Борис Пастернак
1949 г.
У людей пред праздником уборка.
В стороне от этой толчеи
Обмываю миром из ведерка
Я стопы пречистые твои.
(полностью ниже - ЮК)
"мне нравятся иногда вещи которые ничего из себя не представляют..." Булат Окуджава
жаль я не спросил его что он имел ввиду за этой свой фразой... я просто молча погрузился в его парадокс...
вот и сейчас искреннее восхищение этим стихотворение мною любимой поэтессы N...
нисколько не загородило моего взгляда на поэтические ошибки Пастернака
ДО ЧЕГО СЛАБОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ У ПАСТЕРНАКА
МАГДАЛИНА
Джотто * идущий из гороба Христос и Магдалина
И вот, женщина того города, которая была грешница, узнав, что Он возлежит в доме фарисея, принесла алавастровый сосуд с миром и, став позади у ног Его и плача, начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его, и мазала миром. (Лук. 7:37-38).
продажа любви Магдалиной
это вовсе не утоление "капризов мужчин" а торговля ложью
(и не "раба была" а если сказать точнее - воровка)
- когда поцелуи не означают любви а означают обман
и Пастернак выразился не глубоко а поверхностно
что для истинной поэзии не характерно
и "улицей" был не "приют" - это выражение зовет к ненужному состраданию
это было место ее - меркантильного разбоя:
и мужчины уходили обманутые и она оставалась у разбитого корыта ради денег
(т.е. убивала сердца и мужчин и свое)
и совершенно не уместны нарочитые словечки
из прошлого и чужие для современного оратора:
"алавастровый сосуд" ... "как в бурнус" ...
"Вещим ясновиденьем сивилл"...
да! слова из своей эпохи оратор все же как изюм
к калорийной булочке вводит:
"ряды конвоя" - и тогда вспоминаются ночи с машинами НКВД
и его эпоха и он сам (и оживает поэзия)
прорывается дух поэзии все же
на фоне "бесноватой дуры"
(вялая трактовка Магдалины якобы одержимой
бесами а не меркантильностью)
и тогда прорывается и ясное зрение поэзии вдруг
и Магдалина видит это не церковным каноном себя
а живым ощущением верным и правдивым:
"О где бы я теперь была,
Учитель мой и мой Спаситель,
Когда б ночами у стола
Меня бы вечность не ждала,
Как новый, в сети ремесла
Мной завлеченный посетитель."
и тогда все точно называется наконец своими именами
и тоска по истинной жизни с искренним любящим сердцем
- вот что значит "ждала вечность" - т.е. ждала истинное магия
этого вечного мира Создателя - где естественно любить а не грабить...
и обличение своего ремесла - она строго ждала свою жертву
чтобы обольстить и ограбить - вот что значат ее слова
что она подкарауливала и ждала -
"в сети своего ремесла завлеченного посетителя"
совершенно слабо и пустозвонная фраза когда Магдалина говорит
не своим простым языком а языком вдруг Пушкина
- что ее ждал "демон":
"Чуть ночь, мой демон тут как тут,
За прошлое моя расплата.
Придут и сердце мне сосут
Воспоминания разврата..."
это или слова Пушкина или вторящего ему Лермонтова
- но не слова Магдалины или Пастернака...
и т.д. до бесконечности... конечно честь ему и хвала что Сталин еще не умер
а он позволил написать себе церковное стихотворение
- но это скорее формальный жест - а напишу-ка я
пока все восхваляют "страну чугуна и стали" - о Магдалине...
============
Борис Пастернак
1
Чуть ночь, мой демон тут как тут,
За прошлое моя расплата.
Придут и сердце мне сосут
Воспоминания разврата,
Когда, раба мужских причуд,
Была я дурой бесноватой
И улицей был мой приют.
Осталось несколько минут,
И тишь наступит гробовая.
Но раньше, чем они пройдут,
Я жизнь свою, дойдя до края,
Как алавастровый сосуд,
Перед тобою разбиваю.
О где бы я теперь была,
Учитель мой и мой Спаситель,
Когда б ночами у стола
Меня бы вечность не ждала,
Как новый, в сети ремесла
Мной завлеченный посетитель.
Но объясни, что значит грех
И смерть и ад, и пламень серный,
Когда я на глазах у всех
С Тобой, как с деревом побег,
Срослась в своей тоске безмерной.
Когда Твои стопы, Исус,
Оперши о свои колени,
Я, может, обнимать учусь
Креста четырехгранный брус
И, чувств лишаясь, к телу рвусь,
Тебя готовя к погребенью.
2
У людей пред праздником уборка.
В стороне от этой толчеи
Обмываю миром из ведерка
Я стопы пречистые Твои.
Шарю и не нахожу сандалий.
Ничего не вижу из-за слез.
На глаза мне пеленой упали
Пряди распустившихся волос.
Ноги я Твои в подол уперла,
Их слезами облила, Исус,
Ниткой бус их обмотала с горла,
В волосы зарыла, как в бурнус.
Будущее вижу так подробно,
Словно Ты его остановил.
Я сейчас предсказывать способна
Вещим ясновиденьем сивилл.
Завтра упадет завеса в храме,
Мы в кружок собьемся в стороне,
И земля качнется под ногами,
Может быть, из жалости ко мне.
Перестроятся ряды конвоя,
И начнется всадников разъезд.
Словно в бурю смерч, над головою
Будет к небу рваться этот крест.
Брошусь на землю у ног распятья,
Обомру и закушу уста.
Слишком многим руки для объятья
Ты раскинешь по концам креста.
Для кого на свете столько шири,
Столько муки и такая мощь?
Есть ли столько душ и жизней в мире?
Столько поселений, рек и рощ?
Но пройдут такие трое суток
И столкнут в такую пустоту,
Что за этот страшный промежуток
Я до Воскресенья дорасту.
1949
-=-
СВИДАНИЕ
Засыпет снег дороги,
Завалит скаты крыш.
Пойду размять я ноги:
За дверью ты стоишь.
Одна, в пальто осеннем,
Без шляпы, без калош,
Ты борешься с волненьем
И мокрый снег жуешь.
Деревья и ограды
Уходят вдаль, во мглу.
Одна средь снегопада
Стоишь ты на углу.
Течет вода с косынки
По рукаву в обшлаг,
И каплями росинки
Сверкают в волосах.
И прядью белокурой
Озарены: лицо,
Косынка, и фигура,
И это пальтецо.
Снег на ресницах влажен,
В твоих глазах тоска,
И весь твой облик слажен
Из одного куска.
Как будто бы железом,
Обмокнутым в сурьму,
Тебя вели нарезом
По сердцу моему.
И в нем навек засело
Смиренье этих черт,
И оттого нет дела,
Что свет жестокосерд.
И оттого двоится
Вся эта ночь в снегу,
И провести границы
Меж нас я не могу.
Но кто мы и откуда,
Когда от всех тех лет
Остались пересуды,
А нас на свете нет?
1949
-=-
Я дал разъехаться домашним,
Все близкие давно в разброде,
И одиночеством всегдашним
Полно всё в сердце и природе.
И вот я здесь с тобой в сторожке.
В лесу безлюдно и пустынно.
Как в песне, стежки и дорожки
Позаросли наполовину.
Теперь на нас одних с печалью
Глядят бревенчатые стены.
Мы брать преград не обещали,
Мы будем гибнуть откровенно.
Мы сядем в час и встанем в третьем,
Я с книгою, ты с вышиваньем,
И на рассвете не заметим,
Как целоваться перестанем.
Еще пышней и бесшабашней
Шумите, осыпайтесь, листья,
И чашу горечи вчерашней
Сегодняшней тоской превысьте.
Привязанность, влеченье, прелесть!
Рассеемся в сентябрьском шуме!
Заройся вся в осенний шелест!
Замри или ополоумей!
Ты так же сбрасываешь платье,
Как роща сбрасывает листья,
Когда ты падаешь в объятье
В халате с шелковою кистью.
Ты - благо гибельного шага,
Когда житье тошней недуга,
А корень красоты - отвага,
И это тянет нас друг к другу.
1949
-=-
-=-
Евтушенко ввел эти три стихотворения в 1949 год - может только три и написал поэт - а может только три отобрал составитель? не знаю... - ЮК
-=-
.
