Раз десять переделывала, но все же выкладывая вторую часть последней главы этой части.
Я говорила уже, что она получилась немного великоватой, так вот, первая часть это только треть.
20 страниц печатного текста, ну и пусть 14 шрифтом, все равно что-то слишком много получилось, но да ладно.
Читайте и наслаждайтесь. надеюсь вам понравятся мои труды.

Часть 2, глава 26.2

Юный эльф замер, не веря тому, что только что произошло. Слишком странным и неожиданным было осознать, что голос, о котором он не рассказывал даже наставнику, не является плодом его воображения.
А тем временем в кругу стали сгущаться новые тени.
Зашипев, Гарри попытался выпрямиться, сдерживая ругательства, готовые сорваться с неосторожного языка. Эрел его предупреждал, что необходимо быть предельно осторожным и следить за тем, что произносишь. Одно неосторожное слово и вся их затея рассыплется как карточный домик под порывом ветра.
Еще миг и над закручивающейся ревущей воронкой природной магией серебристым колокольчиком звенит веселый смех.
Юноша обернулся в надежде увидеть, источник завораживающих звуков, но за спиной никого не было, а резкое движение принесло только головокружение. Он пошатнулся и если бы не крепкая рука подхватившая его под локоть, то упал бы на окропленный его собственной кровью.
- Осторожнее, молодой человек, - прошептал мелодичный голос над самым ухом, - вы не для того столько прошли, чтобы растянуться на полу в последние секунды до вашего триумфа.
Маг выровнялся и, подняв взгляд, увидел стоящую рядом с собой полупрозрачную фигуру девушки. Длинные серебристо-белые волосы были собраны в простую с виду косу, но Гарри знал, что в этой с виду обычной прическе можно спрятать, слишком много, чтобы она была безопасной. Одетая в легкое, светло-зеленое платье она мило улыбалась смотря на него. А на точеном лице светились знакомые темно-зеленые глаза.

- Виерика Нарсил, - склонив голову, представилась эльфийка, - после замужества, Саенае.
- Вы мама Эрела? – только и смог проговорить удивленный грифффиндорец. От удивления сказав первое, что взбрело в голову.
- Верно, мой дорогой, - тепло улыбнулась Леди, - я мама Эрела.
- Хватит, - резкий окрик прервал так и не начавшийся разговор.
Вздрогнув, Гарри обернулся, чтобы столкнуться с холодными изумрудно-зелеными глазами стоящего всего в паре шагов от него светловолосого эльфа, облаченного в серебрящиеся доспехи.
Презрение, светящееся в этих глазах, больно задело Поттера, он не понимал, за что, ведь он пришел сюда чтобы вернуть их потомку нормальную жизнь. Неожиданно вспыхнула злость, на них, уже давно забывших, что такое жизнь и не желавших даже попытаться понять.
- Представься, человек, - выплюнул эльф, - кто ты, что посмел тревожить наш сон.
- Хакессесс Солон Саенае, - Поттер сам не знал, почему представился эльфийским именем.
В зеленых глазах призрака отразилось изумление.
- И кто дал тебе такое имя, мальчик? – спросил дух древнего, погибшего задолго до рождения Эрела, эльфа.
- Мой отец, - просто ответил юноша, - приемный.
- И, что ты тут делаешь?
- Стою, - Гарри только мило улыбнулся, смотря на застывшего в немом удивлении предка.
- Стоишь, значит, - хмыкнул Прародитель, - и как ты сюда попал?- он внимательно смотрел на этого дерзкого мальчишку посмевшего насмехаться над ним.
- Молча, - односложно ответил подросток. Из-за спины раздалось тихий смешок и явно не один.
Светлые брови, стоящего перед ним главы Рода только приподнялись, выражая крайнюю степень удивления.
- Не шути со мной, мальчик, - рыкнул, немного успокоившись, эльф, - отвечай как ты сюда попал? - от его голоса воронка немного вздрогнула, А Гарри почувствовал, как его тело покидают даже те остатки магии, что остались у него после встречи со стихиариями.
- Пришел, - побледнев, но все также дерзко ответил юный маг, - ногами.
- Ты, - взревел призрак, - как ты смеешь?
- А как вы смеете. Как вы вообще могли позволить такому случиться? - закричал на него в ответ Поттер. – Как вы могли позволить подвергнуть подобному последнего Лорда Вашего Рода. Стража.
- Да, что ты понимаешь, мальчишка, - как-то сразу успокоившись и неуловимо постарев вздохнул эльф, - думаешь кто-то из нас хотел, чтобы с этим мальчиком случилось подобное?
- Я сужу по тому, что вижу, - пошатнувшись сказал волшебник. Его тут же подхватили руки, принадлежащие не леди Виерике.
- Лорд Хакессесс, - заговорил над ухом незнакомый голос, Поттер молча удивился, Эрел дам ему имя прародителя Рода, - у мальчика не хватит сил, чтобы продержать врата открытыми достаточно долго.
- Мне хватит, - прохрипел гриффиндорец.
- Цыц, малец, - шикнул на него Прародитель, - лучшему заклинателю Рода лучше знать.
- Я знаю, – гриффиндорец выпрямился, хоть и помощью чужих рук, уверенно смотря на главу, - льпие кь'йе.
- Откуда ты узнал об этой гадости? - зашипела стоящая рядом темная эльфийка.
- Посмотрите на меня повнимательней и поймете, - тихо ответил ей юный маг.
Сощурившись и присмотревшись к стоящему рядом парню, женщина вздрогнула.
- Великая Тьма, - пробормотала женщина, сочувственно смотря на гордо выпрямившегося зеленоглазого человека, - кто осмелился сделать с тобой такое?
- В нашем мире шла война, и одни из потомков Рода мечтающий о бессмертии создал крестражи, так их называют люди, семь штук, из них два были живыми. Недавно мыс Эрелом уничтожили это… существо, оставив только мой кусочек…
- Чтобы энергию от жертвы души пустить на проведение этого ритуала, - закончил за него подошедший светловолосый эльф. Серис с удивлением заметил, что вокруг его клубилась чуть заметная черная дымка.
- Рискованно, но действенно, - усмехнулся подошедший, сверкнув темными зелеными глазами, – я отец вот этой леди, - он кивнул на Виерику, - Вальмидар Нарсил, - он склонился в легком приветственном поклоне.
- Приятно познакомиться, - Гарри ка мог, ответил на приветствие, - откуда вы знаете?
- Я потомственный некромант, молодой человек, - усмехнулся темный эльф, - и как бы не любил светлых, моя единственная дочь нашла свое счастье с одним из них. Так что, наша часть семьи тоже была вызвана сюда, на суд.
- Ваша часть? - пискнул гриффиндорец. Он оглянулся и увидел, что все свободное пространство заполнено призрачными эльфами, рассматривающими его с любопытством. Не каждый день увидишь человека, рискнувшего разорвать грань. Неожиданно взгляд зацепился за молодого эльфа удивительно похожего на его Стража. Темно-зеленые глаза и короткие, чуть ниже плеч серебристо-белые волосы, он с любопытством рассматривал стоящего в кругу Старших человека и улыбался.
Интуиция Гарри подсказывала, что это Лириссар. Не зная, что предпринять, Гарри только слегка кивнул стоящему неподалеку эльфу, тот усмехнулся и подмигнул. А душу Поттера заполнило тепло, его приняли. Из всего ритуала, он больше всего боялся встречи именно с этим, давно погибшим эльфом, но юный наследник Дома легко принял его. Теперь ему точно ничто не могло помешать закончит этот мордредов ритуал. Даже нежелание Старших.
- Это все конечно хорошо, - он решил вмешаться в разговор обсуждавших сложившуюся ситуацию эльфов, чувствуя, что дебаты могут продлиться и до следующего пришествия Мерлина, а у него резерв-то не резиновый.
- Но, я не могу вечно удерживать врата, если вам так хочется поговорить на эту тему, можете вернуться обратно и решать все интересующие вас вопросы, только давайте побыстрее решим дело о возвращении моего отца в мир живых.
- А ты наглец, потомок, - хмыкнул прародитель дома Стражей, – но мне нравишься. Эрелдин вырастил достойного наследника.
- Согласен, - хмыкнул тот самый незнакомый заклинатель.
- Точно, - кивнул Вальмидар и взъерошил темную шевелюру.
- Тогда, пожалуй, приступим, - и с этими словами тени светлых эльфов отступились, давая место фигурам, окутанным тьмой, стать вокруг него образуя три пересекающихся круга, а центре этой фигуры стоял Гарри. Он удивленно посмотрел на стоящую лицом к нему леди Виерику, но та только приложила палец к губам, призывая его молчать и успокаивающе улыбнулась.
Постепенно темный туман, клубящийся рядом с фигурами некромантов, стал уплотняться и вот уже у темных на плечах лежат тяжелые плащи, из темной с пробегающими изумрудными искрами ткани, полностью укутывающие стоящих эльфов.
С минуту рассматривая их, юный волшебник все же догадался, что это материальное воплощение магии смерти, подвластной окружившим его Темным Стражам. А тем временем рев вихря, тихо гудящий где-то на периферии сознания, окончательно затих. Ему на смену пришло тихое пение, постепенно набирающее силы. Что-то подобное гриффиндорец уже слышал, в тот день, когда Эрел использовал свою силу на Томе.
Они начали Ритуал Жертвы Души, понял подросток с любопытством наблюдая на появившимся у его ног клубящимся изумрудным туманом. А тот поднимался все выше, как плющ, цепляясь за складки его одежды. Когда этот странный туман поднялся до колен, тело неожиданно пронзила вспышка боли, сопровождавшаяся онемением. Потом еще одна и еще, вот теперь Гарри почти запаниковал. Он, наконец, понял, что имел в виду Эрел когда говорил, что древние, пришедшие на вызов возьмут с него дань. И ему придется только держаться, ведь сил сопротивляться больше нет, да и возможности тоже. С каждой секундой и новой вспышкой боли, тело все больше немело, скованное невидимой ледяной броней. Холод пробирался все дальше, в сердце, забирая с собой все страхи и желания, надежду и счастье. Оставляя после себя только безразличие. Гарри как со стороны увидел себя, стоящего в центре пересечения трех кругов, образованных фигурами в темных плащах, бледного, со спокойной улыбкой, мечтательно смотрящего вдаль пустыми, потухшими зелеными глазами. Непроизвольно его взгляд устремился дальше, он сам не знал, зачем так стремится заглянуть туда, за искрящиеся серебром стены магического вихря. Упругая волна магии сначала не хотела выпускать из своего нутра нахальную душу, но все же сдалась под упрямым напором. Вмиг выскользнув из сверкающей воронки, Поттер увидел замершего в напряженно позе светловолосого парня, со страхом и затаенной надеждой, на дне серебряных глаз, смотрящего прямо на него.
- Гарри? - тихо прошептал блондин и в туже секунду на заблудшую душу темноволосого гриффиндорца обрушились отринутые воспоминания. Эрел, Драко, Хогвартс, Том, Снейп и старшие Малфои, Невилл и Луна. Родные, близкие, семья…
- Не волнуйся, мой Дракон, - подлетев ближе, насколько позволяла защита, тихо проговорил юный эльф, - все будет хорошо.
И развернувшись, стремительно ринулся обратно. У него еще много незаконченных дел в этом мире, чтобы вот так просто покинуть его. Ворвавшись на место ритуала, он заметил собственное тело, корчившееся на полу облепленное изумрудным, фосфоресцирующим туманом а над ним висело небольшое, темное облачко упрямо цепляющееся тонкими жгутами щупальцами за материальную оболочку. Каким-то шестым или седьмым чувством Поттер понял, что это тот самый подселенный к нему кусочек исковерканной души Тома Риддла, все еще цепляющийся за жизнь. Упрямый, как и его носитель. Теперь он понял, о чем говорил наставник, когда восторгался силой души темного Лорда. Этот ничтожный, оставшийся от цельной души огрызок, вполне успешно противостоял объединенной силе восемнадцати, пусть давно мертвых, но еще не растерявших свои силы и знания, некромантов. Но, вот один их жгутов с оглушительных звоном лопнул, а тишину разбиваемую тихим монотонным пение, разрезал громкий мучительный крик, разлетевшийся далеко за пределы сверкающей воронки.
Еще минута упорного противостояния, еще одна лопнувшая связь и еще один леденящий душу крик…
Разрыв последней связи с живым телом сопровождался уже даже не криком, а тихим скулящим воем и уже знакомым одному зеленоглазому магу тянущим ощущением под ложечкой. Точно таким же когда одни древний Страж покидал его тело.
Из-за укутавшего его тумана гриффиндорец не видел, как темный сгусток чужой души, после обрыва последней связи тихо растаял, заливая все окружающее пространство ярким белым светом. Как он тут же устремился к застывшей в стороне белой фигуре, намертво связывая тело, обращенное в мрамор, и душу привязанную к холодному куску камня. Как, под действием песни-заклинания, напоенного силой Жертвы, полупрозрачная фигура последнего живого Стража тает, а на каменном лбе проступает вторая часть руны единства, как сдвинувшиеся кровавые линии образуют новую руну - гармонии. Как по лицу светловолосой темной побежали призрачные слезы, и она тихо плача ласково гладила его побелевшую голову, ожидая, когда он очнется от перерасхода сил. И как перемигивались Главы домов. Они были рады, что Клан пусть и переродившись продолжает жить. А уж провести второе совершеннолетие для юного представителя семьи это минутное дело. Всего несколько слов и пара рун, вычерченных хрустальным ножом на запястьях лежащего в беспамятстве парня и несколько капель крови от каждого из присутствующих тут. Даже темные приняли его как родственника, собственной кровью делая обычного светлого эльфа членом темной части семьи, тем самым снимая все негативные последствия участия в Ритуале Жертвы…
- Все хорошо,- тихий успокаивающий голос и прохладная рука, лежащая на воспаленном лбу, такая знакомая и незнакомая одновременно, - все хорошо, можешь спать. Все закончилось.
И поддавшись уговорам, зеленоглазый Герой позволил себе погрузится в пушистую тьму, соскальзывая в восстанавливающий сон.

₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪

Еще никогда в своей жизни непоседливый потомок благородного рода Малфоев не вел себя настолько тихо. Нет, конечно, спокойным он не был, но вот пошевелиться лишний раз боялся. Если бы его сейчас увидел отец, то был бы сильно удивлен. Драко всегда был слишком живым для блондинистого семейства, хоть и научился на людях соответствовать семейной репутации.
Солнце уже дано перевалило через зенит, а юный наследник все также сидел не шевелясь и только его, живые, серебряные, глаза не отрываясь следили за вихрем первозданной магии, ревущим всего в нескольких метрах у его ног. Смутно, но он мог видеть, как вспыхивало яркое зарево огня или поднимались клубы пыли. И в эти моменты сердце вейлы замирало в страхе за своего партнера, ведь там его Гарри.
Не замечая ничего, он, искусанными в кровь, губами шептал:
- Только держись, не смей там умирать. Пожалуйста.
Может эльфы и не рассказали всего об этом странном ритуале, но он дураком не был, и прекрасно понял, что если Поттер не сможет доказать, что достоин, то его земное существование прекратится. Не зря же ему посоветовали молиться, просто так маги не молятся, даже маглорожденные.
Яркое свечение призванной темноволосым волшебником магии не давало одинокому наблюдателю верно оценить который сейчас час, и сколько времени длится этот странный ритуал. Только занемевшее, от неудобной позы, тело, давало представление, сколько времени он просидел тут, на голых камнях величественного Зала.
Драко не замечал, как дневное светило опустилось за горизонт, давая дорогу серебряной луне. Не видел, как в полночь, обычное сияние спутника сменилось изумрудно-зеленым, а привычный мир подернулся дымкой, чтобы через секунду величественный лес, в котором они находились уже больше суток, сменился серебряной долиной. И только камень, на котором он сидел, очерченный тройным рунным кругом, остался неизменным. Не обращал внимания на перешептывание столпившихся рядом темных фигур, с какой жадностью они рассматривают настоящего, живого человека. Но ни одна из Теней не осмелилась подойти ближе, чем на расстояние вытянутой руки к агрессивно сверкающему щиту, защищающему волшебника. Сила, вложенная в заклинание, была слишком похожа на силу их последнего Повелителя и никто не желала познать на себе недовольство темного мага.
Крик, разорвавший тот странный транс, в который погрузился светловолосый юноша, наблюдая за движением потока магии, заставил его сердце испуганно сжаться. В туже секунду плотная сверкающая стена прогнулась и пропустила полупрозрачную фигуру, очень знакомую темноволосую и зеленоглазую фигуру. И единственное что удержало в тот момент вейлу от скатывания в безобразную истерику, это голос пары заверяющий, что все будет хорошо. И он в очередной раз поверил любимому, с тоской смотря на как душа гриффиндорца возвращается обратно, за искрящуюся завесу.
Когда последняя нить встала на место, младший Малфой краем глаза заметил какое-то движение рядом с собой. Удивившись, кто это может быть, ведь эльфы говорили, что никого рядом быть не может, он повернул голову и наткнулся взглядом на фигуру, сотканную из клубящегося черного тумана.
Вздрогнув, он попытался отвести глаза, но снова и снова натыкался на этих странных существ. Только сейчас, Драко заметил зеленый свет, заливающий всю округу. Неуютно поежившись, он опустил глаза и с удивлением заметил необычную, даже для волшебного мира, растительность, по ту строну рунного круга. Паника подобралась незаметно. И крики, вновь доносящиеся из-за пелены, не прибавляли ему спокойствия. Зеленая луна и серебряная трава, так похожая на пепел, это было действительно жуткое место, казалось, тут не сохранилось ничего живого. Украдкой осмотревшись, слизеринец пытался рассмотреть хоть что-нибудь, но за множеством темных фигур ничего нельзя было увидеть.
Наконец, одна из Теней, как их нарек блондин, сместилась, и он увидел уходящую вдаль долину, окруженную, темнеющими на горизонте пиками гор, но они были так далеко, что даже с его измененным зрением, были мало различимы. А одинокое дерево, возвышающееся посреди этого жуткого места, только усиливало ощущение одиночества и тоски по жизни.
- Надо же, - внезапно прошелестело рядом, - действительно живой. Мы так давно не видели живых.
Вздрогнув, вейла медленно, с опаской, повернул голову, чтобы взглянуть на заговорившего с ним и замер, с ужасом смотря в белые глаза, без намека на зрачки. Одна из Теней вплотную приблизилась к защитному куполу, накрывающему его, и с любопытством рассматривала сжавшегося там подростка, растянув темные губы в жуткой улыбке, обнажив при этом ряды острых пилообразных зубов.
- Ты чей, ребенок? – продолжая улыбаться, спросило ЭТО.
- Г-га-гарри, - заикаясь, ответил первое, что пришло на ум, юноша.
- Хм, - Тень задумчиво почесала подбородок, - не знаю такого. К нам в последнее время только Ри заглядывал. Но ты его явно знать не будешь, - как-то тоскливо вздохнув, мужчина, а Драко догадался, что ЭТО явно мужского пола, если у них, конечно, есть деление по полу, и неопределенно взмахнул рукой.
- Я знаю Ри, - немного осмелев, чему поспособствовало воспоминание, что за защитой, окружающей его, никто не может причинить ему вреда, вставил волшебник.
- Правда!? – удивился Тень.
Вейла только утвердительно кивнул.
- Отлично, не расскажешь тогда, что там, в Мире, творится. А то я после того как умер совсем ничего не знаю. А любопытно, понимаешь ли.
Маг, немного побледнел, когда услышал, что его собеседник мертв, но все же согласно кивнув начал рассказ. Благо при воспитании достойного наследника Люциусу пришлось чуть ли не силой заталкивать в голову своего непоседливого отпрыска информацию. Вот теперь это очень даже пригодилось.
По мере рассказа все больше Теней поворачивались в их сторону, и даже подбиралось поближе, усаживаясь прямо на траву, впитывая информацию о мире, который они уже давно покинули, иногда даже задавая вопросы.
Давно уже у младшего Малфоя не было такой благодарной публики, так, что он на некоторое время забыл, с кем разговаривает и где находится.
Внезапно все сидящие резко вскочили на ноги и в немом восхищении уставились на сверкающий вихрь магии. А через секунду повисшее молчание разорвал радостный крик. Потом еще один и еще, вскоре все, собравшиеся тут Тени радостно вопили, взмахивая руками, некоторые даже похлопывали друг друга по плечам. А девушки, которых юноша тоже различил среди своей аудитории, даже начинали танцевать.
Драко только удивленно взирал на этот стихийный праздник, не понимая, чем он вызван.
- Мы приветствуем приход в подлунный мир еще одного Повелителя, - широко улыбаясь пояснил тот самый, первым заговоривший с ним, мужчина, - теперь мы сможем снова бывать в верхнем мире.
- То есть? – любопытство, так некстати проснувшееся, заставило его задать этот вопрос.
- Тот парень, с которым ты соединен, - ответил Тень, указывая на светящуюся нить, обвивающую запястье блондина. Драко с удивлением посмотрел на свою руку. Тонкая зелено-голубая нить, плотно обхватывала его запястье и уходила прямо в сверкающий вихрь, к Гарри, догадался слизеринец. Присмотревшись внимательней, заметил, как по зеленой составляющей связи начинают плясать еле заметные изумрудные искорки.
- Эти зеленые искры, дар Повелителя Теней, - добродушно улыбаясь ошарашенному парню, пояснил мужчина.
- О чем вы вообще? – не понимая и половины сказанного, переспросил вейла.
- Вы называете нас некромантами, - улыбнувшись во все зубы, ответил Тень.
- Вас? – если бы Драко не сидел, то точно бы упал от такого простого пояснения.
- Да нас, все, – Тень обвел рукой стоящие рядом фигуры, - кого ты здесь видишь когда-то, еще при жизни, были некромантами, Повелителями Теней, как зовут их светлые эльфы. Вампиры, эльфы, наги, все магические существа, имеющие дар к Магии Смерти. Те, кто не захотел перейти в нижний мир, вы его называете мир мертвых, и уйти на перерождение, или остаться в верхнем.
- Мир живых, - рассказчик только кивнул.
- И стать приведением, - продолжил говорить мужчина, – а, предпочел остаться тут, в междумирье. Я, кстати, когда-то был вампиром, Владислав Дракон, среди маглов известный как Влад Цепеш или Граф Дракула, как тебе будет удобно, - без перехода представился Тень, оказавшийся довольно легендарной личностью, как в магическом, так и магловском мире.
- Драко Малфой, - представился ошарашенный маг, - наследник рода Малфой, вейла.
- Приятно познакомится, юный Дракон, - насмешливо улыбнулся Владислав, смотря на светловолосого юношу, – надеюсь не стоит упоминать о том, что историю пишет победитель?
- Нет, - помотал Малфой, силой воли беря себя в руки и возвращая бывшему вампиру улыбку, – у нас про Салазара Слизерина тоже много чего придумали, скверного. Кстати его тут нет?
- К сожалению, - покачал головой Тень, - душа этого великого человека, поглощенная дементором, исчезла навсегда. Но хватит разговоров, наш юный Повелитель скоро очнется и вам пора возвращаться в свой мир. Если захотите пообщаться просто попросите супруга. До свидания.
- Обязательно, - кивнул слизеринец, теперь уже осмысленно наблюдая, как мир вокруг него подернулся дымкой и через марево постепенно начинают проступать знакомые очертания Зала Света в древнем, давно мертвом Городе Высших Эльфов.
Только сейчас Драко заметил, что облака и верхушки великих деревьев окрашены в багровые тона деревьев.
Постепенно искрящийся вихрь древней магии начал замедляться, распадаясь на отдельные светящиеся нити, превращаясь в ажурную конструкцию, в середине которой на камнях, в позе эмбриона, лежала одинокая фигура. Пробежав взглядом по всей площади, Драко увидел белоснежную статую читающего эльфа, с ней, казалось, не произошло никаких изменений. Еле дождавшись, когда последняя капля еще недавно бушующей магии потухнет, наследник рода Малфой разорвал рунную защиту и бегом кинулся к любимому, слишком сильным было его волнение за партнера, чтобы вспоминать о возможной оставшейся опасности.
А этот невозможный грифиндорец просто сладко спал, кривя губы в легкой довольной улыбкой. Улыбнувшись, светловолосый маг на руках понес любимого в сторону резиденции Рода Стражей, и там уложил в мягкую постель волшебной палатки, захваченной из дома.
Потом он вернулся в Зал Совета и, подойдя к мраморной статуе замер, смотря на руну, темнеющую на белоснежном камне.
«Надеюсь, ритуал закончился благополучно».
Усмехнувшись собственным мыслям, вейла взмахом палочки поднял каменную фигуру в воздух и пошел обратно, унося с собой последнего главу Дома Саенае. Дожидаться когда проснется Гарри чтобы расспросить, чего ожидать дальше.

Часть 2, глава 26.3

Гарри лежал на теплой земле и любовался изумрудным солнцем. Он не знал, где оказался, но ему нравилось тут. Необычное светило и мягкая серебряная трава, чуть слышно шелестящая под порывами ласкового ветра. Необычное место, оно наполняло его измученную душу спокойствием, придавало сил вдвигаться дальше. Ведь что-то глубоко внутри говорило, что хотя ему пора прощаться с этими странными пустошами, но он в любой момент сможет вернуться сюда…
Вздохнув Поттер закрыл глаза, и представил склонившегося над ним Драко, протягивающего руку, чтобы прикоснуться к обнаженному плечу. Будто наяву почувствовав прикосновение, волшебник распахнул изумрудные глаза и встретился взглядом с серебряными глазами, наполненными тревогой, быстро сменяющейся облегчением.
- Ну, наконец-то, - воскликнул слизеринец, – ты уже четвертые сутки спишь.
- Как четвертые? – удивился юный эльф и попытался сесть, получилось, правда с помощью пары.
- А вот так. У тебя было сильнейшее магической истощение, - пояснил немного успокоившийся вейла, - но ты странным образом быстро восполнял свой резерв. Не скажешь, что ты видел, ты так сладко улыбался.
- Зеленое солнце и серебряную траву, - не сдержав улыбки, вспомнил странное место Гарри.
- Понятно, - кивнул самому себе блондин.
Он догадывался, что начинающий Повелитель Теней будет восполняться именно там. Не зря же, по словам, вскользь брошенным вампиром Владиславом, Эрел был там, совсем недавно, где еще как не в междумирье восстанавливаться немертвому разделенному некроманту.
У Малфоя было четверо суток, чтобы принять, что его партнер теперь относится к самым жутким существа магического мира. Осталось только узнать, как это получилось, но пока не появится Эрел, все еще остающийся мраморной статуей, на это вопрос, как догадывался слизеринец ни у него, ни у Гарри ответа не будет.
- Что тебе понятно? Ты знаешь, где это? – заметив странную отстраненность пары, тут же всполошился юный эльф.
- Междумирье, - улыбнувшись, чтобы успокоить заволновавшегося любимого, сказал вейла, - ты теперь Повелитель Теней, а они, как я догадываюсь, восстанавливаются только там.
- Не может быть, - воскликнул Гарри, - я не могу быть некромантом, у меня в роду не было ни одного темного.
- Эти вопросы не ко мне, - фыркнул Ледяной Принц, - но я точно видел искры дара в нашей связи.
- Видел? Откуда ты вообще знаешь об этом странном месте? – не унимался зеленоглазый маг.
- Оттуда, - пожал плечами аристократ, - что во время ритуала меня, вслед за вами, утянуло на грань. И я познакомился с местными жителями. Они называют себя Тенями и именно они пояснили мне, что к чему.
- Да уж, вот это новости, - удивленно покачал головой Гарри, - дай мне зеркало, - попросил он задумавшись на мгновение.
Усмехнувшись, Драко наколдовал серебряное зеркало и протянул его партнеру.
А тот только сейчас задумался над тем, как на него должен был повлиять ритуал Жертвы.
Но блестящая поверхность отражала только привычное, немного бледное, но ничуть не изменившееся лицо. Даже уже привычная седая прядь, как всегда заплетенная в тонкую косичку, вновь была иссиня-черной, как до той роковой встречи с Томом.
- И как это понимать? – сам у себя спросил Поттер, но получил ответ от сидящего рядом вейлы.
- Это надо спрашивать у Эрела, но он еще не появлялся. Его тело ничуть не поменялось, как было камнем, так и осталось, только руна на лбу, вместо соединения. Как ты мне рассказывал, там сейчас что-то другое.
- Должна быть руна гармонии, – продолжая задумчиво рассматривать свою внешность ответил Гарри, – и не изменится в ближайшее время. При разделении тело каменеет в течение месяца, обратный процесс занимает примерно столько же времени. Его сейчас вообще лучше не трогать, и не применять никакие чары.
- Ну, тогда к началу учебного года мы опоздаем, - усмехнувшись, сказал Драко, наблюдая за любимым.
- Почему это? – удивился юный Страж, отрывая взгляд от серебристой поверхности.
- Потому, что, - Драко засмеялся вытянувшемуся лицу гриффиндлорца, - сегодня седьмое августа. Мы провели в междумирье, без нескольких, часов пять недель. И если ты говоришь, что Эрел еще месяц будет обращаться обратно, то как раз к концу первой учебной недели он должен будет очнуться.
- Да уж, проблема, – вздохнул, обдумавший слова пары, эльф, - а ведь вернуться сейчас у нас не получится. Разделенного нельзя перемещать пока тело не придет в норму.
- А как тогда…
- Только в первые часы после окончания ритуала, – пояснил Поттер, -я должен был тебе сказать, но не думал, что это все займет столько времени.
- Ничего, хоть письмо родителям мы послать можем?
- Нет, - усмехнулся Гарри, - вокруг города стоит защитный купол, сам же видел. Сейчас ни одна живая или мертвая душа нас не найдет.
- Да уж, - Северус нас убьет, да и отец, чувствую не ограничится простой нотацией, - юноша вздрогнул, представив, что сделают с ними взрослые, как только они соизволят появиться в цивилизованном обществе.
- Ничего, - зеленоглазый волшебник притянул приунывшего блондина к себе, – за возвращение отца к жизни нам все простят. Особенно твой крестный.
- Надеюсь, - кисло улыбнувшись, ответил аристократ.
- Знаешь, у маглов есть такая поговорка: «Надежда умирает последней», - хихикнул Поттер, легонько чмокнув вейлу в кончик носа.

₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪

Дальнейшее пребывание пары волшебников в мертвом городе, Гарри назвал магловским словом кемпинг. Как он потом объяснял любопытному вейле, это означает лагерь на природе. Они разожгли костер прямо на полу возле палатки и по настоянию гриффиндорца готовили там пищу. А наследник Малфоев сначала возмущался, зачем так мучиться, если в палатке есть большая, хорошо оборудованная кухня, но последователь Годрика был неумолим и конце первой недели, даже изнеженный аристократ признал, что в таком времяпрепровождении есть своя определенная изюминка. Днем они бродили по городу, исследуя дома. Гарри даже познакомил пару с покровителем, и тот теперь ластился к блондину как домашняя кошечка, в считанные часы обвив комнату, выбранную ими для жилья своими побегами, теперь у выходящих из палатки под ногами был не камень, а мягкие листья хищного, ядовитого растения.
Парни каждый день проверяли изменения происходящие с мраморной статуей. Сначала ничего не происходило, но на четвертый день, кровавая руна просто исчезла, а камень больше не был холодным, белоснежный мрамор теперь был теплым как живая плоть. Постепенно фигура приобретала краски, и становилась более мягкой, все больше становясь похожей на настоящего живого эльфа.

₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪

Второго сентября, за пять дней до назначенного Гарри срока, древний Страж сделал первый вздох, чтобы тут же закашляться. Привлеченные странным звуком юные волшебники ворвались в комнату, отведенную для Стража, и с удивлением наблюдали как тот, отбросив от себя книгу, что несколько тысячелетий сжимали его руки, с удовольствием вдыхает пропыленный воздух, чтобы снова закашляться, но продолжая радостно улыбаться.
- Эрел, - тихо прошептал темноволосый эльф, со слезами на глазах наблюдая за живым, дышащим приемным отцом, - папа!?
Мужчина замер и подняв на него взгляд, нереально ярких, в солнечном свете, темно-зеленых глаз.
- Привет, ребенок, - так же тихо ответил эльф и развел руки, чтобы в следующее мгновение темноволосый юноша влетел в долгожданные объятия.

₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪

Четвертого сентября, все кто посетил волшебный банк Гринготтс, могли с удивлением наблюдать непривычную, для волшебного мира картину. Гоблины, враз растерявшие всю свою надменность чуть ли не стелились перед странным посетителями. Их было трое. Два блондина и брюнет. В простой, непримечательной одеже, они на мгновение замерли у входа в холл банка, а потом уверенным шагом направились прямиком к выходу для самых важных гостей, куда даже лорда Малфоя не приглашали. А гоблины только успевали распахивать пред идущим впереди длинноволосым мужчиной двери…
Ни один из присутствующих магов не узнал в улыбающемся темноволосом подростке Героя Магического Мира - Гарри Джеймса Поттера.

₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪

Для школы Хогвартс этот учебный год начался с потрясений.
Новым преподавателем ЗОТИ стал недавно оправданный преступник, когда был пойман истинный предатель считавшийся мертвым Питер Петтигрю. Обвиненный в убийстве двенадцати маглов и единственный маг сумевший сбежать из волшебной тюрьмы Азкабан, к тому же оказавшийся крестным Национального Героя – Сириус Блэк.
Преподавателя истории профессора Биннса наконец сместили, и пока не найдут нового преподавателя самого скучного предмета в школе не будет, он будет заменен зельеварением у всех семи курсов.
И самое серьезное - легендарный гриффиндлорец, Гарри Поттер, не появился в школе ни первого сентября, ни в последующую неделю. И хотя профессор Дамблдор объявил, что герой летом был в специальном, защищенном от остатков Пожирателей месте. Никто ему не поверил. Зачем прятаться если ты победил самого Темного Лорда. По школе начали ходить самые разнообразные слухи, от странной кончины Героя, которым никто не верил, до желания того остаться на домашнем обучении, ведь все помнили что у Мальчика-Который-Выжил-И-Победил были отношения с вейлой Драко Малфоем, которые яростно опровергали слизеринцы. Они, узнавшие по своим каналам, утверждали, что Герой и Малфой пропали из менора в начале лета, и никто не знает, куда. К зельевару, являющемуся крестным блондинистого главы змеиного факультета, боялись подходить даже самые закаленные представители серебристо-зеленых. Одного взгляда черных глаз Снейпа хватало, чтобы даже ко всему привычные семикурсники, скатывались в тихую истерику. А на занятиях все факультеты, даже его собственный ушил в глубокий минус. Мадам Помфри не успевала отпаивать учеников успокоительным, которое варил все тот же жутко мрачный Снейп.
Успокоить изведшегося мужчину не могли ни уговоры четы Малфой, ни угрозы Дамблдора. А уж попытка авторов доставить темного мага в министерство для допроса, закончилась плачевно, для представителей власти. Правда на следующий день, он явился сам, и даже принес нечто наподобие извинений. Никто не знал, что в Малфой-меноре в Северуса, которого силой удерживал оборотень-Ремус, влили самое сильное успокоительное из его же запасов и чуть ли не под конвоем отправили в аврорат. Главным аргументом, заставившим его подчиниться уговорам, стали слова лорда Малфоя, что одному остроухому блондину, когда он все же явится, очень не понравится, если его не будет встречать один всем известный зельевар.
Покорно вздохнув, мужчина пошел отстаивать собственную невиновность.
И вот теперь, по прошествии недели с начала учебного года, ученики старались даже не смотреть на мрачного хозяина подземелий. А тот стараясь сохранить ледяную маску не находил себе места от волнения, за дорогих ему существ.

₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪

- Готов? – улыбаясь, спросил зеленоглазый парень, смотря на своего уже признанного не только им, но и магией, отца. А тот стоял перед высокими двустворчатыми дверьми, отделяющими завтракающих школьников и припозднившихся гостей.
- Нет, - покачал головой мужчина, - но когда это тебя останавливало?
- Никогда, - фыркнул еще один юноша, светловолосый и сероглазый, - это недоразумение ничто не способно остановить.
- Разведусь, - пригрозил зеленоглазый, но его глаза смеялись.
- Ой, боюсь, боюсь, - усмехнулся блондин, не скрывая чувств, плескавшихся в светлых глазах
- Дети, - мужчина сделал попытку приструнить своих спутников, но те только синхронно фыркнули и коротко поцеловавшись толкнули тяжелые двери. Одновременно делая шаг и скрывая старшего мага за своими спинами.
Момент когда он понял, что перерос приемного отца, пусть и на немного, Гарри не забудет никогда, как и лицо Самого Мрачного Профессора Хогварста, когда они встретились глазами.

₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪ • ₪

Утро не задалось как никогда. И даже сидящий рядом Блэк, старающийся расшевелить его и незаметно для остальных, под столом, сочувственно пожимавший его руку, не помогал. Обычно он хоть не надолго отвлекался на старого школьного врага. Но не сегодня. Проснувшись на рассвете зельевар больше не смог заснуть. Сердце колотилось где-то в горле. А он лежал на кровати не решаясь открыть глаза. Вспомнить сон, приведший его в это состояние, не получилось, но мужчина догадывался, что сегодня случится то-то особенное и это знание наполняло его душу странной тревогой. Промаявшись около часа, Северус все же решился подняться и принялся готовиться к встрече нового дня. Еще одного дня без одной остроухой личности.
Сейчас, по прошествии всего нескольких месяцев, Мастер Зелий не мог вспомнить и понять, каково это, быть одному. Не получалось, казалось, этот эльф отравил его, пропитав собой каждую клеточку его организма. И теперь, оставшись один, маг не знал, как жить дальше, да и не хотел даже пытаться. Он полностью принял это блондинистое недоразумение в свою душу и сердце…
Звук открывшейся двери в Большой Зал заставил всех отвлечься от, кого от обсуждения будущего дня, кого от завтрака, кого от грустных дум.
А в распахнувшиеся двери вошли двое. Они были как тьма и свет, полные противоположности и тоже время сразу было видно, что они вместе, и раздельно себя даже не представляют. Нет, они не прикасались друг другу, но их магии, не сдерживаемые железной волей, переплетались, соединяясь во что-то единое и невообразимо прекрасное.
Подобное Северус видел только однажды, в день свадьбы лучшего друга на любимой женщине.
Драко был в зеленой мантии с серебряной окантовкой, а Гарри, узнанный только Блеком и Снейпом, в красно-золотой. Оба парня улыбались, смотря на профессорский стол, и эта улыбка заставляла сердце мрачного темноволосого мужчины трепетать. Не замечая тишины, опустившейся на зал, и не сводя взгляда черных глаз с замершей на пороге пары, он поднялся из-за стола и сделав пару шагов в сторону остановившихся на пороге парней нерешительно замер, всматриваясь в яркие зеленые глаза, ища там ответ на незаданный ответ.
Фыркнув себе под нос, темноволосый юноша широко улыбнулся, некогда самому ненавистному человеку в этой школе и сделал плавный шаг в сторону. Открывая жадному взору зельевара стоящего за его спиной мужчину.
Зеленоглазый, как и гриффиндорец, светловолосый мужчина сделал шаг вперед, давая себя рассмотреть. Высокий, стройный, с распущенными волосами, плащом прикрывающими спину и достигающими бедер, древний на мгновение замер, ловя взгляд темных глаз мага, а затем пошел вперед, к примерзшему к каменному полу декану Слизерина. Кто-то ахнул, когда наконец, понял, кто перед ними и внимательно рассмотрел новое действующее лицо, кто-то громким шепотом упомянул Поттера. Но большинство взглядов были прикованы к завораживающе, нечеловечески красивому волшебнику, идущему на встречу Подземельному Ужасу Хогвартса.
Эрелдин уверенно шел к человеку, ставшему для него парой, отбросив все страхи. Поздно, сделанного не воротишь и если он сейчас отвергнет его, то крупно пожалеет, что связался со Стражем. Но все опасения развеялись, стоило лишь ему приблизиться к Сверусу на расстояние вытянутой руки. Размышлять о чем либо когда тебя сжимают руки о которых ты тосковал, будучи запертым в каменной ловушке собственного тела и целует любимый человек довольно проблематично…