Конечно, для устранения барымты требовались не только соответствующие законы и просветительная работа, но прежде всего социально-экономические и политические преобразования, которые бы изменили психологию людей, их нравы и обычаи. Однако Валиханов и здесь не вышел за рамки просветительства.
Ученый-просветитель живо интересовался состоянием и перспективами развития скотоводческого хозяйства казахов, думал о том, как избавить скот от периодически повторяющихся эпизоотии. Выход он видел в правильном использовании обширных земельных угодий для нужд скотоводства. Он считал неразумным существующий порядок землепользования, при котором одни аулы, имея богатые летние и осенние пастбища, были лишены удобных мест для проведения зимовки, а другие, наоборот, владея удобными зимними, не имели хороших летних пастбищ.
«На основании этих фактов можно думать, что разделение земель наших по округам и приурочивание летних и зимних пастбищных мест известным родам и личностям считать одною из главных причин, вредящих скотоводству,— писал Валиханов.— Теперь нужно из малого пространства земли извлекать наибольшую пользу, а это совершенно невозможно, пока скотоводство будет в киргизской степи единственным средством существования».
Как видим, Ч. Валиханов считал нецелесообразным частное пользование пастбищными землями, поскольку оно препятствовало их рациональной эксплуатации, успешному развитию животноводства. Но эта его ценная мысль не доведена до логического конца, т. е. до объявления пастбищных земель общественной собственностью, просветитель ограничился лишь предложением некоторых административных переустройств в отдельных округах и волостях, чтобы дать возможность скотоводам, страдавшим от непогоды, пользоваться удобными зимовками и естественными прикрытиями.