Этот пост будет довольно длинным. Я всё таки решил написать фанфик. Предупреждаю сразу - яой. Кому он не нравится..хм..представьте на месте Метта-девушку. Соответственно поменяйте ВСЁ. Скорей всего будет не интересный, но почитайте. Весь рассказ ведётся от лица Мелло.

Разговор с дождём.

Мы стояли на старом мосту, облокотившись на перила. Я старательно подбирал слова, что бы не обидеть его. Мы не виделись 2,5 года. За это время он успел измениться. Из баловного мальчишки он превратился в довольно серьёзного юношу. Одно не изменилось, он не бросил курить. Я попытался сосредоточиться на том, что он говорит. Он казался бледным. Под глазами залегли тени, уголки губ устало опущены. Бестолковый, сильный, ранимый, любимый… Когда серьезные голубые глаза вопросительно вскинулись на меня, я был готов развеять все сомнения и дать понять, что безропотно возьму у него деньги и даже сделаю вид, что ничуть не комплексую по этому поводу. Он протянул мне плитку молочного шоколада.

-Ты такой милый, не забыл про меня,- сказал я.

Удивленно вскинутая бровь. В глазах растерянность.

-Да?

- Ну, да, - отвечаю, - иногда хочется потыкать в тебя пальцем, не нарисованный ли ты?
Что я несу? отвернулся и спрятал лицо за прядью светлых волос.

- А почему ты мне это говоришь? – неожиданно резко спросил он, и начал ходить по мосту, нервно сунув ладони в карманы джинсов.Тишина становилась гнетущей. Я не понимал, почему он сердится.

- Ты идиот! – я захлебывался в словах, - ты не сможешь полюбить меня сильнее! Сильнее, чем я люблю тебя!

 Не успев еще сообразить, что делаю, я развернулся и ударил его по лицу. Он свалился на землю, обескуражено прижимая ладонь к разбитой губе. Я бросился бежать прочь. Запыхиваясь я достал ключи. Открыл дверь. Я сидел и не понимал, сколько я проживу жаждев отьиметь его. Сколько еще ночей в эротическом бреду и страхов быть застигнутым за неосторожным взглядом? Я вышел во двор, потому что в доме было ужасно душно, было тяжело дышать. Нервно набрал его номер. Он ответил почти сразу. 

- Да. 
- Что ты решил? Одолжишь мне денег?
- Пока ничего… 
- А когда я буду в известности? 
- Я не знаю… - пауза. – Я не могу сейчас говорить, но обещаю, что позвоню тебе не позже семи утра.

Казалось, что каждое слово дается с трудом. Я трусливо повесил трубку. Отчаяние накатило такой сильной волной, что я уронил лицо в ладони и, кажется, составил компанию ливню. Дождь монотонно ударялся об асфальт и пропадал вместе с остальной водой. Через 10 минут я почувствовал чьё-то присутствие у себя во дворе. Это был Мэтт. Он стоял на дорожке, под дождём. В его руках виднелся PSP. Лицо нечего не выражало, он был опустошён. Белая битловка с узкими полосками подчёркивала его беззащитность и потерянность. Долго не думая я взял его за руку, и повёл в дом. Мы сели на пол у камина. Мэтт стянул мокрую битловку, я дал одеть ему свою чёрную рубашку. Он протянул бутылку Реми Мартина. Мы слушали стук дождя и по очереди пили коньяк из горла, как раньше. Я решил первый нарушить тишину.

 - Ты сказал, что пока не можешь говорить…

- Один слушать шелест дождя тоже не могу… 
- Что будем делать? 
- Просто пить. Пока меня не перестанет трясти… 
- Замерз? 
- Заебался.
- Может, ты хочешь, чтобы я тебе что-то сказал? 
- Ты мне наговорил уже… 
- Я попытаюсь объяснить… 
- Подожди. Дай мне еще пару минут. 
Он взял Winston, затянулся, выдохнул порцию горького дыма и посмотрел мне в глаза. Как будто попытался найти в них ответ на какой-то одному ему ведомый вопрос. Я не смог бы точно определить, какие чувства выражал этот взгляд. Одно в нем точно было. Боль.

 - Боюсь, что я еще некоторое время не смогу верить в то, что ты говоришь и делаешь, - начал он, - что бы ни означал твой сегодняшний поступок, он лишает меня возможности тебе доверять.На какой-то момент ты показал мне абсолютно другого Мелло, которого я ни разу не видел за все годы нашей дружбы. И этот Мелло ранил меня, и вообще совершил что-то чудовищное. И я не знаю, зачем он это делает и чего он хочет… 

Я быстро наклонился к нему и обхватил ладонями его лицо. На секунду встретившись взглядом с его расширившимися от ужаса глазами, я мягко, но требовательно поцеловал сомкнутые губы. Потом еще раз. Он не отвечал, но и не отстранялся. Казалось, он не может решить, как реагировать. На третий раз я скользнул рукой под ворот его полурасстегнутой рубашки и прижался к его груди, настойчиво пытаясь приоткрыть упрямые губы для ответного поцелуя. От его распущенных волос пахло дождем и сигаретами… Сдавленно выдохнув, он подался навстречу и поцеловал меня, но в следующую же секунду яростно разорвал объятия. 

- Мне больно… - сквозь сдерживаемые слезы прошептал он. Только тут я обратил внимание на хорошо заметную ссадину в уголке его губ. Я ласково дотронулся до нее кончиками пальцев. 

- Не здесь, - еще тише произнес oн, и в темноте мне показалось, что с его ресницы сорвалась слеза. Он оплёл своими пальцами мою руку и прижал к своему сердцу, согнувшись, как от боли… Этот жест заставил меня заставил меня собраться,я хватал его, обнимал, пытался поцеловать, вытирал слёзы с его щек. 

- Что ты со мной делаешь?... Зачем ты так? – бессвязно шептал он, все еще пытаясь уворачиваться от моих действий. 

Сделав несколько коротких выдохов, он обессилился  и я рухнул в этот поцелуй, как в чертов омут… Откровенный, бесстыдный, глубокий омут…