 [310x284]
Этот памятник стоит в Монтевидео, столице Уругвая. Люди, отлитые в бронзе, – последние индейцы чарруа. Такого народа больше не существует, он был полностью истреблен белыми, а закончилась его история… во Франции.
История позволяет нам видеть разницу между свирепыми чернокожими, которые не раз давали белым отпор, и гордыми индейцами, которые накладывал на себя руки, вместо того чтобы сопротивляться.
Но как пример того, что сопротивление лучше капитуляции, можно вспомнить судьбу гуанчей – загадочных белокожих жителей Канарских островов. Полтораста лет эти люди каменного века яростно дрались с завоевателями, пока, наконец, в 1492 году капитан Алонсо Луго по поручению Изабеллы Кастильской не заключил с островитянами договор, в котором признал равные с европейцами права гуанчей и их вождей. Гуанчи стали первым из завоеванных конкистадорами народов, получившим полное испанское гражданство. Они крестились, их вожди стали дворянами.
Однако, смешавшись с испанцами, гуанчи утратили свой язык, а значит, и культуру.
Да, не все индейцы оказались пассивными. Арауканы, живущие на севере Чили, 300 лет вели против испанцев упорную войну и даже приучили кабальеро обходиться без доспехов – от арауканского копья они не защищали. В конце концов чилийским властям надоело терять своих бойцов, и они признали этих индейцев равными белым. Сейчас арауканы составляют костяк чилийской армии.
Среди тех немногих, кто предпочитал бой самоубийству, были и уругвайские чарруа.
Непокоренные
Так выглядели вожди чарруа
Этот кочевой народ охотников, рыболовов и собирателей мог бы, вероятно, считаться одним из наиболее рослых и гармонично сложенных народов на Земле. Воинственные чарруа дорожили свободой и не желали видеть пришельцев в своей стране. Когда в начале 1516 года эти земли были открыты экспедицией Хуана Диаса де Солиса, испанцев встретил град камней и стрел. Командир экспедиции и большинство его людей погибли.
Столкнувшись с упорным сопротивлением, испанцы умерили прыть и постарались жить с чарруа мирно, завязав с ними торговлю. К XVII веку чарруа, отказавшись от военных действий, жили неплохо, хотя численность их уже начала сокращаться из-за болезней, завезенных европейцами, и из-за португальских охотников за рабами.
В результате конфликтов между Аргентиной и португальской Бразилией в 1828 году на карте появилось небольшое буферное государство Уругвай. Правительство независимой республики решило очистить страну от туземцев, которые мешали развернуть лесные разработки и скотоводство. Началась мощная кампания репрессий против индейского населения, а проще сказать – систематическое истребление.
В 1831 году первый уругвайский президент Фруктуосо Ривера вызвал уцелевших чарруа на переговоры о мире, обещав им работу и уважение. Около 500 индейцев, живших в изгнании, в условиях притеснений и угроз, поверили правительству. Вожди приняли приглашение, а народ пошел за вождями. Индейцев накормили и напоили, затем спящих перебили штыками и саблями. Эту бойню назвали битвой, а речушку, где это произошло, – Сальсипуэдос, в переводе «Попробуй, убеги». Почти никому из чарруа не удалось спастись. Детей отправили в рабство в семьи аристократов из Монтевидео, женщин отдали солдатам на забаву. Именем «победителя индейцев» Риверы теперь назван самый длинный, через весь Монтевидео, проспект столицы.
Проклятие жреца
Последние индейцы племени чарруа
В 1833 году французскому капитану де Курелю подарили рабов чарруа: касика (вождя) Ваймака Пиру, жреца Сенакуа Сенаке, молодого наездника Такуабе, объезжавшего диких лошадей, и его подругу Гуюнусу, ожидавшую ребенка. Де Курель вывез их в Париж для «научного изучения».
В столице Франции капитан стал выставлять чарруа за пять франков напоказ в качестве «редкого вида животных», а потом продал в цирк, где с ними обращались, как с дикими зверями.
Жрец Сенакуа Сенаке прожил в Париже всего 80 дней, а вождь Ваймака Пиру – около семи месяцев; они умерли от тоски. Их трупы исследовал в морге патологоанатом и не нашел каких-то отличий от обычных людей.
20 сентября 1833 года Гуюнуса родила в цирке девочку, не приняв никакой помощи от своих надсмотрщиков. Когда молодую мать, истощенную до предела, 22 июля 1834 года поместили в больницу, она тихо угасла. После кончины своей подруги Такуабе с 10-месячной дочерью удалось бежать, и их следы затерялись во Франции.
Дочь Такуабе и Гуюнусы – фигурку девочки можно увидеть на руках матери в составе скульптурной группы памятника в Монтевидео – и была последней женщиной чарруа.
Останки Ваймака Пиру – скелет №6565 – до сих пор хранятся в Париже, в Музее человека, стеллаж 27, шкаф пять.
Сегодня Уругвай требует у Франции отдать прах вождя. Уругвайцы посчитали, что останки их предка должны вернуться на родину, ведь получается, что у государства нет никакой своей истории, кроме резни при Сальсипуэдос.
И вот теперь возникло поверье, что шаман Сенакуа Сенаке проклял и ту страну, что продала его, и ту, которая его сгубила.
Уругвай пережил череду кровавых гражданских войн, упадок, живодерскую военную диктатуру, а теперь вымирает… от старости, детей там рождается крайне мало.
Ну а у Франции сложилась тоже нелегкая история, взять хотя бы гитлеровскую оккупацию во время Второй мировой войны. Да и сейчас, судя по всему, страна переживает не самый лучший свой период.
Что ж, индейские жрецы умели проклинать.
Богдан КЕРЖАКОВ
http://tainy.info/history/dopodlinnye-lyudi-charrua/
geniavegas |
|
|
|
|
|
|
|