В свете этих фактов чудовищными выглядят попытки фальсификаторов представить Рабоче-Крестьянскую Красную Армию Украины состоящей «главным образом из уголовных элементов и русских рабочих и солдат» с низкой дисциплиной.
Что касается «низкой дисциплины», то Пайпс абсолютизирует ту черту Красной Армии Украины, которая была связана с ее происхождением, с тем, что она была создана на основе широкого повстанческо-партизанского народного движения и поэтому на первых порах не обладала еще качествами регулярной армии. Главного— народного характера Красной Армии Украины Пайлс не видит, но зато раздувает и выпячивает издержки этого главного — пережитки партизанщины и «забывает», конечно, сказать о том, что партизанщина была временным явлением.
Неизбежное следствие такого произвольного подхода — путаница и разнобой в стане фальсификаторов. В то время как Пайпс и Чемберлин говорят о низкой дисциплине в Красной Армии, Решетар, наоборот, считает «железную дисциплину» и «эффективную организацию» причинами побед Красной Армии. Впрочем, и Чемберлин, очутившись перед необходимостью как-то объяснить победы Красной Армии, пишет о лучшей организации и лучше подготовленных кадрах, чем, например, у Петлюры: Красная Армия, оказывается, «использовала десятки тысяч опытных русских офицеров», а Петлюра, хотя и пользовался «симпатией крестьянства», испытывал недостаток в подготовленных офицерах, амуниции и источниках снабжения. Пайпс уточняет: большевики «унаследовали от прошлого режима большие кадры чиновников», а «украинцы» не имели таких резервов, так как их страна управлялась главным образом русскими.