Там, где ты, нет меня.
Там, где я, там нет
Со мною места рядом, слышишь? (с)

Твои зеленые глаза привычно укоризненно смотрят на меня с фотографии. Да, у меня бронхит, да, я снова курю. Но тебя нет здесь, чтобы отобрать у меня сигарету и читать нотации о здоровом образе жизни. Ты мог бы поить меня горячим чаем или злиться, что я бужу тебя среди ночи своим кашлем. Ты мог бы.. Ты многое мог бы, но сейчас ты где-то за сотни километров от меня и тебе там хорошо. Тебе нет дела до боли, которая прочно поселилась в моей груди, а я до сих пор не могу понять, появилась она тогда, когда ты уезжал, или это последствия скосившей меня болезни.
Я накрываю твое лицо ладонью и убираю фотографию в стол. Если бы ты был тут, мне не удалось бы так легко отделаться от твоего укоризненного взгляда. С фотографией общаться определенно удобнее.
Она не будет раздражать меня замечаниями. Не будет обнимать меня и заводить мне руки за спину, зная, в чем я нуждаюсь лучше меня самого.
Наверное, стоило бы позвонить тебе сейчас и извиниться за то, что я, такой мудак, люблю тебя до сих пор. Наговорить много лишних слов, обвинить тебя в том, что ты - это ты, забрать свои признания назад, замолчать, бросить трубку и не отвечать на твои встревоженные звонки.
Я сам себе противен.
Веришь, я до сих пор бережно храню твою зубную щетку, которую ты забыл у меня год назад. Она лежит на полочке в ванной, и я не могу убрать ее оттуда.
Когда ты вернешься, я скажу: "Смотри, что у меня есть", - и впаду в продолжительную истерику.
Ты гуляешь по набережной где-то во Франции, а я гнию заживо в своей пустой квартире. Ты не вернешься, но у меня не хватает сил отпустить тебя.
Со мной рядом у тебя сдают нервы.
Сейчас ты, наверное, спокоен и расслаблен. Вернул свое гребаное равновесие. Да пошел ты со своим равновесием.
Я делал все, чтобы сломать его в тебе.
У тебя сносило крышу, мы ненавидели друг друга до умопомрачения, ты выкручивал мне руки, ты бил посуду, срывал голос, ты оставлял на мне целую галерею укусов и царапин. По ним можно было бы составлять карты созвездий.
Но твой душевный покой оказался важнее меня.
"Давай останемся друзьями", - сказал ты, и мне захотелось вбить нож тебе в горло. Неужели я не заслужил хотя бы немного искренности?
Я бесился с твоей осторожности, но она не раз нас спасала. Я доводил тебя, но я просто сходил с ума от твоей отстраненности. Я был неправ тысячи раз. Я готов исправить свои ошибки.
Ты сказал, что поздно это говорить.
И тогда я тебя все-таки ударил.
Ты оставил мне только свою дурацкую зубную щетку, при взгляде на которую меня начинает трясти.

Я набираю твой номер, пытаюсь унять кашель, и думаю, есть ли мне еще куда падать.