, подписанное Рафаэлем. А недавно по другому поводу имя средневекого художника привлекло внимание ревнителей искусства нашего края. В город пришло письмо из Самары с просьбой помочь в поисках «Утёвской мадонны» - полотна, написанного в начале прошлого века, по-моему, под впечатлением от бессмертной Сикстинской мадонны живописцем Григорием Журавлёвым.
Сельский педагог собиравший материалы о творчестве земляка-живописца, умер, и юные следопыты, продолжающие дело учителя, обнаружили исчезновение одной из работ, приписываемых художнику.
Интерес к работам Григория Журавлёва особый, потому что этот художник не имел от рождения рук и ног и писал прекрасные иконы, держа кисть зубами. Покушения на фоторепродукции его икон случались и раньше. Последнее произошло, судя по этому письму, в начале 1987 году. Музеи страны насчитывают ещё пока всего несколько официально известных икон живописца. По одной иконе - в Сараево, Петербурге, Самаре и Екатеринбурге (города названы по ныне существующего административного деления - Е.Д.). Икона, исчезнувшая в селе Утёвка из квартиры Александры Михайловны Подусовой, могла бы стать пятым учтённым объектом гордости почитателей таланта безрукого иконописца. Дело существенно усложнялось тем, что краеведы и следопыты лишь приблизительно знали главную примету украденной иконы: «похожа на Форнарину Рафаэля». Её погрудное изображение напоминало очертаниями Сикстинскую мадонну. Было полезно выяснить также, как выглядела женщина, которой был увлечён великий художник средневековья, а спустя четыре столетия этот образ вдохновил крестьянского живописца из поволжского села. Впрочем, некоторые специалисты считают, что её красота ­ не более чем сумма представлений художника о прекрасном и лишена живого прообраза. Другие полагают, что прототип существовал, и называют её Форнариной из Флоренции.
Согласно легенде, она была возлюбленной Рафаэля, скрывавшего её подлинное имя и происхождение. Когда - то в Риме, кардинал пытался выдать за него свою крёстную дочь. Состоялась помолвка, но Рафаэль откладывал свадьбу, которая так и не состоялась. В отместку сторонники кардинала прогнали прекрасную флорентийку от одра умиравшего Рафаэля, когда та пришла проститься с ним перед смертью.
Прошли века, и только на рубеже XX века в европейской печати появилось сообщение, что под именем Форнарины скрывалась дочь пекаря Маргарита Люти, ушедшая после смерти художника в монастырь.
Романтическая легенда, по-видимому, тронула сердце автора «утёвской мадонны». Был он начитанным, образованным человеком. К нему, как к заметному художнику, проявляли интерес губернские власти и духовенство. Даже император пригласил его в столицу продемонстрировать искусство Журавлёва.
Хранившуюся в моём архиве фоторепродукцию «утёвской мадонны» я передал Самарскому областному краеведческому музею и специально для розыска похищенной иконы послал экземпляр школьным следопытам.
© Евгений Девиков, 1987


ПРИМЕЧАНИЕ № 1
Бывшие школьные краеведы с годами мужают и разъезжаются в разные города страны. Вот и члены бывшего школьного краеведческого кружка утёвской средней школы сегодня, спустя почти два десятилетия, живут иными интересами, но уверен, что любознательность, чувство локтя и вера в справедливость остаются всегда на прежнем уровне.
Обращаюсь к Любе Распутиной (бывшему Председателю краеведческого кружка) и к краеведам: ­
Подусовой Елене,
Коротковой Валентине,
Стрелкиной Алёне,
Стерликову Александру
и другим, не перечисленным в письме от 5 марта 1987 года: помогла ли поискам присланная в ответ на вашу просьбу фоторепродукция иконы? Нашли ли вы, в конце концов, нашу общую пропажу? -Ответь, кто прочтёт.


ПРИМЕЧАНИЕ № 2
Во втором примечании к этой страничке дневника дополняю тему Форнарины (Маргариты Люти). Жаль, что формат дневника не позволяет добавить фотографии к тексту стихотворения. Поэтому вынужден ограничиться голым стихом.

ФОРНАРИНА

Имя это – Форнарина – свято:
женщина из дерзостной мечты.
В воздухе струился запах мяты
и подушки не были измяты:
я всю ночь писал её черты.

Отсчитал отцу богатый выкуп –
сто пригоршней золотых монет.
Выполнял её любую прихоть,
для себя не прибавляя выгод,
на свободу не кладя запрет.

А любовь – она дороже денег.
Жизнь – и та зависит от любви.
Кто вериги верности наденет,
пред Любовью преклонит колени,
а отступник Бога прогневит.

Может быть, Господь меня отринет
и Собор прогонит от крыльца,
если нарисую лик Марии,
как две капли – с милой Форнарины
скромного и нежного лица.

О, моя Сикстинская Мадонна,
ликом лучезарнее зари!
Велика Любовь и Страсть бездонна.
Ты меня у нового картона
и благослови, и озари.

За тебя молюсь и в чудо верю:
лик любимый обессмертит Бог.
Даже гибель не сочту потерей.
В Храм её раскрою настежь двери
и цветами выстелю порог.

© Евгений Девиков, 2005