Такое судоустройство в условиях патриархально-феодального общества служило для феодалов наиболее удобным средством осуществления своей воли. Хотя предложенная царским правительством новая система судопроизводства, построенная на принципах русского законодательства, также отвечала интересам богачей, что правильно подчеркнуто Валихановым, она все же была шагом вперед по сравнению с судом биев. Приобщаясь к экономической и политической жизни России, к системе ее законов, трудящиеся массы казахского аула начали бы лучше сознавать единство судеб и интересов всех угнетенных, что ускорило бы процесс их объединения в общей борьбе против эксплуататорского строя.
Валиханов правильно указывал, что социальные реформы должны отражать потребности общества. Потребность казахского общества, как неоднократно отмечалось им, состояла в том, чтобы приобщиться к экономической и духовной жизни России и через нее — к мировой цивилизации. Но в данном случае ему казалось, что сохранение прежних судебных органов в Казахстане (правда, «до поры до вре-Т мени»—по Валиханову) было бы пока более приемлемо для народа, чем новая избирательная система.
Между тем казахскому обществу невозможно было успешно двигаться по пути социально-экономического и культурного прогресса, не освободившись от своего «племенного организма» и не преобразовав тех «условий среды и стихии», в которых он прозябал веками. Ч. Валиханов как защитник интересов казахских трудящихся увидел в новой системе судопроизводства только то, что выгодно эксплуататорам, но не подметил, что в условиях Казахстана она все же имела прогрессивное значение.
В своих научных заметках Ч. Валиханов затрагивал многие жизненно важные проблемы экономической жизни края. Им, например, выдвинуты предложения, направленные на устранение отживших обычаев и предрассудков, наносивших ущерб интересам нормального ведения хозяйства и развитию производительных сил общества. Сохранение в казахском обществе таких явлений, как барымта, по твердому убеждению Валиханова, разрушительно действовало на казахское скотоводство. Как легкий способ обогащения, барымта исключала необходимость производства, требующего времени и труда, и, следовательно, приучала степняков к паразитизму, к лености, убивала всякую трудовую инициативу. Ее поэтому, согласно Валиханову, необходимо было решительно пресекать. Когда подобного рода «хищничество» в степи «смягчится под влиянием лучшего просвещения», «народ познает цену удобства и комфорта, тогда только, может быть, торговля примет другой оборот и множество рук, которые теперь не заняты ничем, кроме барым-ты, станут изыскивать другое средство к существованию».