Мы — это я и почти восемьдесят детей от семи до десяти лет, оставленных на мое попечение, пока их родители занимаются своими взрослыми делами.
Я собрал мое войско в большом зале и объяснил правила игры. Она похожа на широкомасштабный вариант игры «камень, ножницы, бумага» и подразумевает некоторое интеллектуальное усилие — надо ведь выбирать.
Ну а вообще-то самое главное — вволю пошуметь и набегаться в догонялки так, чтобы все перепуталось и уже не понять, кто за кого и кто победил. Разделить ватагу неуемных младших школьников на команды, растолковать им правила, договориться с командами о составах — задача не из легких.
Но мы постарались, успешно с ней справились — и можно было начинать. Когда возбуждение носившихся по залу детей достигло критической массы, я крикнул:
— А теперь каждый выбирает, кто он: ВЕЛИКАН, ВОЛШЕБНИК или КАРЛИК!
Ребята, разбившись на кучки, оживленно зашептались на своем совещании — и тут кто-то вдруг дернул меня за брючину.
Малышка — стоит и смотрит на меня снизу вверх
— А где место для Русалок? — слышу я озабоченный детский голосок.
— Место для Русалок?
Наступила долгая пауза. Очень долгая
. — Место для Русалок? — переспрашиваю я.
— Да, где? Потому что я — Русалка.
— Но у нас же нет Русалок!
— Есть! Это я!
Девчушка не могла стать ни Великаном, ни Волшебником, ни Карликом, ибо твердо знала: она — Русалка. И не хотела выходить из игры, не хотела отойти к стенке, где собирались проигравшие. Есть по правилам Русалки или нет — не важно: участвовать она все равно будет.
Именно в своей роли и на равных с остальными. Она была уверена: место для Русалок, конечно, есть, а где оно, я, конечно, знаю и скажу.
Так где же все-таки место для Русалок? Для всяких «русалок» — для тех, кто не похож на других, кто не хочет стандартных ролей, кто отказывается занять уготованные ячейки в коробках и ящиках. Найти ответ — значит, найти основу, на которой можно создать теорию, общество или даже целый мир. Что же я тогда ответил? Признаюсь, время от времени я способен и на умную мысль: — Место для Русалок как раз здесь, рядом с Царем Морским! (Точно — как раз здесь, рядом с Дураком и Шутом придворным, подумал я.)
И мы стояли, взявшись за руки и обозревая полчища Волшебников, Великанов и Карликов, а те бесились в диком восторге. Кстати, неправда, что русалок в жизни не бывает. С одной по крайней мере я знаком лично. И даже за руку ее держал.