Он говорит: "Знаешь, моя рутинная жизнь пала, как карточный дом.
Ты ворвалась и осталась, все перевернув вверх дном."
Он говорит: "Знаешь, то, что было до - какой-то немыслимый бред.
Я был немного другой, ну а в душе - поэт.
То, что сейчас внутри - греет намного сильней,
Воздух совсем густой и соленый, как на брегах морей.
Знаешь, у меня под ребрами так тяжело, будто свинец,
Мама говорит, это потому что в детстве умер мой родной отец,
Ну а я же считаю,что просто ждал всю жизнь твои ледяные руки,
Улыбку и все эти дешевые трюки,
От которых ты сводишь меня с ума." Во мне- тают льды,
Словно Антарктида была внутри,
А теперь шумит прибоем морская вода.
И когда фонари танцуют, разрывая высоковольтные провода,
Ты всегда рядом, внутри. И слова приторно обнимают гортань.
Ну а вроде - все как всегда: английские времена, горелые мосты, и цветет герань
В пыли. Только теперь и воздух слаще и небо шире.
Город тонет в фейерверках, люди пропадают в трактире,
Время сочится через дуло стальных револьверов,
Заломив железные руки речных мостов.
За окном кареглазая осень, хрупкие листья, птицы летят вереницами.
У меня-нежность где-то под ключицами вшита, связана спицами.
И сентябрь дробит мысли, чувства, вздохи. А может в этом виноват ты.
Осень на моих тонких запястьях распускает алые цветы.