В науку постепенно приходит понимание, что наш внутренний мир – мир сознания – реально является пространством более высокой размерности, нежели мир, окружающий нас снаружи.Иначе говоря, некоторая наша очень важная часть постоянно пребывает во «внутреннем мире». И примерно там же пребывают сознания всех других существ, обладающих сознанием. Иначе говоря, многие из этих существ – независимо от разделяющих их расстояний – могут иметь и «общий внутренний мир».
По мере того, как наука понемногу приближается к повороту, за которым открывается новая, куда более обширная и глубокая картина мира, становится понятнее и чрезвычайно широкий диапазон смыслов для универсального термина «синхронии».
В качестве наглядного примера того, как работают подобные незримые механизмы в точных науках, скажем, представляется интересным статистический анализ заголовков статей в библиотеке препринтов arXiv.org – на предмет появления тех или иных ключевых слов.
В частности, недавно этот метод весьма неплохо сработал для физика Джона Прескилла, когда он – неожиданно для самого себя и для всех коллег по научному сообществу – выявил совершенно очевидный и необъяснимый рост синхронного интереса к феномену квантовой сцепленности во множестве разных областей физических исследований (подробности см. ТУТ).
Но математическая статистика, как известно, работает лишь с достаточно большим количеством испытаний. В особо же интересном для нас случае со словом «dodecahedron» (которое в заголовках проявилось, по сути, всего лишь один раз) пока что никакой статистики нет даже близко. Чуть-чуть получше дела обстоят с прилагательным «додекаэдрический» (общая сумма употреблений – 25 раз за весь период наблюдений, регулярное появление термина – начиная с 2003 года), но и тут пока что отмечается от силы 3-4 статьи в год… Процесс только-только начинается, иначе говоря.
Отсюда, видимо, уже понятно, что для работы твердых математических методов анализа и убеждения подходит далеко не каждый из выявляемых терминов-архетипов. Но помимо математического инструментария, в работе психологов, криминалистов и детективов имеются и совершенно другие профессиональные методы. Например, можно весьма содержательно понаблюдать, как мысли больших ученых, художников и писателей то и дело сами собой возвращаются к важным архетипическим образам, структурирующим нашу жизнь.
Вот, для примера, как выглядит недавняя запись в Твиттере (https://twitter.com/FrankWilczek/status/577108002420850688) Фрэнка Вильчека от 15 марта 2015 года. Поместив репродукцию знаменитой картины Сальвадора Дали, написанной в период «ядерного мистицизма» художника и композиционно встроенной в «квазисферу из пятиугольников», Вильчек туманно написал об этом так:
«Тайная вечеря Дали, как и вселенная Платона, происходит внутри додекаэдра. Что до меня, то я бы предпочел дуальный к нему икосаэдр»…
Цифровым кодом икосаэдра является число 20 (многогранник образуют двадцать одинаковых равносторонних треугольников), аналогично, код додекаэдра – число 12. (В мире «книги новостей») Как следствие вихревых – по Декарту – процессов самоорганизации в природе, два этих дуальных многогранника образуют базовую структуру двухслойной сферы вселенной.!!!!! А два числа-кода многогранников складываются в последовательность 2012 – то есть год, со страхом ожидавшийся суеверными людьми как «конец света» (или конец большого старого и начало большого нового цикла истории, согласно календарю майя).
А также, среди всякого разного прочего, 2012 – это год, в который Фрэнк Вильчек подарил людям свое новое большое открытие – одномерный спиральный кристалл во времени. Важность необычной идеи ученый ощутил, что называется, всем своим естеством (пробило аж на уровне спинного мозга). Однако в сообществе ученых, не говоря уже о широкой публике, оценить блестящее открытие по достоинству – как материальную основу мира сознания вселенной – пока что не сумели абсолютно.
В этапный год 2012 наверняка произошло еще много чего важного и судьбоносного для нашей истории: может, кто-то из мудрых и знаменитых родился в очередной раз; может, книги или фильмы какие вышли, ожидающие признания в будущем. Время покажет.
Но уже сегодня абсолютно ясно, что именно в 2012 произошла публикация в высшей степени необычного интервью с математиком Владимиром Воеводским. Где серьезный ученый мирового уровня впервые в истории науки, возможно, максимально честно рассказал о своих регулярных и крайне непростых «контактах атеиста с потусторонним миром». Прекрасно зная, конечно же, что ортодоксальная психиатрия тут же заочно причислит его к своей клиентуре, а туча обывателей станет ухмыляться и гоготать, выразительно покручивая пальцем у виска.
(Строго говоря, в истории уже бывали подобные случаи с учеными-верующими, вроде Сведенборга, а сам Воеводский в момент первого «контакта» относил себя не к атеистам, а скорее к агностикам. Но это все несущественные нюансы, поскольку важна беспрецедентность сюжета именно для современной науки.)
В этом уникальном интервью, помимо прочего, было и про то, как чуть ранее (в 2010) в Петербурге проходила конференция, посвященная общенаучным вопросам и проблемам, и где одним из докладчиков был знаменитый ученый, филдсовский лауреат Владимир Воеводский. Сказавший в своем выступлении такие вот неожиданные для многих коллег вещи:
«То, что мы сейчас называем кризисом российской науки, не есть кризис только российской науки. Присутствует кризис мировой науки. Реальный прогресс будет состоять в очень серьезной драке науки с религией, которая закончится их объединением. И не надо мне бить морду.»
Для людей, понимающих под «религией» походы в храм по воскресеньям, осенение себя крестным знамением по любому поводу и разучивание стандартных молитв на разные случаи жизни, наверняка осталось неясным, что тут имел в виду уважаемый математик.
Но вот для тех образованных и думающих людей, кто всерьез и непосредственно на себе знакомился с мистическими технологиями познания мира (очищение мыслей и организма, практикование медитации и концентрации сознания), на сегодняшний день уже достаточно очевидны две вещи.
Во-первых, мистический путь религии реально способен одарять интуицию ученых замечательными свежими идеями и открывать им новые, прежде скрытые взаимосвязи в науке. Во-вторых же, физике-математике (и даже биологии) уже определенно есть что поведать религиозным инстанциям об устройстве иной, невидимой части мира. Мира духа и сознания, как это обычно называют.
И многим традиционным религиозным институтам вряд ли сразу понравится то, что расскажет им про «их» незримый мир наука. Но весь мир в целом – со всеми своими частями – принадлежит в равной степени как истово верующим или колеблющимся, так и абсолютно убежденным атеистам. И за каждой из сторон имеется своя убедительная правда. Вполне возможно, что серьезные предстоящие споры на данном поле и впрямь можно будет называть «дракой».
Однако всем нам жить с этими новыми знаниями по-любому предстоит вместе. А потому грядущего объединения науки и религии действительно не миновать, как тут ни крути.
Какими бы трюками-обманами этот момент ни пытались отодвигать манипуляторы и иллюзионисты нашего метафизического лохотрона…
( Продолжение следует )
* * *
«То самое» интервью с Владимиром Воеводским (в Живом Журнале Романа Михайлова) Часть 1; Часть 2.
О трудной и загадочной судьбе, выпавшей в науке на долю одного геометрического объекта: «Загадки додекаэдра».
О крайне необычной физике пылевой плазмы и других проявлениях структуры ДНК в природе: «Эволюция спиралей».
О несостоявшемся возвращении эфира в физику в середине 1950-х годов: «Бунт ученого», Раздел «Дирак неизвестный».
О том, как в середине 2000-х годов «закрывали» открытие додекаэдрической структуры в строении вселенной: «Аномальные факты и структуры».
О том, где можно найти богатейший и хорошо задокументированный материал для статистического выявления синхроний: «Фракталы истории».
Астрофизик Фред Хойл — как знаменитый предшественник Владимира Воеводского в «наведении мостов между мирами»: «Плутархиада», «Великий инакомыслящий».
О том, сколь много неожиданного еще предстоит узнать науке даже из давно опубликованных статей: «Сцепленность как суть».