(выборочно)...Однако давайте поближе присмотримся к Сиону. Откуда он взялся на наши головы?
Дикая кочевая волна евреев нахлынула на Палестину где-то в районе 1250 г. до н.э. К этому времени здесь наряду с самым древним – арийским – населением уже жили, начиная примерно с 2500 г. до н.э., выходцы из ханаанских бедуинских племён Аравии. В прибрежной полосе (нынешнего Ливана) эти ханаанцы назывались финикийцами. Именно здесь происходила стыковка южного языкового арала арийцев и северная граница ареаль семитов, родиной которых всегда был Аравийский полуостров. Арийцы, представлявшие коренное оседлое население, постоянно соприкасались здесь со степняками-бедуинами (от арабского: степь). Аравийский полуостров тысячелетиями выбрасывал из своих недр орды кочевников на север – в Двуречье, начиная с 3500 г. до н.э. (первая волна бедуинов); в 2500 г. до н.э. – вторая бедуинская ханаанская волна в Палестину и прибрежный Ливан; в 1250 г. до н.э. еврейская волна в Палестину (третья волна) и, наконец, начиная с 622 г. н.э. арабская бедуинская волна под предводительством основателя ислама мекканца Мухаммеда (четвёртая волна) через короткий исторический отрезок времени захлестнула весь Ближний и Средний Восток и Северную Африку, переплеснулась через Гибралтар и затопила весь Пиренейский полуостров.
Подвергаясь арийскому воздействию, язык аравийских бедуинов превращался в аккадский или ассиро-вавилонский в Двуречье, в финикийский и еврейский в Палестине и т.д. Эти языки жили, развивались и умирали, а их праматерь – классический арабский язык бедуинов Аравийского полуострова, благодаря его блестящей изоляции, продолжает сохраняться в почти нетронутой чистоте до наших дней.
В отличие от семитов прародину арийцев мы пока не можем установить с такой же точностью. Однако исследования в области палеолингвистики дают нам основания полагать, что именно венеды (гинду, хинду, индусы) составляли становой хребет арийского языкового субстрата и являлись главными носителями и хранителями древней общеарийской идеологии. Сейчас уже вполне ясно, что единственными автохтонами Европы являются венеды и прибалтийские арийцы – предки современных литовцев и латышей. И Кельты, и германцы – народы, пришлые из глубин Азии. От нашего станового хребта отделялись, развивались, жили и умирали большие и малые народы, языки и идеологии. Некоторые неарийцы внедрялись в глубины нашего ареала, обариевались. Наоборот, арийцы на стыках с другими ареалами часто тонули в чужеродных пучинах. У арийцев строились, прославлялись и рушились города и целые империи, а их праматерь венедская хранила себя в относительной девственной безвестности на огромных просторах Евразии, давая всё новые выплески своих детей в разные части земли, и не только по суше, но и морем, дав знаменитую плеяду так называемых «народов моря». С разных сторон и разными путями дети венедов устремлялись на протяжении тысячелетий в Палестину. Какая-то страшная древняя катастрофа, сопровождавшаяся палящим фактором, закрепила за страной название Палестана (Опалённого стана), которое потом трансформировалось в Палестину. Сильное арийское племя евусеев, вернее, евусов или явусов – древних венедских «материалистов», отдававших предпочтение поклонению Яви (отсюда и их название – явусы или евусы), имели один из самых крупных городов в Палестине – Евус, с холмом высотой 737 м над уровнем моря на своей юго-западной окраине. Холм был увенчан крепостью со святилищем священного огня, ночное свечение которого и дало холму название Сиян-горы. Ни один из семитских языков, в том числе иврит и арабский не дают этимологии топонима Сион. На иврите это – «цион», на арабском – «сыпьюн». Никакого значения у этих слов нет. Наоборот, русские паломники в Палестину – люди зачастую высокообразованные для своего времени, с глубоким знанием уже недоступных нам исторических данных, упорно называли гору Сион – Сиян-горой. Одной из положительных сторон творения Дмитрия Ростовского является употребление топонима Сиян-гора. Наличие в арабском варианте звука h в качестве второй (придыхательной) согласной лишь подтверждает арийское происхождение слова в том же значении: так в древне-индийском – «блеск», «сияние» – h сохраняется. И вообще во всех языках – арийском и особенно венедо-славянском – основа слова «сияние» звучит почти одинаково. Переход же я -> о для иврита закономерен – это язык «окающий».
Нет ни в одном из семитских языков и этимологии реки Иордан. По-арабски она – «аль-урдун», на иврите – «ярддейн». Здесь особенно важно сохранение удвоения «дд». При реконструкции воссоздаётся арийское: «урду-дон». Урду – это «орда» – слово отнюдь не тюркское, как нас пытаются ввести в заблуждение сионизированные словари: никакого гнезда оно не образует и объясняется только как «ставка хана». При своём продвижении на запад монголы встретились с упорядоченными, т.е осёдлыми станами арийцев. «Орда» происходит от таких общеарийских слов, как латинское: «порядок», «строй»; русское: «ряд», «орудие». Тюрки применили это слово для той части стойбища, которая была упорядочена раньше – для ставки хана. Потом оно переосмыслилось как «войско кочевников». В древней Палестине кочевники были отделены от оседлого – упорядоченного населения небольшой рекой – «Рекой Порядка» Слово «дон» в значении «река», «вода», или «то, что под водой», т.е. «дно», по сей день сохраняется в арийских языках. Почти все реки в Осетии оканчиваются на «дно» в значении «река», «вода»: Цей-дон, Ардон и т.д. Предки Осетии сарматы и аланы пронесли «дон» по всей Европе: Дон, Днепр (Дон-апр), Дунай. Полагают, что они оставили по себе память в названии Лондона (болотная вода). Элемент «дон»* ещё сохраняют некоторые речки в Анатолии. До прихода же туда тюрков-османов этих гидронимов было несравненно больше. А аланы, как известно, – ближайшие родственники венедов...(Продолжение следует).