дофига глав "Зонта"!
я писала их с воскресения!
они редактировались и перечитывались!
они очень тядело мне дались! надеюсь, вам понравится!!!
комментарий к главе 6:
глава получилась длинной. там есть много описания воспоминаний. надеюсь, вам не будет скучно! (далее все главы будут такими же длинными)
[остальные главы в рубрике "Зонт"]


Зонт. Глава 6.
[600x472]

Глава 6.
Марго лишь кивнула. Олеся продолжила:
- К ней добавилось еще несколько строчек.
Глаза Марго расширились. Как?! Что-то еще?! Может, то, что, наконец, прояснит ситуацию?!
- Ты ведь хочешь знать, что именно, верно?
Марго снова промолчала.
- Давай съездим в детдом. На выходных. Как идея?
- Давай съездим.
- Как раз давно уже не были там. Эххх, надеюсь, теть Надя в порядке. В последний раз, когда приезжали, она так исхудала… Наверное, из-за старости.
- А ты не можешь просто сказать, что именно она приписала?
- Могу. Но ты должна видеть, как и чем она это приписала.
Марго сдалась. Точнее, она даже не боролась. Олеся почему-то улыбнулась.
- Знаешь, зря ты вспоминаешь об этом времени с таким испугом. Помимо этого случая, было еще много чего интересного и действительно светлого. Да, нас подставляли, предавали, мы ссорились и снова мирились… Помнишь нашу компашку? Когда Оля к нам переехала.. Мы стали еще дружнее. Никто в детдоме не дружил так, как наша комната.
- А еще мы трижды попадали в больницу, и тебе делали операцию на ногу. Ты не ходила три недели. Не могла даже встать самостоятельно, а на физкультуре с тебя требовали так же, как и с остальных.
- Ну, зачем ты вспоминаешь только о плохом? Марго?
- Прости, мозг запрограммирован.
- Я удивлена, что ты до сих пор так спокойна. Ведь я говорю тебе о светлых временах в момент, когда тебе плохо.
На самом деле, Олеся прекрасно понимала, почему состояние Марго не меняется.
Марго не знала, куда себя деть от любопытства. Так что же приписала Даша к той записке в комнате? И почему Олеся не хочет говорить об этом сама? Почему она хочет, чтобы Марго сама лично увидела? Чем она написала? Кровью? Ножом? Чем?! Зачем?! Что?!
Олеся оставила Марго в едком недопонимании.
«Зато не буду волноваться о том, что она может сделать с собой за это время. Ее любопытство сильнее всего. Файтинг!».

Сердце болело с самого утра.
Еще два дня, и Марго, наконец, окажется в детдоме.
Поехать раньше не позволяло здоровье и чуткое наблюдение Олеси.
Марго не видела ее с самого утра. Иначе больная уже лежала бы в больнице.
Олеся всегда видит, когда ей плохо. Даже издалека.

Марго держала в руках фенечку. Это было тугое сплетение из мулине ловкими руками, почти профессионалом. Она помнит улыбки, смех, шуточные драки, когда она плелась.
- Я хочу фенечку коричневого цвета.
- Потому что это твой любимый цвет?
- Да, именно поэтому! – она искренне смеялась, пока подруга оглядывала ее заботливым взглядом.
У нее было много других фенечек. Какие-то девчонки из соседней комнаты, имен которых она уже не помнит, плели ей их каждый месяц по три штуки. На удачу. Они дарили их и говорили: «Чтобы сегодня твой день был хорошим!». Сейчас Марго понимает, что это была жалость. Но кроме того, желание помочь, сделать хоть что-то для больной Марго.
Она не носила их с тех пор, как вступила в новую семью. Не смотря на это, нитки сразу же порвались, как только Марго вытащила их, чтобы еще раз вспомнить те времена, когда у нее было столько друзей. Лишь эта фенечка не порвалась до сих пор. Может, потому что она лежала в отдельной коробке? Чушь. Как это может повлиять старение фенечки?
От нее исходило тепло. Реальное тепло, и Марго не знала, кажется это ей, или нет. Фенечка вызывала бурю положительных и отрицательных эмоций.
Даша подарила ее, когда они в очередной раз гуляли вдоль реки. Берег был грязным от ежедневных прогулок всего детдома, но в такое время не было никого. Обе просыпались в 6 утра и шли гулять к реке.
Весна. Запах моря. Марго не знала тогда, как пахнет море, но ей было приятно думать о том, что именно так оно и пахнет. Пустота. Прохлада. Еще не ушедший туман. Чем ближе подходишь к воде, тем холоднее. Даша заставляла Марго тепло одеваться, иначе грозилась прекратить ежедневные утренние прогулки.
Они довольно оставляли следы на песчаном берегу одинаковыми ботинками и тихонько смеялись. В такое время не хотелось шума. Даже ветра не было в такое время, природа хотела тишины. Они редко говорили во время прогулок, иногда лишь, вспомнив что-то, кто-нибудь из них шепотом отзывался в утренней прохладе. Было слышно хорошо даже если они находились не совсем близко. И в одну из таких прогулок Даша молча протянула фенечку.
Она редко говорила о своих чувствах. Редко что-либо предпринимала, когда Марго злилась, сходила с ума, или веселилась с другими девчонками. Лишь изредка, гордо подняв взгляд, она отчитывала Марго за неаккуратность, излишнюю беспечность и легкомыслие. В такие моменты… Марго ловила ее слова и следовала всем ее отчетам. Она никогда никого не слушала, кроме Даши.
Даша молча протянула фенечку, но Марго долго не могла осмелиться ее взять. Когда она уже протянула руку, чтобы забрать ее, Даша убрала браслет за спину. Движениями она попросила Марго открыть ладонь. Даша, без лишних эмоций, аккуратно положила фенечку в ее руку и сжала пальцы подруги. Марго почувствовала тепло, и сжала фенечку в кулак как можно сильнее. Даша не отпустила руку, а только нежно прижала ее к слабому кулачку, отчего Марго становилось еще теплее. Даша была нежной, как никогда. Марго впервые было не до смеха и не до улыбок, она восприняла ее действия вполне серьезно.
Когда Марго очнулась, ее глаза расширились. Документы, что лежали под ее рукой, были мокрыми.
«Что?!...» - Марго прикоснулась к своим щекам и поняла, что плачет.
И тут началось страшное.
Слезы еще больше полились из ее глаз. Марго поняла, что это единственный способ избежать срыва.
Но слезы не помогали. Сердцу становилось все тяжелее и тяжелее. Казалось, она задыхалась. Нет, рецидива быть не может. Но Марго казалось, что она не может дышать. Слезы полностью высохли на глазах. Она больше не могла плакать. Вода, которая должна была вылиться из глаз, застряла в горле.
Паника. Всевозможные мысли о смерти. Не способность даже протянуть руку к телефону. Ее голова упала на стол, и от этого непроизвольного действия стало еще страшнее. Она всячески пыталась заплакать, но ничего не выходило.
И тогда руки, до боли знакомые руки прижали ее голову к груди.
- Тссс, просто успокойся… Споконее… Все хорошо… Все хорошо, слышишь?... Тщщщщ…
Голос звучал тепло и убаюкивающе. Все еще было тяжело начать нормально дышать, но становилось легче. В голове пронеслись тысячи картинок, где она сидела, стояла, или просто обнималась с Дашей. Множество, тысячи, миллионы картинок пробежали перед ее глазами и тут она почувствовала запах моря.
- Все хорошо… Все пройдет, я тебе обещаю… Тссс…. Тебе уже лучше, да?... Давай, еще немного… Потерпи немного… Ты преодолеешь эту стену.
И тут Марго почувствовала в себе новые силы, чтобы действительно преодолеть стену и заплакать. Ее руки интуитивно одарили спасителя объятиями, и она, срываясь на дикий плач, неосознанно делала одежду чужого мокрее и мокрее… Чужого, и одновременно такого родного… Возможно, только на этот момент.
Марго осторожно подняла голову и увидела испуганное лицо Даши. Не в силах сказать что-либо в грубой форме, она лишь прошептала:
- Благодаря тебе, случился этот срыв. И благодаря тебе, он закончился.