Сказка для одной удивительной девушки, мечтающей о любви…
У тебя все получится! Будь уверена.
Как говорится, попутчиков не выбирают. Эту мудрость я вспомнила, когда села в купе поезда Москва — …. Впрочем, совершенно не важно, куда я ехала. Важно то, что случилось со мной в этой поездке…
Итак, я зашла в купе и внимательно огляделась по сторонам. Купе было совершенно пустым.
- Какое счастье – пробормотала я – не придется терпеть соседей.
Я уложила чемоданы, быстренько переоделась и даже успела заварить чай и достать из сумочки книгу, купленную специально в дорогу. В поездах, надо сказать, я читала исключительно женские романы. В поезде не стыдно помечтать о любви.
Однако моему уединению скоро пришел конец. Дверь купе отъехала в сторону, и я увидела нахмуренное лицо проводницы:
- Девушка, вы одна едете?
- Одна – промямлила я, с неприятным предчувствием.
- Проходите, вот эта полка сверху. Да-да, прямо над девушкой.. – эти слова были адресованы уже не мне, а человеку, который втаскивал в купе большой, нет, просто огромный чемодан!
Через пару секунд дверь закрылась, и я почувствовала приступ паники или чего-то там еще, когда в тесноте не хватает воздуха, и ты падаешь в обморок. Сознание я все же не потеряла, но теперь в купе нас было трое: я, чемодан и его хозяин, на которого я даже не смотрела. Наконец, мой ступор прошел и я с тоской спросила:
- И как вы думаете размещать свой багаж?
Тут же на нижнее сидение напротив меня плюхнулся человек – тот самый хозяин чемодана. Это был мужчина довольно странной наружности. Небольшого ростика, в спортивном костюме и неуместном к такому стилю одежды галстуке. Когда он снял кепку, оказалось, что он лысоват. На вид моему попутчику было где-то шестьдесят, плюс-минус десять лет. Оглядывая его довольно щуплую фигуру, я еще раз удивленно посмотрела на чемодан. Как он со своим «теловычитанием» смог тащить такой багаж?
- Познакомимся? – живо начал мой сосед – я Муромцев Илья Ильич.
Не удержавшись, я рассмеялась, почти Илья Муромец! Только наоборот.
- Извините, я ..Аня, Анна Сергеевна – поправила я, желая сразу установить дистанцию.
Старичок (так я стала звать его про себя) улыбнулся.
- Уже чаевничаем, Анна Сергевна, — хорошее дело. А давайте я вас медом угощу. Настоящим, башкирским! И не дождавшись моего согласия, Илья Ильич раскрыл свой огромный чемодан и достал туесок с медом.
Тут же купе наполнил такой божественный аромат, что отказаться от такого гостинца я уже не могла. Скромно зачерпнув ложечкой мед, я отхлебывала из кружки чай и старалась смотреть не на старичка, а на пейзаж, мелькавший за окном.
Старичок тем временем, внимательно рассматривал меня, как будто хотел проникнуть в мои мысли. Я же думала о том, что моя надежда на тихое путешествие накрылась медным тазом.
- А муж-сокол где? – ни с того, ни с сего брякнул Илья Ильич.
Я даже вздрогнула. Почему все только и знают, что спрашивать о семье? Хоть кольцо на правой руке носи, ей-Богу..
- Дома – легко соврала я. Хотя на самом деле никто меня дома не ждал. Вот уже два года я была одна и даже потихоньку смирилась с тем, что в этой жизни пара мне не приготовлена.
- Домосед, значит, он у тебя! – старичок видимо хотел продолжить начатую тему разговора.
- Почему сразу домосед? – возмутилась я – между прочим, у меня командировка. И мужа, то есть с мужем не поедешь…Я замолчала. Врать о том, что у тебя есть какой-то мифический муж было неприятно и глупо.
Илья Ильич сочувственно вздохнул:
- А моя Марья Петровна ездила со мной, пока жива была… Угощайтесь, угощайтесь – переключился старичок на мед и пододвинул туесок поближе ко мне.
Мед, правда, был сказочный. Так что я с удовольствием съела еще пару ложечек.
- Спасибо. Очень вкусно.
- Да, что вкусно! – Илья Ильич заулыбался еще шире, — мед-то у меня не простой, а волшебный. Полюбовный.
И снова я напряглась.
- Что за намеки? А вслух спросила:
- И чем ваш мед волшебный помогает?
Илья Ильич погладил бороду:
- Всем в разном. Тебе в полюбовных делах, Анна Сергеевна.
Можно было зацепиться за это «ты», но я не стала. Почему-то этот старичок мне стал интересен.
- А зачем вы мне такой мед предлагаете, если знаете, что меня муж дома ждет? – поинтересовалась я.
Старичок покачал головой:
- Потому и угощаю, что мужа никакого нет. Да, и ладно бы мужа, веры в его существование нет.
Наверное, мне нужно было начать спорить, доказывать правоту, но я не стала. За все эти годы мне так надоело делать вид, что у меня все хорошо. Поэтому я лишь, молча, кивнула.
- Все так. Мужа нет. Зато есть кошка сиамской породы Лада. И рыбки еще в аквариуме. Какая-никакая семья - мне хотелось отшутиться, но голос мой прозвучал печально.
Однако Илья Ильич даже не пытался меня утешить, наоборот, рассмеялся своим мыслям:
- Кушай мед, Анечка, кушай. Он свое дело сделает. Уж поверь. Не раз проверено.
Я не стала уточнять, на ком и когда это было проверено, но дальше есть мед побоялась. Какая-то бредовая мысль пришла мне в голову, что сам Илья Ильич хочет со мной познакомиться поближе. Ведь он же одинок…
Старик видимо умел читать мысли или вид у меня бы такой, но он тут же меня успокоил:
- Стар я уже для таких дел, красавица. Так что ты не бойся меня. А лучше расспроси, что и как тебе делать, чтобы судьбу найти?
В сердце моем что-то шевельнулось. Наш разговор с Ильичем перетекал в интересно русло.
- А что если правда, что-нибудь интересное скажет старик? – подумала я, а вслух спросила:
- Хорошо. Хочу знать, как влюбиться? В последнее время совершенно разучилась это делать. А на одних расчетах отношения не построишь. Пробовала – не получается.
Старичок задумался на пару секунд, а потом ответил:
- Хех… видно медом одним тут не обойтись. И подтащив поближе чудо-чемодан, он открыл замок и погрузился в недра волшебного хранилища.
Через пару секунд седая голова старичка вынырнула наружу. Илья Ильич держал в руках небольшую деревянную ложечку.
Старик протянул диковинку мне и сказал:
- Вот! Бери и не стесняйся! То, что нужно.
- А для чего мне эта ложка? – удивилась я — мед есть что ли? Так у меня своя есть…
Илья Ильич рассмеялся:
- Все бы вам молодежи поверхностно рассуждать. Если ложка, то ешь, если нож, то режь. А ты в суть загляни, попробуй!
Как не глядела я в суть, ничего мне хорошего на ум не приходило. Ложка и ложка. Деревянная, наверное, детская. Так что на что мне она? Детей у меня нет…
Старичок, видя мои тщетные потуги разгадать загадку ложки, сжалился и сказал:
- Посмотри, Анюта, мед – это любовь. Сладкая, вкусная. А ложка у тебя в руках. Черпай – сколько хочешь! Ешь, сколько сможешь.
- Погодите – остановила я старика – ведь когда-нибудь мед-то закончится. По вашим словам, значит, любви может придти конец!
Илья Ильич вдруг стал серьезным:
- А ложка тебе на что? Не уж то ей только черпать собираешься? А взять да наполнить туесок заново, не судьба?
Все эти шарады и ребусы доходили до меня с трудом. Мой ум отчаянно сопротивлялся принять какие-то странные и логически недоказанные истины.
- Вот-вот, любовь-то умом не понять, Анечка – Илья Ильич точно мог читать мысли.
Тут дверь в купе открылась, и та же самая проводница, которая привела ко мне чудного старика, сказала:
- Твоя станция, Ильич. Собирайся. А потом улыбнулась и добавила шепотом:
- За гостинец спасибо! У нас с мужем словно медовый месяц заново начался. И Маруська – дочка суженого встретила. Не нарадуемся на твой медок. Ты бы еще ложечку для внучки моей – Олюшки привез в следующий раз, а? Хоть и годик девчоночке, а пусть с малых лет приучается.
К чему собирались приучить Олю, я не поняла, но оттого, что старик покидает меня, вдруг стало грустно.
Когда Илья Ильич уже стоял в дверях купе я спросила:
- А в чемодане своем чудном что возите?
Старик улыбнулся совсем юной улыбкой:
- То и вожу, что людям нужно. Мед, ложки вон деревянные. Ничего особенного. Просто многим помочь нужно. Вот и вожу его монстра, людей пугаюJ
Распрощавшись с Ильичем, я почему-то всплакнула. Необычный старичок пробудил во мне странное состояние. Его можно было бы назвать жалостью к себе, но страдать я не собиралась.
До конца пути в мое купе так никого и не подселили.
Про мед и ложечку в командировке я естественно забыла, а вспомнила уже, будучи дома, когда разбирала вещи с дороги.
- Любовь нужно не только черпать, но и наполнять туесок – повторила я вслух слова старика. А что если попробовать? Сколько я живу по правилам, слушая ум, а что такое чудеса и голос сердца и забыла. Но с чего начать?
Первые дни я просто-напросто ела мед и повсюду носила с собой деревянную ложку. Благо, что она помещалась даже в кошелек. Правда каких-то особенных результатов не наблюдала.
А через месяц мне приснился странный сон. В этом сне ко мне пришла красивая женщина в длинном платье цвета зари и назвалась любовью. Эта женщина сказала мне, что я готова к встрече, только нужно еще чуть-чуть…
Что это «чуть-чуть» договорить она не успела. Но это было неважно, потому как весь день я летала как на крыльях.
После этого сна я отчетливо поняла, что совершенно не умею пополнять свой туесок медом. То есть не умею сама создавать любовь в своей жизни. То, что я раньше называла любить себя и жизнь, было игрой рассудка. Потому как я во всем ждала какого-то результата. А если результат был в чем-то другим, я расстраивалась.
На самом же деле любить от сердца было легко.
Еще через месяц моей новой жизни я встретила…Его! Дмитрий совершенно не походил на тот образ, который я надумала за все годы своего одиночества. Он был другим, но он был любимым. И хоть у него и были все качества, о которых я мечтала, мне было это не важно. Важно было то, что он есть. И он рядом. Я уже не только ела мед, но и умела пополнять туесок.
Через год уже вместе с Димой мы ехали в поезде к друзьям на Урал. В купе заглянула молоденькая проводница и долго извинялась, что нам нужно будет принять попутчика (мы выкупили четырехместное купе на двоих). Как только я увидела знакомый чемодан, сердце мое дрогнуло!
- Илья Ильич — воскликнула я!
Щуплый старичок зашел в купе, и все вокруг словно наполнилось светом.
В моих глазах стояли слезы. Илья Ильич улыбался, а мой муж Дима совершенно не понимал, что происходит…
- А вот вам, Анечка, подарочек.
Прощаясь со мной и Димой, старичок вытащил из чемодана детские берестяные лапоточки.
- Сынишка как пойдет ваш, лапоточки обуйте…
Я прижалась к Диме и чувствовала, как счастье наполняет каждую клеточку моего тела. Любовь переливалась из меня через край. Муж целовал меня в макушку и крепко держал в своих руках, и я мысленно благословляла своего попутчика, этого странного старичка с огромным чемоданом и с большим, неизмеримо большим сердцем, который возил с собой ни много ни мало, а секрет любви и счастья.
А еще через год нас в семье стало трое. Лапоточки ждали своего часа…