Золотая книга славян (с сокращениями).
Часть 1. Предисловие.
Издавая первую книгу древних булгарских народних песен под заглавием «Веда Словена»
(Стефан И. Веркович. Белград 1874г.) я не надеялся, что буду впоследствии иметь счастье
открыть и собрать в Родопских горах гораздо более богатое сокровище памятников древней
славянской народной культуры. Неизвестных авторов, в неизвестной стране Македонии и ещё
менее известных времён. В этом втором томе находятся исключительно обрядные песни,
разделяющияся на двадцать один разных праздников, и заключающие в себе до 15000 стихов,
вследствие чего этот том далеко более объёмистый, чем первый….
Наконец, мне кажется необходимим указать, что песни этого тома собраны мною из уст
Помаков - или мусульманских Болгар (Волгар) - и ни одна от христиан. Они собраны по
базарам Македонии и Фракии, а именно: Песня 1. "О Колядове - дне" получена от певца Эхя-
ага из селения Селче Татар- 11. «О Маросных – днях» получена от певца Хасима из села
Чавдорли Татар.. .Все эти песни списаны из уст народа по базарам моим другом Гологановым
Ст.И. Веркович С.-Петербург 1 Мая 1881 г.
Разговор с Хасанам из села Карово.
(Разговоры записанные Галаганавым, а так же песни об Ории (в конце) приводятся из книги
Ив. Багдонава «Веда Словена» (София)).
- Тем песням, которые ты мне рассказал, от кого научился?
- Научился им от деда и от друга…. Тот знал и много других песен, но не мог сразу им
научить, знал одну песню, которая, чтобы спеть, длится три дня и три ночи мне очень
хотелась её выучить, но не смог, уж очень была большая, так мне стыдно, что не смог её
запомнить, но что делать, раз господь не дал мне столько ума, сколько дал другу. Много раз
мне он её пел, чтоб я выучил, а как увидел, что никак не могу её запомнить, заплакал и
сказал: «Ах! Пока я жив еще, славятся наши деды этой песней, которую пели наши цари, а как
умру то со мной вместе пропадет и песня, которая осталась и сохранилась у нас, что поётся
только в не четные годы»… все наши ребятишки ничего не знают ( о древнем прошлом
дедов), потому что им говорили учителя, что петь песни грех, и кто их поет, того считают
неверным. Пять лет назад пришел в село один учитель из Арчелибийска во время Рамазана.
Так допрос устроил нашим учителям, чтоб кто поёт песни, того не пускать на службу. Тогда и
мне допрос устроил, чтоб я не пел. Три недели не ходил на службу, и с тех пор больше не пел,
всё что тебе сейчас рассказывал.
- Как тебе дед рассказывал песни, что ты их выучил?
- Он мне говорил, что его дед, от которого он научился песням, заверил его насчет их, и
заклял, что не будет тому добра, кто не расскажет их другому, кто только не захочет.
Каждый вечер мне рассказывал, и за короткое время научил петь несколько песен.
Разговор с Помаком Хасимом из села Чавдерли.
- Бог за нас друг, за всех и за тебя. А знаеш ли, или слышал, вы Помаки, как дошли и осели в
горах Доспод.
- Когда дед меня учил и рассказывал песни, то плакал и говорил, что когда-то наши деды
слыли самими знаменитими богатырями на земле, и населяли Край землю ( утонувший
материк, бывший на северном полюсе, его ещё называют Даария, Сиверия, Гиперборея), их
Воевода Помак, удальцом и волхвом* называемый, летал как птица ( в те древние времена по
утверждениям наших ученых, плотность воздуха была в 8 раз больше чем сейчас и
приближалась к плотности воды, поэтому воздухоплавание было обычным явлением), и
ходил даже по небу, да служил Богу, который дал ему приказ пойти в Юдскую* землю,
чтобы научили его Юды* всяким занятиям, особенно битве, когда будет ходить на орды*.
Тогда, когда ходил, то полюбил дочь Юдского* короля и женился на ней, и забрал её во
дворец. Раз пришла к нему во дворец толпа, плача, не хватает на всех места для пахоты и
пастбищ для скота. Тот задумался, что делать? Госпожа заходит к нему и говорит, что хватит
сидеть на этой земле, а пора взять сабли и стрелы, собрать молодцов и искать другой земли.
Тот послушал госпожу, и тогда собрал самых молодых удальцов и девушек и господарок.
Над удальцами он был воеводой, а девушкам и господаркам головой была его госпожа.
Ходил он по земле, и где пройдёт и захватит землю, там ставил своих воевод управлять теми
местами. Какими городами овладевал, то давал им другие названия, подобные именам
городов в Край- земле (Даария, Гиперборея), так поступал и с реками и с морями,
чтобы дружине было привычно как на Край земле (согласно иследования Печенева С.С.
около половины названий рек Сибири совпадает с назавниями рек Индии и Европы). Когда
захватил много земли и ему надоело уже ходить, то спрашивает он госпожу, годится ли ему
собрать воевод и тогда поделить землю, которую захватил с девятью большими городами,
чтобы бросить жребий и каждому управлять той землёй на кого падет жребий, а ему быть над
ними первым воеводой и решать всё, что до него дойдёт. Госпожа на то не согласилась и
сказала ему, что нужно ещё ходить по земле, пока не встретят такие горы, как Юдские, и
захватив их, там осядут, и поставят города и сёла, а другие воеводы сядут по полям, а он в
горах. Ведь в Край земле воеводы жили в горах при Юдскам короле, да искали у него суда и
учились каким-либо занятиям, так и теперь воеводы пусть являются к нему в горы и учатся
чему бы та ни было у него. Тогда он послушался госпожи и искал такие горы, пока не дошел в
Даспод, которые тогда были пусты, но он поставил города и сёла и заселил их. В память о
священной горе в Край земле, он назвал одну из гор -- Белая гора…. И начали приходить с
Края земли Юды, которые учили народ всяким занятиям…. А от того воеводы Помаша стали
мы и ведёмся от помашского рода….Но как говорил мне дед, что когда-то ещё вернутся к
нам те золотые годы, в которые наши сыновья покажут удаль, которой все устрашатся.
- Когда шли наши деды по той земле, не было ли у них письма или книг?
- Дружище, барин, о чем еще ты меня спрошиваеш, ведь я говорил уже тебе, что они были
самыми учеными в то время. Дед мне рассказывал, что у них были учителя, которые им
(Богам) воздавали жертву…да говорили что настанет. Той веры было много книг, но в самом
высшем почете были песни, которые они пели, когда выходили на рать и когда на них
нападало какое-нибудь зло. Учитель пел и воздавал жертву для Богов, а девушки свистели в
свирели …Как хочешь, барин, а уж поверь, что наши деды того времени были самыми
учеными на земле, и все другие приходили, чтоб спросить у учителей как и что делать.
- Не слышал, где-нибудь попадалось что-нибудь от тех книг или свитков?
- Дед мне говорил, что такие книги были в каждом селе в Дасподе, пока не пришли
иноверцы. Тогда наши враги сильно притеснили дедов с верой, так, что никто из малодцов ни
храбростью, ни удалью не мог взять, и начали сжигать те старые книги …тогдашний наш
царь издал указ, у кого найдут те старые книги, то того накажут смертью. Тогда некоторые
против царского повеления устроили восстание, но царь с помощью врагов пересилил их и
разогнал; одни предпочли оставить отечество, но не веру, и разошлизь по разным землям, а
другие тайно хранили старую веру и книги. Так расправились наши враги, чтобы не опасатся
наших дедов. Но достигнем же верой того, что удалью не смогли и сохраним же нашу
честь во всём, что из нас произошло, и потом ещё придет время, когда наши дети потом
возьмут верх….
И так, барин, по нашим сёлам должно быть много мест, в которых старые книги зарыты в
землю, или спрятаны во дворе, но теперь уж никто не вытаскивает, а прячут в тайниках.
Когда-то было ещё больше, если бы их не жгли …
..Юды ( Богини, бессмертные) слетали с небес и были посланы Богами нарочно, чтобы
научить людей (своих потомков) всевозможным делам. Наши деды распространились по всей
земле, и тогда-то подеряли те имена Юд (от которых они вели свой род, например: росы от
богини Роси, в(б)олгары от Волгани, А(я)сы от Аси (Ясуни), Джиги от Дживы (так называют
иногда Деву Живу) , данаиты от Даны и т. д.) поэтому каждому войску, которое состояло из
5-10 тысяч душ и уходило заселять какое-нибудь другое пустое место, давалось то имя,
которое носил их воевода, и это имя оставалось за теми навсегда; потому наши деды,
когда делились много раз на много войск, принимали и много имён, и так до ныне стали
различатся между собой только по имени воеводы, или царя. ….Вначале один царь по имени
Кресник, известный в то время знахарь, начал учить наших дедов, что Юды были Божества,
высшие над людьми. Поэтому он их обожествлял и им воздавал жертву, он первым сыграл
песни для Юд, в тех песнях называл их не только Юдами, но и Ведами Самовилами. О том
царе рассказывал мне дед, что был чабаном при большом стаде ….
- Черное море, о котором много говорится в песнях, эта то, что в этой земле, или какое другое?
- Разве не знаешь, что за Черное море, про которое рассказывоют песни, -это то что в
Край-земле; а называлось Черным ни отчего другого, но только от того, что многие наши
деды уходили к нему и больше не возвращались, потому стали верить, что Бог Чернец сидел
там и всех, кто приходил, бросал в море, пока однажды Боги не смилостивились и не научили
людей управлять кораблями и плавать по морю, словно ходить по суху; а когда дошли деды до
этой земли, назвали и это море Черным в память о том, что и в Край-земле было море, которое
носило имя Черное. Всё как есть, правда, а не как думаешь, что о том море говорится в песнях.
- А два белых Дуная, а которых упоминают песни, где были?
- И те были в Край-земле (а потом и в Сибири и в Индии и в Европе), а то наши деды, когда
пришли на эту землю, поскольку печалились, что оставили отчизну, поэтому их воевода или
царь, города и реки такими же именами называли, какие были в Край-земле, и тогда те легко
забывали прежнюю землю, которая была так плодоносна и населена, а там, куда они пришли,
всё было пусто, и ни один человек не работал в поле. (из Края земли наши предки заселили в
начале Сибирь остров Буян, а потом после отступления воды, захватили земли древней
Индиии где корренное чернокожее население не обрабатывало землю и не имело знаний-
Вед, которые им принесли наши деды)
ЛИЧЕНЪ - ДЕНЬ КОЛЯДЫ - ДЕНЬ.
( Песни записаны от Эхя-ага из селения Селче Татар Пазарджийской Каазы)
( Коло на древнеславянком означает круг, то есть это праздник нового возраждающегося
солнца который праздновался всеми славяно- арийцами в день зимнего солнцестояния, 22- 23
декабря. На этот праздник (свято) наклыдывалось и другое событие древности --схождение
Бога Перуна в Пекло и освобождение человеческих душ завлеченных туда обманом. Самые
древние песни о Коляде сложились не мене 5 тысяч лет назад, когда наши предки
пересилились из Сибири в Древнюю Индию, принеся коренным черным народам Веды-знания.
Позже, попав в Европу с нашими пращурами, некоторые песни были использованы
христианами для сочинения биографии Иисуса Христа.)
Песня 1.
Изошла старая Майка из сарая (чертога, дворца) и в правой руке у неё ясна борница (факел,
свеча, лучина), ясенъ огонь, а в левой её руке белая книга, черного письма. Ругнала (руга по
древне –арийски это, жертвенное воздаяние) она подругнала да песней ругу спела по белой
книге той: «Бре (гей) юнаки, люди добрые, утром перед Бадень (праздничним) вечером.
Когда начинает греть ясное солнце наступает Личенъ-день, Колядов-день. Бога Коляды день
на земле этой. Златую тоегу (посох) он носит, шествуя по земле от града, до святого града,
от села к селу от капища до капища. И когда солнце, шествуя по земле, прогреет поля
житные, и докатится до Белой горы, то сядут все подле даров тех у белого кладенца, и
начнут все Ирь (Светлый обряд) чинить (совершать). А юнаки ему Курбан (требы) в коле
(круге) возносить, да на требу белу птицу ловить, и нашей Майке носить, чтоб готовилась
она к бадна вечеру. Да звала в гости старого бабайку (считалось, что души выпущенные
Перуном из Пекла гостили в течении двух славянских недель у своих родственников) на
трапезу, и посадила его слева от Коляды, (считалось также, что на вечере вместе с
присутствующими сидит бог Коляда и умершие Пращуры). Который прошел по земле этой
от града, святого града, от села до села, от капища до капища. И садится пусть он на
трапезу с прекрасной своей златной тоегой Да разгонит Черных Юд самовил (это нечисть,
которая проникла из Пекла, когда Перун освобождал души пращуров). Но если ему юнаки
курбан в (коле) круге не вознесут, требных белых птиц ему не наловят да Майке не
наносят, чтоб та готовила их к Бадна вечеру, то не сядет он за трапезу, и не привлечется
тогда свет его Златной тоеги чтоб разогнать черных Юд самовил. А за пазухой у него еще и
златая чаша костевица, а в светлой чаше урина вода, та что из Ирия (небесный рай наших
предков) росой в капище текла». Как изошла старая Майка, спела это, да сидит и думает, а
Юнаки над ней насмехаются : «Ты нам молодым, лажешъ(обманываешь)! Как же может
снизойти Коляда Бог, когда изгреет ясно солнце и прошествует по житной земле от града в
град, от села на село, от капища до капища? Птицы ведь пока не порхают, и не летают.
Далеко за ними мы землю исходили, кажи ни кажи (говори не говори) но ты тетя нам
молодым лажешъ (обманываешь)! Смотри сама, мы бы лучше дудели (играли), а ты
направляешь нас в ту сторону, к той светлой горе, чтоб там мы ловили белую требную
птицу, но разве не там пасется и летает Белый Змей . Да на светлой горе-той разве не
ловит он этих белых требных птиц. Рассердится он да налютится, да достанет он люту
стрелу и на нас стрелою устрелит, а мы ещё молодые чтоб загинаться, нам надо ещё
обручаться». Старая Майка юнакам говорит: «Ходить надо (все таки) вам, а не вашим
матерям. Ехал на коне Лестовица шестокрылом, который порхает в высоту и ширину как
птица, куда только докинешъ своим взглядом. Пролетал он по земле от края земли до края
земли, от края моря до края моря и так Вам юнашам передал : « Чтоб шли вы к светлой
горе той и ловили для требы белую птицу, Коляде Богу да на трапезу, и привлекали его
златую тоегу, чтоб разогнать черных Юд самовил. А если ему курбан в круге не сотворят, и
белых птиц для требы не наловят и к Майка не отнесут, то не будут готовы к Бадна вечеру,
и не сядут за трапезу, и ни привлекут золотую тоегу (Коляды).». Услышали это молодые
юнаки. Брали они пушку (лук) на плечо, а стрелы в правую руку да и шли к светлый горе
чтоб ловитъ белых птиц для требы. Тогда вылезал к ним Белый Змей и начал он летать,
лютиться да сердиться, из колчана лютую стрелу вынимал, и в тех юнцов стрелой стрелял.
Еще стрела не взлетела, когда Юда самовила ему речь пропела: « Эй ты, братку, Белый Змей
крылатый, что ты, братку, лютишъ и стрелы достаешь да стреляешъ в молодых юнцов? Не по
своей воле они пришли, а послала их старая Майка с утра в личенъ-день Коляды -день, чтоб
ловили они белых птиц для требы и готовились к Бадна вечеру; чтоб получилась знатная
трапеза, и чтоб все сидели на той трапезе, да восхваляли Коляду Бога на том вечере. Чтоб
привлечь его златую тоегу, которая прогонит черных Юд самовил, которые капища
заполонили. Так надумала старая майка и проговорила, и юношей этих упросила. В святую
гору они ведь не хотели идти, боясь что стрелять будешь в них ты. Но Майка их попросила.
Поэтому ты братку уходи, влезай назад в пещеру свою, и пусть эти юнощи ловят белых птиц
для требы и вертаются назад к вечеру к Майке их пославшей. А если не дашь это сделать
молодым, налютится сам Коляда Бог да рассердится, и не сядет на трапезу да на вечерю, не
привлечется его златная тоега и не разгонит он Черных Юд самовил.». Белый Змей Юде
отвечает: «Сестра Юда самовила (Юда значит – бессмертная, а вила- управляет силами
природы), уйду я в пещеру ту и оставлю сих белых птиц что летают высоко на высокую
святую гору и скрываются в камнях, юнощи ведь их не поймают, три дня они уже сидели, а
требных птиц так и не наловили—только Бога налютили да рассердили тем что законы света
не соблюдали. Я твою мольбу слышу и помогу юнощам тем. Пусть в полу-день, когда
порхают белые птицы идут они к пещере той, что в светлой ливаде и я небесной тоегой
своей заставлю их (птиц) сесть И не смогут они высоко взлететь, и не надо в них будет
стрелять лютой стрелой убивать , а нужно брать их руками и живими нести к старай Маме ( в
этот праздник диких птиц из клеток отпускали на волю) да в коло (круг) воздавать. Готовит
она Бадна вечер для Коляды Бога трапезу, привлекая его златнаю тоегу, чтоб черных Юд
самовил прогнать, чтоб стали они убегать со светлой горы той». Славила Юда (брата)
прославляла и юнощам думу напевала: «О, мои младые юнощи, пока постойте подождите
еще немного всего до полу-дня, когда затрепещет ясное солнце, и влезет Белый Змей
крылатый в пещеру где порхают белые птицы пасясь на ливаде. Нельзя их стрелять лютой
стрелой, а можно только руками хватать, да Майке живыми давать(славяне в жертву
отпускали птиц в небо живыми) чтоб требу в круге совершать , да вечер готовить и златную
трапезу слагать, когда дойдет Коляда Бог на вечéрю Бадна вéчера и прогонит Черных Юд
самовил». Так им думу Юда самовила говорила и юнощи ей внимали и подле даров
воседали, и ждали до полу-дня; когда затрепетало ясное солнце, и влез Белый Змей в
пещеру. Дастает он златую свирель и под звуки свирели, те птицы запорхали и из пещеры
вылетали, и паслись в светлый ливаде да в саду том. Вылез Белый Змей крылатый и тоегой
своей небесной белых птиц умарил на землю их посадил. Теперь они не пасутся, не летают и
младые юнощи девять птиц хватают и несут их Майке живыми преживыми, так как нельзя
их стрелять да лютой стрелой убивать. Пусть Майка требу в коле (круге) сотворяет да белых
птиц в небеса отпускает и готовится к Бодна вечеру да трапезу слагает. И за трапезу не
садятся до того как не запалят ясную борну (факел, свечку) ясенъ огонь. И с ним идут все
по граду гуляя. Коляду Бога прославляя.
Один день перед Коляды-днем все вместе ходили в гору, заготавливали по одной или две
птицы, и несли домой, вечером собирались девятъ девушек, им давали по одной запаленой
борне (свече), этот огонь нарицали «Блесав огонь» и так ходили они по селу с борнами теми и
пели следующую песню.
ПЕСНЯ 2.
Мама, старая мама, выйди на порог утром в личенъ-день Коляды -денъ….Старая Барита
огонь сотворяла, ясенъ огонь, чистейший зажигала, и к Бодна вечеру готовила, златную
трапезу и за неё пока не садились, а ожидали все Коляду Бога, запалив ясну борну ясенъ
огонь, и ту борну никто не брал, пока волхв зарок не сказал (пока прославленье -
замолвленье не сказано) и только тогда огонь разжигали . Сей огонь ясный сотворили, да
запалили, и готовить стали бадна вечер, на том огне не угосимом и садились все у огнища,
да садился и старый дед, он постигал значения по златому пламеню, (гадали о будущем)
не угосимому, садился там и Коляда Бог с нами на трапезу, да на вечерю в Бадна вечер, но
если огонь погаснет, то налютится Коляда бог да рассердится, и не привлечет златную
тоегу, и в капище и в домах будут у нас черные Юды самовилы , они светлый Ирий не чтут,
и поля от этого в запустение придут, и на нивах пшеница у нас не родится, и хлеба в доме
тогда не случится, и малые дети заплачут и завикают(рыдают) они хлеба ведь не доедают,
чистым хлебом не питаются. Чуешь ли ты это мама, али не чуешь? Если ты это чуешь то
позлати ясну борну да запали ясенъ огонь и приготовь бадна вечер ведь он уже настает.
Трепещет ясно солнце и заходит, и как в веке мрачном, теменъ с мраком на нас находит, и
мать тогда говорит: « Разве я вас, юнаки не направляла к светлый горе да к пещере не
посылала? Чтоб вы ловили белых требных птиц, а вы юнаки птиц не донесли , чтоб
приготовить к жертвенному кругу мы их смогли и борны ведь не запалили, да огонь не
сотворили. Как же дойдет к нам Бог Коляда , и сядет на трапезу ту у огня
если не приготовили Белых вы птиц да к Бадна вечеру тех голубиц? Налютился он
рассердился в этот вечер уставной. И златну чашу он берет костевицу и плескает в капище
урину водицу. В святом том капище черные Юды самовилы, они то капище ведь захватили.
Всякая мать (домохозяйка) брала борну, да запаливала огонь от одной из тех борн, которые
носили девятъ девушек, а они в это время пели горную песню: девушки –те также вестовали
(пророчествовали) хозяевам, потом им отдавали борну –ту и они пели следующую песню.
ПЕСНЯ 3.
«Мама, старая мама, уста твои позлаченные, коса твоя посеребренная, куда ты нас
направляешь, и что ты мама нам желаешь? Ясну борну ты запалила да в светлый град нас
поворотила, и ходим мы, мама, низ града, вокруг святого сада, поем и думаем об одном,
ведь с утра в личенъ-день да Коляды –день и сей Бог на землю слетал, и ясно солнце трепетал
да до самого захода его возжигал, и шел сей Бог, шествовал от града святого града, и от
села до села, от капища до капища; и мы огонь сотворили огнище ему запали, чтоб к вечеру
ясну вечерю сложить и белых требных птиц наловить, чтоб садился Бог на трапезу нашу и
с нами вéчерю откушал бы кашей. И песни ему мы поем, так славу Богам воздаем». А
девицы дело свое совершили, ясны борны они позлатили да Майке их подносили, и Майка
их запалила, да ясенъ огонь сотворила, но еще кутю не турила, златую кутю позлаченную,
медами подслащенную. Ведь трапезничать до вечерней зари нам нельзя. Поэтому вечера
ждет все она, когда уж дойдет к нам Бог Коляда, и сядет вечерять за трапезу нашу
пробовать святую кутю да кашу.
Каждый приходящий клал на огнище один большой пень или колоду, чтобы хватило
гореть до утра, и разводил огонь, когда раскладывали огонь, пели следующую песню.
ПЕСНЯ 4.
Мама ! Старая мама, смотри и слушай , чтоб эта борна не погасла, когда огонь ты
сотворяещь, да зажигаешь то надо младую непорочную деву призвать и на гору Белую её
послать. Там сидит подле даров Бог Коляда и чтобы дева златенъ кутец (сосуд для кути)
тот брала и в дар его сама , несла, и когда то дело она уже сотворяла то солнце вдруг
затрепетало, да и зашло. Что это за чудо? Что ей править, как ей быть? Это ведь Бог
налютилъ и Белого Змея крылатого напустил и так ей думу змей говорил: «Милая девочка
что ты сидишь, да на чудо все глядишь? Ведь тебя Майка направила в гору идти да дары
Коляде отнести Златенъ кутец ты ему подари, да огнище скорее тури, сотвори тот ясенъ
огонь и тогда Коляда Бог сойдет и к вам придет да сядет он у огнища за трапезу». «Ой ты,
лютый Змей! Думай что говоришь! Очи слепые ты Змей то протри и этого мне не говори.
Майка в горы меня направила к Белой горе идти заставила, где сам Бог с небес снизошел и
златенъ кютец ему я несу но душа моя притомилась когда чудо это случилось . И если я
кутец не отнесу то Майка рассердится да налются, будет люто клясть меня и проклинать» И
Белый Змей разжалобился , златенъ кютец сам забирал , и в святое капище его доставлял и
огнище он сложил да вокруг порхал да пробегал , а Бога так и не увидал. и тогда он громко
вскричал: «Сотвори дева огонь разожги, да на светлой горе запали» . А Коляда Бог
сидевший подле даров, так ей сказал: «Ходи дева, да на вечерю, ведь ясно солнце трепетало
да и зашло, поэтому сотвори ясенъ огонь да готовь Бадна вечер, и я на землю святую сойду
и от села к селу пойду и к святому граду прийду». Услышала это Майка зачула и огонь
сотворила, ясный огонь прекрасный да вечерю сготовила, в Бадна вечер этот.
И ещё трапезу не ставили. Пока не завечереет и девушки пели селедующую песню.
Песня 5.
Старая Майка думу говорит: «Вари моя милая вари, чему я тебя учила, примени да наряди,
и трапезу нам сложи чтоб к нам Бога зазывать. А если трапезу не сложить, то бог не будет
нас любить да миловать. Он тогда разлютиться да рассердится, и не снизойдет в святое
капище, и не сядет с нами на трапезу, ни поест и ни попьет, и черных Юд самовил в Пекло
не отошлет.». И вот дева наряжалась да за дела принималась , и златную трапезу сложила да
на огнище её положила чтоб к Бадна вечеру готовила Майка вечерю. Потом садились все к
столу, садился и бабайка (души умерших предков) у огнища, и сей огонь сотворяли и всю
ночь не спали, Бога Коляду поджидали, сидя на трапезе, пока придет младая дева с горы .
Когда садились старцы за трапезу и приглащали всех гостей девушки пели следующую
песню.
Песня 6.
Вернулась дева от горы от Бога, и так прославление говорила: «Тате милый тату (отец)!
Садись, тате да на трапезу, да на вéчерю. Вот что Бог мне поручил свою думу мне
проговорил: « Ходи моя милая дева в светлый град, да в светлый чертог, и царю, своему отцу
скажи, чтоб Майка трапезу сложила к Бадна вечеру, и чтоб вовремя все сели за нее ты
сходи с горы, и иди в стольный град да в светлый чертог, и тоже садись на трапезу. И
требы все приносите, белых птиц дарите, которых наловил твой брат Драчила воевода, а
Майка, готовила их к Бодна вечеру.» И передал Коляда тебе златную тоегу костевицу.» Царь
на эту тоегу смотрит , а её три змии увивают всю её оплетают, пламенем укрывают и изо рта
руйно вино изливают трехгодичное. Попадали от этого черные Юды Самовилы что на
воротах были и назад повернули к горе полетели . А если бы мы требы не заклали, Белых
птиц богу не отдали(отпустили), то он бы не дал златную тоегу костевицу, и ни сел бы на
трапезу. И три змии не увивались не оплетались, и пламень не испускали да черных Юд
самовил, не прогоняли, то во дворце царь бы не встал, а так же больным и дальше лежал . А
болен он уже три годины . И вот царь на трапезе восседает с первой своей любовью, и с
детьми, богов прославляет. А петух ещё поет и вечер поэтому не настает и Коляда бог не
идет . Малы дети уже задремали и заспали. И любимая мужу думу говорит: «Царь! Моя ты
первая любовь ! Дастаточно уже ждать, петух сейчас поет и Коляда бог к нам не идет; это
из-за тебя он налютил. Ведь столько времени прошло, но он так и не пришел, и к нам во
дорец не сошел. Я то мольбы молю чтоб вечерело уже, но вечер то не настает. Малы дети
заспали, трошки уже задремали, и ты царь тоже дремаешъ. То видать Коляда налютил, что
Бодна вечер не наступил.»
Между тем как пели девушки горные песни, заходили старые деды и садились за трапезу,
брали саблю обозначающую тоегу (посох) и этой саблей ударяли три раза по питанию
трапезы, и после вечеряли; а девушки запевали следующую песню:
Песня 7.
«Тата, милый тата, Бог как от горы снисходил, садился у нас, и нигде не ходил. Златную
тоегу костевицу он тебе подавал, и ты ей на трапезе тряс и пламя метал, а черные Юды как
бога увидали то с нашего дворца скорей убегали, но ты тата, Светлого Бога ведь разозлил
тоегу из рук своих не отпустил, её ему ты не отдал , и народ наш в коло не собрал. Отдавай
ему, тата её! Отдавай! Да людей в круг быстре собирай. У милого брата требных птиц ты
проси, а после в жертву их отпусти. К вечере той трапезу Майка накрыла, чтоб от богов нам
счасть прибыло.» И вот, клетки с птицами царь наш берет, и в жертвенном круге богу птиц
отдает. Ведь их любимая готовила ему к тому святому Баден вечеру. (перед тем как
отпустить, птиц их готовили и над ними читались определенные молвления) . Трясет царь
тоегой на трапезе той, ведь три змии её увивают, и оплетают, а пламенъ с языков они
укротили и уже не изрыгают, а изрыгают руйно вино трехгодишное. И только это увидели
Черные Юды то попадали сразу с ворот им ведь дали там отворот поворот, и к горе они
убегали чтоб их во век мы не видали.
Другая песня поющаяся за трапезой .
ПЕСНЯ 8.
«Батюшка , царь мой! Коляда Бог налютился да рассердился, да так что огонъ погас,
прогорел и златень кутецъ. И ясного огня совсем уж не стало. Когда нужное время настало.
Ты иди тата, пока еще не вечерело и еще срок не настал Подимай вверх тата, правую руку
(знамение Славы), да Коляде Богу мольбу моли и к вечере той, в круге белых жертвенных
птиц, ему принеси , что Майка готовила» Подимается царь от трапезы, и пока еще Бог не
встал Поднимает правую руку, и мольбу ему молит И думу говорит: «Боже, Коляда !
Садись Боже, да на трапезу с нами вéчер вечéрять что любимая моя готовила белых птиц ,
позлатёных.» И тогда Бог восседал, и ему на думу отвечал: «Царь , младой ты царь, что ты
мольбу молишь. С утра в личенъ-день Колядов-день. Малы дети колядуют Коледные песни
поют, что б я сам на землю слетал, да в горах святых воссседал подле даров. И принимал
хвальбы с утра рано в сарае (чертоге). И я те мольбы и дарения принимаю, и в дар беру
три рубля . Первый рубыль --Вышень Богу, Второй рубыль Коледе Богу , Третий рубыль
Бел Богу— И ты , царь , подарок подарил. А еслиб не твои, царь призывания , то не сидел
бы я на трапезе, да в Бадень вечер.» и речь Бог ещё не отрек , как порхнул на небеса. Да
ясной зорей , ясной звездой , в личенъ-день Коледовъ-день.
Утром когда наступал Коледов-день ходили три девушки по селу-и пели следующую
песню.
ПЕСНЯ 9
«Царь, о царь наш государь, выйди царь из дворца да увидъ как в святом чертоге загорелась
зоря да ясная звезда, в личенъ-день Коледов день. То Коляда Бог в небеса вспорхнул. Мы
Богов молили, да Снегина бога, чтобы он слугу своего не пускал сходить да с той светлой
горы, и не давал ему белого каната, да белого снега, до самого рассвета. Когда изгреет
ясная заря, ясная звезда, предшественница ясного солнца, да в личенъ-день Коледов-денъ.
Малые дети колядуют, песни поют, и заходят в светлый сарай (дворец), и царь им дары
дарует, три рубля заветных; чтоб веяли белые снега и все запорошили, и чтоб малые дети ,
Колядные песни никому не пели, и из дворца не уходили. Но те дары дети не брали , так как
наоборот колядовали, чтоб белые снега им не веяли да не порошили. Чтоб они играли, и
песни пели, да Бога хвалили. А если завьют белые снега да всю гору запорошат , нельзя
будет играть, и песни петь, и Бога хвалить « Выйди царь, да посмотри на ясную зарю,
ясную звезду, ты на небо уже не смотрел ни много ни мало, а три месяца» Так пела младая
дева эту песню царю, всё спивала и прославленья посылала. Чтоб глубоким сном он не спал
но царь ее не слыхал! Тогда Юда рассердилась разлютилась, и слетела на землю ту, во
дворец, и худыми словами того царя побуждала : «Ой ты, царь, почему не встаешь, и на
крышу не идешь там увидишь ты ясную зарю, ведь ты её не видел ни мало ни много, а три
месяца.» И тогда царь хоть и втал, но на чердак его никто не поднял.
Перед восходом зари шли девушки в капища и пели следующую песню
Песня 10.
Собирались ясны звезды да в святом сарае (чертоге), и собирал их Вышень Бог, и думу
говорил: «Ой мои ясные звезды зоряницы! С утра в личенъ-день Колядов-день Коляда Бог
на земле на светлый горе, три дня подле даров сидел на белом кладенце и вниз глядел. Вы
идите к нему, звезды , да в светлый сарай(чертог) и одежды ему перемёните да красиво его
нарядите, златные дрехи ему метните, златенъ чимбиръ турите. Да изгреет его ясная заря
ясная звезда, в Личенъ день Коледовъ-день, и возденет он правую руку к небесам, и меня
похвалит , что я о звездах радел, и не учует Снегин Бог, кто греет с небес и лето приближает.
Пусть на Коляду он не злится не тужится». Учуяли это ясны звезды, и полетели из святого
чертога туда где сидит Коляда Бог и чудеса творит , и законы Прави торит. Переменили его
одежды ясные звезды, да нарядили, златные ему дрехи метали, турили ему златенъ чимбиръ
чтоб сидел он подле даров тех у белого кладенца. Да смотрел на ясные зори, ясные звезды.
Чтоб вознес он правую руку к небесам тем, благодаря Вышня Бога. Перéменил одежду и царь,
как и Коляда он переменился, да в новые наряды нарядился И сидит на чердаке, да смотрит
на ясные зори, и ясные звезды, как за ними уже и солнце встало в Личенъ-день Колядов-
день. Выходили малы дети да Колядные песни пели, во дворец они входили, Богам славы
возносили, им там царь дары дарил три рубля подносил . Первый рубль Вышню Богу ,
Второй рубль Коляде Богу, Третий рубль Бел Богу.
На Коледовъ-день дети колядовали по домам, а девушки ходили вместе с ними и
пели следующую песню:
Песня11.
Потрудилась Злата Майка, Ой Коляда наш Коляда! Потрудилась потужилась, ой Коляда наш
Коляда, да и млада Бога родила. Три дня Майка тужилась пока Богом не разродилась! Когда
сходила она с горы на поле, то тогда же в Харапском граде (Харапская область в древней
Индии), во дворцовой той палате царь заклял, если родится малое дитя да младой Бог
Коляда, чтоб тут же его жизнь погубить и младое дите убить. Слышала это и Злата Майка,
когда шла на землю Бога рожать. К ней светлый Ангел (Лега) слетал, и её за руку брал и в
пещере каменной укрывал. Там и родила Злата Майка младого Бога Коляду, чудного дитя
заветного, лик его ясно солнце, в руке у него златная книга, на книге ясные звезды. Злата
Майка затужила, да запричитала и Боги её плач услыхали, и отправили к ней опять светлого
Ангела поспрашивать её да попытать, от чего Майка плачет и причитает. «Ой ты светлый
Ангел, Вышня Бога посланник, пришел ты на эту землю, где родился млада Бог Коляда,
который сошел сюда, потому то и темно сейчас молодым юнакам и молодым девчатам. Им
Боги гнев сотворили так как они родившегося Коляду не почтили у которого лик как ясно
солнце, в руках у него златная книга священная— Потому я викаю и плачу ведь младого
Бога я ещё сама не повила, и студеной воды не пила, чистого хлеба не ела, сама самичка (сам
на сам) в в пещере этой .» Как подумала об этом Злата Майка, явились тут же трицать царей,
тридцать королей и входили в пещеру да подарки Майке даровали, так как она родила,
Млада Бога Коляду. Садились тридцать царей в пещере-той, и еще ничего не видели ничего
не слышали — Когда слетел светлый Ангел, в пещеру ясным солнцем! И творил он чудеса
святые своей златной тоегой. Ударил по камню, и камень позолотился, и истекла от него
студна вода, и её Злата Майка пила. Воду пил и младой Бог, и книга пила, и тридцать
царей Ведам учила она. Вере древней своей. Чтоб в млада Бога все уверовали, который
снизошел с небес да на землю, эту чтоб молодых юношей и девушек, просветить, чтоб не
смели они Богов гневить. Усвоили тридцать царей - королей сантии те (священные писания),
а потом на требу злато и серебро с холстами доставали да белые свечи в той пещере
зажигали и Младу Богу подарки давали. Из пещеры потом выходили и в Харапский тот град
заходили. Прослышал о них Черный царь Харапинский и начал пытать их да спрашивать: «Где
вы ходили тридцать царей да тридцать королей? Как дошли до моего града? Ко мне ведь ещё
никто не доходил, и в мой дворец не заходил! Стежки дорожки ко мне залуденели травой
позарастали» . А те ему думу и говорят: «Царь! Харапский ты государь, мы пришли от края
земли от моря далекого шли. Три годины звезда нам горела, не потухала, и мы тридцать
царей тридцать королей , тридцать звездочетов и чародеев, тому чуду дивились что звезда
горела. И в Ясных своих книгах мы увидели, что родился млада Бог Коляда! Так мы и шли
от края земли сюда, да в этот град, Богам хвалу вознося. В пещере-той Богу славу пропели ,
поклон сотворили да дары ему подарили-- требного злата, да белого сребра с холстами. И
белые свечи там запалили, чтоб Богу они все осветили. А затем сюда поспешили, чтоб ты
гостей накормил да вином напоил.» Рассердился Черный царь, да налютился и направляет он
старую билетицу (демоншу) чтоб низ града она ходила, гуляла да всех малых детей секла и
загубляла. Так Светлого Бога намерен он был погубить, отсечь русу главу ему и малое
дитя убить. И пошла в град старая билетица гулять, да малых деток сечь и загублять, и так
побила ни много не мало три тысячи малых деток. Но Коляда Бог воспорхнул высоко в
небеса и не осуществилось злое намеренье царя. А за младым Богом и души малых деток
посеченных и загубленных вспорхнули также на небеса, чтоб при Богах им быть и службой
послужить. Но Боги их просят, чтоб слетели они назад к святому граду и с сего времени
пошли колядоватъ, коледны песни распевать: «Гой все! Да дары дарите, младому Богу
Коляде! Подавайте ему златную книгу свяшенную, чтобы все в него уверовали, и поклоны
ему поклали! Выходи, царь во двор, да дары дари в три алтына: Первый алтын Вышеню
Богу, Второй алтын Коледе Богу, Третий алтын Бел Богу. А как дары он подарит, тогда во
дворце и Коляда Бог сядет, на трапезу вечером вечерять. Подавай потом ты златную книгу и
пой ясну песню чтоб все в Бога уверовали, чтоб он гнев не чинил, да с этого времени не
лютил.» И те песни все пели не уставали, и в нашем селе, и в святом граде колядовали. Ой
Коляда наш Коляда!
Пока дети ходили и колядовали собирались девушки и юнощи, и пели
следующую песню за два часа пред ночью.
ПЕСНЯ 12.
Наступил Личенъ-день Коледов-день. Снисходил Коляда Бог да на святую гору, и садился
подле даров (жертвенных). Сидит он подле даров, и смотрит с горы, что же стало на земле у
детворы? А там юнощи с молодыми девчатами воду из крыницы точат да на богов по
глупости глумят, и этим сильно они согрешили, грех великий сотворили. Налютился
Вышень Бог да рассердился и желает он сотворить лютый гром да с лютой стрелой чтоб
погубить юношей тех и девчат которые воду в крынице точат и на Богов по глупости глумят.
Но Коляда Бог просит его погодить и думу ему такую говорит: «Боже Вышень я тебя
прошу не спеши, не губи младых юнаков и младых девчат. Было ли так, Боже, или не было,
но пусть сойдет Злата Майка на Белую гору, да родит меня малым дитем, святым моладым
Богом. А ты дашь мне Златную книгу, чтоб шествовала она по земле со мной да учила
младых юнцов и младых девок, не ходить на крыницу чтобы глумиться.» И то чудо Вышень
Бог совершает, и творит мало много, а три недели. Юнощей не стал он губить ни лютым
громом, ни лютой стрелой а велит он им Злату Майку прославлять и так её воспевать «Ой,
ты милая, Злата мольбы тебе милая шлем, Коляда Бог на земле на светлой горе садился в
Личенъ-денъ Коледов-день, а юнощи гнев сотворили , у крыницы согрешили, но Коляда Бог
проклинать их не станет— если ты родишь на земле малого дитя, младого Бога. Да
прошествует он по земле, и в руках у него будет Златная книга, которая будет учить молодых
юнощей и дев, чтоб грех они не совершали и чтоб их тогда не проклинали. Поэтому сойди
на землю и роди Коляду Бога, малого дитя.» Майка тогда говорит : «Боже, чтоб ты никого
не проклял, утром я на землю сойду, молъбу услышав твою, и малое дитя рожу. А ты пошли
к нему светлого Ангела, чтоб принес он ему Златную книгу, ведь лик у него как солнце
ясное, и пойдет он по земле и начнет тогда Ясная книга петь да учить и в Веды веровать»
Речь ещё Майка не отрекла как златое облако её закрыло и на землю опустило и села она
подле даров , где сидел и Коляда . Так Майка и затруднела Колядой Богом и там сидела на
светлой горе-той ни мало ни много девятъ месяцев. И ещё она не родила когда на поле
сошла, но в град она не вошла— Бог её предохранил и научил, о том что правил там Черный
харапинский (область в древней Индии) король который разлютился и рассердился, да так
что хочет посечь Злату Майку, и малого дитя, младого Бога короля. И то чудом узнав,
низом поля она ходила, и богам о горе своем говорила чтоб послали к ней светлого Ангела и
чтобы взял он Злату Майку, за руку и укрыл бы её в той пещере темной . Но лишь только в
нее Злата Майка вошла как тут же Ясное солнце в пещеру явилось и там теплым светом все
озарилось. У Злата Майки воды (родовые) отошли и малое дитя она родила и это младой Бог
Коляда. Лик у него солнце ясное, а в руках у него Златая книга Звездная и как чудо то
настало, в небесах все заплясало и замигало. Звезда ясная зажглась и зорницей разошлась, и
так ещё никто не светился потому что, до этого Бог на земле не родился. Это постигли
тридцать царей и каждый из них чародей. Те тридцать царей от края земли, к черным
харапинам долго шли. Так пела Звезная книга чародейская, пела и показывала. Ехали они
на борзых конях сильно приморились, и чуду все дивились да думу и говорят: « То видно
Бог канон установил и на землю эту снисходил, родился он малым дитем, чтоб идти к
молодым юнакам, и звездную книгу перед ними ложить и вере славянской их научить.» Речь
они ещё не отрекли, как явилась Звездная Юда самовила и так им говорила : « Ой вы
тридцать царей, чародеев вы есть умные или безумные. Вы что не веруете, что родился
Коляда Бог? Сама Злата Майка повивала его, в пещере той где кроме него нет никого, и там
Майка жалится и тужит плачет и викает. Поэтому скачите на борзых конях, чтоб это чудо в
пещере застать и Младому Богу подарки передать. Что бы Майка не рыдала да не викала в
темной пещеры не скучала.» Тридцать царей так отвечали: «Ой ты Юда самовила, мы уж
коней гнали, шествуя по земле этой чтоб найти малого дитя, младого Бога, и почести ему
воздать, но не знаем где то дите родилось. Еще мы из дворца не изошли от своего града не
отошли, как загорелась ясная зоря зореница, которая сияет и не заходит, своим сиянием путь
к младенцу подводит, но как только намерение наше будет выполнено, то скроется заря
зареница.» И тридцать царей, чародеев так постановили и дальше думу говорили: «Не
старый Бабайка(дух умершего предка) который не давно умер, посредствам Звезной книги
не мудрствуя нам собщил: «В течении еще трех лет чудо это на небесах будет, и на земле.
Чудо мощное святое. Ведь на поле Бог родился, малым дитем в пещере обратился. Чтоб
шествовать по земле той, и в руках у него Златая книга, и она учит молодых юношей и девчат.
И когда я бабайка еще больной лежал, об этом всем уже узнал, и спела мне это Златая
книга.» Вернулись тридцать царей во дворец и сундуки открывали три баксыша искали, и с
собой забирали. И от дворца не успели отойти, как взошла ясная зоря зорница, к харапинской
земле проводница. И зависла она над полем у входа в пещеру, укрепляя царей веру. И в неё
тридцать царей, чародеев вошли, и малое дитё там нашли. Повито оно Златой Майкой и Лик
его солнце ясное, а в руках у него Златая книга. Тут Злата Майка заплакала да завикала, как
только тридцать царей чародеев увидала, но они плакать ей запретили, и слово, молвить
попросили: «Ой, вы тридцать царей, чародеев, теперь вы узнали что родился Коляда, так
как увидели малое дитя, да младого Бога» « Милая Злата , мы не сами узнали что родился
молодой Бог. Спела нам об этом сама Звездная книга, но мы не поверили , пока не пришла
Юда самовила и думу нам не проговорила: « Главу в поклоне склоните да к пещере идите, и
Младу Богу дары дарите. Он млада Бог на небесах, а на земле этой царь молодой.
Отворяйте свои сундуки и баксыш ищите, да дары Богу дарите» Дары цари Богу подали и
назад своих борзых коней погнали да в тот харапский ( область в древней Индии) град, где
воседает Черный король Харап. Там гостей принимали, ятствами их питали и так
воспрощали: « Куда вы ходили тридцать царей, да тридцать королей ?» Мольбу ли вы
возносили , когда от края земли уходили? Имеете Звездную книгу ? А спела ли она вам о
том что чудо настало у нас как на земле так и на небесах. Ведь загорелась ясная звезда
зорница, что не греет харапского короля?» « Знаешь ли ты король или не знаешь? Но в той
долине да на поле том в светлый пещере родилось малое дитя . На небесах он млада Бог, а на
земле этой млада царь. Потому то и зажглась ясная заря которую все видят и все знают и о
чуде на земле этой рассуждают.» Рассердился харапский король и направляет черных
харапинцев чтоб сечь всех малых деток , когда они выходить будут из пещеры. И пошли
черные харапинцы убивать малых деток и ни много ни мало, а погубили девять тысячь
детей. Но в пещеру войти не смогли. Спускались с небес облака и мигали, и вход в пещеру
закрывали, чтоб его черные харапинцы не увидали и вот ни с чем вернулись они во дворец.
где гостей угощает царь тот подлец, и с ними вино трехгодичное пьет и визирей и пашей он
своих там зовет. Три дня они пируют, и думу марокуют как молодого царя погубить? Ведь
на земле его не пленить . И этим Богов они рассердили , да налютили. Лютый гром они
высекали и молнию в царский дворец направляли чтоб палаты златые его прогорали но
гости с царем предупрежденью не вняли и руйно вино пить продолжали Только лишь царь
вновь отстроить дворец приказал. И мастеров для этого он созывал, сам царь камни тоже
турит да хвальбу себе балагурит : «Господь на меня рассердился да лютим громом в мой
дворец разразился, погорел мой сарай не мало, но я более мощный дворец возведу не
подвержен он будет ни ветру ни грому.» Речь еще он не отрек как учуяла это Мора Юда
самовила ( Богиня меры и покоя, в том числе и меры жизни), которая жизнь из тел изымает
и лютыми стрелами стреляет, и думу ему она говорит : «Твою душу принимаю, но к богам
её не допускаю.» В ответ царь ей отвечает: « Юда Мора самовила, не проклинай меня !
Помилуй! Ты сотвори стрелу лютую, да запусти в меня ! Прошу я! И душу мою ты прийми,
к богам ты её допусти» Но Юда сходит во дворец и травку бильку в чашу насыпает, царь
травку бильку выпивает и сташная болезнь его тут же настигает и вот уж в постеле он
возлежит, ни мало не много, а три долгих года. И кости его прогнивают а волосы все
выпадают, но черну главу ему мечь не сечет пока проклятие с него не спадет ведь черных
харапинов он посылал , к младому Богу направлял чтоб свершилося несчастье, и посекли его
на части . Но черные харапины пещеры не увидали , так как её облака закрывали, и заслоняли.
И теперь Мора Юда налютила в дивный сад она сходила травки бильки (ядовитой) набрала
да на землю принесла во дворец Харапского короля. Ему в трапезу ложила и тем службу
сослужила, в злату чашу руйного вина зелье сыпала она Руйного вина трехгодишного,
очень отличного то вино король испил и от лютой отравы завопил! Крик его ещё не утих, как
пришли к нему старые бояре, да сразу же Мору Юду и увидали что стояла над трапезой той,
как возмездия лютый герой . И ей они так говорили: «Ах, ты Юда Мора самовила, как же ты
во дворец входила, ведь стража королю об этом не доложила? А еще ты его и ядовитим зельем
напоила в сарае теперь он больной возлежит, и слепыми очами никуда не глядит ты травкой
билькой его напоила а душу его не прихватила» « Дасталось ему сейчас по делам, и болен он
будет лежать уже там не мало не много а девять годин» « Зачем же ты службу, такую
служила да руйним вином его отравила ?» А Мора Юда так говорила : «Боги карают
харапского короля! Он ведь малых детей не ласкал , а черных харапинов к ним посылал и
посекли они малых тех деток ни много ни мало ,а деветъ ведь тысячь, желал он посечь и
младого Коляду, но облака на пещеру спустились —и все за ними укрылись!» Так и болел
харапский король. Ни мало ни много, а целых три года. Кости его все сгнивают, волосы
опадают к богам он свой взор обращает, и мольбы им посылает: «Боже милые Боже, что же
вы еще на меня лютитесь да сердитесь? Ведь я и так наказан и очень тужу и болен ни мало
ни много, а три года уже ведь лежу. Кости мои сгнивают, волосы пропадают и черная моя
душа томится в земной неволе!» И те молитвы харапского короля умилили богов, и просят
они Мору Юду: «Ты уж сотвори люту стрелу, да устрели в сердце его . И пусть выходит
Злата Майка наконец да идет в харапский град и дворец И там всех пытает да воспрошает,
где же сидит харапский король и благую весть ему поднесет.» Заплакала Майка завикала И
думу эту во дворец принесла: «Боги поручили Море Юде, чтоб короля она в сердце
поразила стрелой лютой умертвила » «Так он умер уже --ей отвечают --немало ни много , а
три недели» Учуяла (услышала) это Злата Майка и возвернулась в пещеру, да Богу Коляде
думу и говорит: «Ходи Боже , милый мой сын , в харапский тот город, да учи по Золотой книге
Молодых юношей да девушек чтоб они вместо того чтоб, ходить на криницу смеятся и
глумится, в тебя бы уверовали и шествуй сын по земле той ни мало ни много а три годины. А
когда юноши и девушки тебе требы принесут, восходи на святую гору, и садись подле даров
тех у белого кладенца. Вышень дары будет забирать и ты взлетишь на небеса , Да и сядешь в
святом чертоге.» Речь ему Майка не отрекла , как три Юды самовилы крылатые прилетали и
Злату Майку забирали На небеса подымали. А Млада Бога сидеть в пещере оставляли ни
много ни мало, а еще три недели. И вот сошел к нему светлый ангел, и проговорил: «Боже
Коляда, достаточно уже седетъ тут . Из пещеры этой, выходи! Ведь Боги разлютились и
убили харапского короля, и люто его прокляли. Тебя он хотел погубить в земле своей пленить,
но Мора Юда в сердце ему стреляла и душу его умыкала . Бери ты теперь Златную книгу
и шествуй по земле этой, да учи молодых юношей и девушек. Чтоб не ходили они на
крыницу(родник) смеятся да глумится». И младой Бог выходил из пещеры той и шел в
харапский град золотой. И с ним была Златая кгига, которая учила молодых юношей и
девчат. И все видели младого Бога, и на лице его ясное солнце, а в руках у него Златая книга,
что учит в Богов веровать, чтоб гнев они не чинили и на земле не лютили. И так три года
младой Бог по земле шествовал, чтоб все в него уверовали, а потом взошел на святую гору и
садился подле даров у белого кладенца, три дня подле даров восседал пока Вышень их не
забрал. Вознесся с ними и Младой Бог в небеса да в светлый свой чертог садился при Златой
Майке находился. Вышень Бог его хвалил и как мог, благодарил зато что он молодых юнцов
и девчат учил чтоб никто из них больше Богов не гневил .
Другая песня 13
Коляда Боже ты в своем чертоге слезай Боже на Землю пришел твой Личень(красный) день,
Коледов день, пройдись от града до града, от села к селу, от дома к дому, пройди свое
хозяйство и за трапезу садись вечером вечерять, на вечерю белые птицы и рыжие овны.
Прослышали на земле, да услышали, что Коляда ходит и все смотрит, и тогда царь жертву
воздавал, белых птиц и рыжих овнов отдавал. Видел, ты Боже молодых юношей и девушек, на
кринице, да на Белом колодце, где бел Дунай. Там милые девушки студеную воду наливают,
для матерей, а юноши глумятся, и этим бога рассердили они , разгневили. Он летал по небу,
и мать плачем ему зарыдала: « Вчера был, Личень день Коледов день. Ты сам землю
осмотрел тт града до града, от села к селу, от дома к дому и не видел молодых юношей и
милых девушек, что глумиться посмели. Но Бог ещё не гневится, не ярится, лиш воспорхнул
он на небеса, но там не садится, а матери плачется: «Ой,мати, Златая майка, вчера был,
личень день, Колядав -день, всю землю я прошагал, от града и до града, и от села, к селу, и
от двора до двора и нигде не видел, молодцов удальцов и девушек, чтоб глумились и
смеялись; и ещё я не вспорхнул, как достиг Дуная, и там наконец увидел молодцов удальцов
и девушек, что глумятся, и на них я разгневался. Иди Мать на небеса, и расскажи, мати всё
Богам.». Златая Майка просияла, убралася, нарядилася и сама к Вышеню Богу отошла.
Пытает он её спрашивает: «Ой Златая майка, придет ли ко мне мой брат Коляда Бог? Что он
тебе, Мать говорил? Что вспоминал? Да ему жертву воздавали белой птицей, да овнами?
Когда походом он ходил, садился ли к трапезе, вечерять Бадну вечерю?» Мать ему в ответ
говорит: « Ой, Боже, Коляда Землю исходил от града ко граду, от села к селу, и от двора до
двора. Все жертву ему воздавали, белу птицу да овнов давали. Накрыли злоту трапезу, и Бог
к трапезе садился и вечерю он вечерял. И тут он не гневался, а как пошел на бел Дунай, то
там нашел млад удальцов, и девушек. Там девицы воду брали матерям своим и с молодцами
глумилися, смеялися, и Коляду Бога не встречали, и тут уж Бог разгневался – и посылал
меня к тебе, чтоб распытать, да распросить, что бы им, Боже, сотворить. Он ведь учил их
поучал, чтобы погибель не чинили, чтоб не ходили на Дунай, когда девы воду берут, и с
девами не глумилися и не смеялись.» Послушал её Бог и тут сильно разгневался, рассердился
и кликнул он черных слуг и прикрикнул им : « Чтоб сотворили лютый гром, а с громом
люту молнию, да чтоб тряхнулась вся земля, и чтоб удальцов не стало бы, ведь вдоваль они
грешили, А бог все терпел, малое время да триста лет, а теперь уже пришла пора. Плач идёт
по всей земле Юды самовилы ко мне плачем плачут, что молодцы их не чествуют»- Ещё
слуга не отлетел, как сам Бел Бог к ним подлетел, и ему Матерь молится: «Ой, Боже Белбог
тут Вышний Бог разгневался, рассердился что потрясется вся земля, да удальцов не
станется. Тебя я мальбою малю не гневайся, как Вышний тут разгневался, а кликни Коляду
Бога, он правит там под деревом, и его попросите, чтобы земле не трястись.» Бел Бог не
разгневался и Вышню слово говорит: «Ой, Боже, братишка ты зачем кару напустил да
чернаго слугу кликнул и ему, поручил, чтоб сотворил он лютый гром, и люту молнию, чтоб
тряхнулась вся земля. Только я согласья не дам. Ты слугу пошли чтоб кликнул он Коляду
Бога, что сидит под деревам вот все втроём и поговорим, да подумаем. Как раз настал же
личень день Колядав день. Ему жертвы воздавалися. Молодцы ловили мелку дичь, белу
птицу, рогатых овнов, чтоб вечерять вечерю, да садится к трапезе, что ему мать сготовила;»
Такое слово Бел Бог проговорил. И вот втроем Боги сидели под деревом вишней да все думы
продумали, и Коляду попытали, порасспрашивали. И Коляда Бог ответ держал: « Я лиш с тем
сагласился бы: чтоб меня родила Злота Майка, на земле малым дитём, младым Богом и чтобы
я вырос и учил млад удальцов и девушек, по Злотой книге, и чтобы они поверили слову
Коляды Бога» И Вышний Бог на это сагласье дал и кликнул Злату Майку, и ей он говорит:
«Ой Златая майка, ты на землю сойди, чтоб Бога понести, да родишь малое дитя младо Бога
а потом взайдёшь ты на небеса, да сядешь тут во дворце, потом ты младой Божицей: с земли
тебе приветы шлют, на небесах поклон отдают.» Со словом Вышнего Бога Злота Майка
саглашалася, и на землю спускалася чтобы родить Коляду Бога - Когда наступит личень день,
Колядов -день. И вот с зарёю в личень день, Колядав –день Юда самовила крикнула : « Ой
царь, ты боярин, повыйди, царь, на крыльцо чтоб увидать ясно Солнце, ясну зарю, уж
наступает личень день, Колядав -день, ты для Бога жертву воздай , пошли для этого млад
воеводу, чтоб половил он мелку дич, белую птицу, да снёс их старай Матери, готовить Бадну
вечерю.» Как крикнула Жива Юда, и это услышала Златая майка, и убралась, нарядилась, и
сошла на гору, садилася под дерево, где садится Коляда Бог, и Бога она зачала и понесла, и
служит ей Жива Юда самовила (богиня душ), студёной водой чистою, но хлеба она вовсе
не ела пока на горе тут сидела. Малое время - девять месяцев. Юда ей слово говорит: «Ой
Златая майка, довольно Мать сидела ты, на горе, пора сойти уж на поле, в харапскую землю,
чтобы родить мало дитя, младо Бога». Златая майка тут сходила и в город она не вошла, и
харапский король разгневался, рассердился и поклялся что посечет мало дитя, младо Бога.
Гадает матерь на поле, Куда идти, да что делать, где родить мало дитя. Заплакала и Богу на
это жалится. Жива Юда тут сошла и говорит: «Пойдём-ка, мати, тут на низу, в пещере,
малое дитя ты родишь» но Злата Майка вновь рыдает что роды её лютые, и что ей самой
повивать и обмывать. Вспорхнула Жива Юда самовила, и в пещеру к ней вошла, и рожать ей
помогла. Рожали малае время -- три недели. Вспорхнула Юда на гору и рожную траву тут
брала, и Матери её подала и лишь траву ей положила. Злата Майка сразу родила малое дитя,
младо Бога .- Ясно е Солнце с ним взашло он его лицо. В руке его Звёздная книга
позлачёная, и ту книгу он всё поёт и Юд с горы к себе зовет и девять Юд* при нём
службу несут, чтоб пошел он по земле, да учил молодцов удальцов и девушек, чтоб не
ходили они на Дунай, не глумились не смеялись когда наступит личень день да Вышний –
день. И пойдёт Бог по всей земле на малое время - три года потом вознесётся на небеса и
ему песню мы сложили, да песню эту девы пропели, да ему и ещё споют.
Другая песня 14
Жива Юда да крикнула, позвала ну-ка малые дети девяти лет, вы на Дунай не ходите,
с девушками не глумитесь и с ними не смейтесь, а при матери сидите, и идите вы на поле,
в пещеру молодой царь там родился, всем на земле пригодился, да нас пленил. Молодой
царь, молодой Бог. Родилось малое дитя, а никто в пещеру не идет, никто царя не славит.
Мать и говорит: где малые дети, из города? Пусть придут в пещеру, да воздадут почести.
А она им подарит подарки златны яблоки и белый виноград сушенный от Девы. Молодая
Дева его сажает, вверху на небесах на бахче, где хозяйство Бога. Крикнула Юда, позвала,
и прибежали малые дети да три тысячи на поле их пришло возле пещеры они стоят, матери
почести говорят. Малые дети подарки дарили, монеты золотые, и серебрянные подносили и
белые свечи палили. Только мать печалилась и тужила, малым детям ничего не дарила,
Так как нет златных яблок и белого винограда сушенного от Девы принесенного. Плачет
мать и причитает. Услыхала это Жива Юда, да её и вопрошает: « Милая, Злата, милая!
Что ты, милая, печалишься, и тужишь? Бога Коляду ты родила, но никто в пещеру не идет,
Пришли лишь малые дети, и Богу подарили монеты золотые и серебренные. И еще ему свечи
палили, так почему ты, милая печалишься, и тужишь? Тихо ей мать отвечает: «Юда Жива
самовила, как мне не плакать. Малые дети Бога славили, да подарки дарили, и мне почести
возносили , а я же им ничего не дарила, так ка пусто у меня в пещере было, поэтому, Юда я
печалюсь, тужу.». Жива Юда говорит: «Милая, Злата, милая! Ну-ка, милая, подожди,
только слетаю на небо, до Бога и даст мне Бог золотые яблоки и белый виноград,
малым детям подарить да их всех поблагодарить » Закрыла Юда на утро крепкие железные
ворота створчатые чтобы дети не вылезли и вернулась на небо к Богу . Тут дети завопили,
и заплакали , Злата Майя их успокаивает, и такие слова говорит: « Ну-ка, малые детки!
Довольно век вам плакать и кричать. Подождите еще немного до вечера. Только солнце
зайдет, сразу Юда возвратиться и я вам подарю подарки, златны яблоки, и белый виноград,
А вы славьте и хвалите, что я родила малое дитя, молодого Бога.» Малые дети замолкли,
Не плакали, не кричали. Немного она детям книгу пропела Звездную книгу позолоченную
а тут пришла и Жива Юда самовила, в руке златно ведерко, а в нем яблоки и виноград,
Она их матери дала, а мать всё детям раздала : « Ну-ка, милые дети! Вы меня прославляли,
А со мной и молодого Бога, вас и Вышень Бог хвалил и послал златны яблоки и виноград
У меня к вам просьба, когда придете в город, то меня хвалите, да мне песни пойте.
Харапский король ходил к нам, приходил тут внизу на поле, хотел царь в пещеру попасть.
Тут Злата мать слетела, с небес чтоб никто в пещеру не влез, и он не видел молодого царя,
молодого Бога. Дети ему сами поклонялись, хвалили и малому дитя монеты золотые дарили и
Белые свечи палили. Злата мать сияла, и подарки детям в ответ раздавала . Потом малые
дети все в город ушли, Златны яблоки с собою несли, но во дворец они не пошли, а такую
песню пели « харапский король приходил, на поле но Юда слетела, с небес туда, где
родила нам Бога Злата Майя и никто в пещеру не входил, только мы богу поклонялись, и
Златна мать нам улыбалась, да подарки дарила.» Малые дети песни пели в городе, да ходили
от дома к дому и кто песню слышал, ещё дарил подарки, малым детям. Но тут Черный царь
разозлился, малые дети почет не оказали, к нему во дворец не пришагали и приказал
Черный харапин посечь малых детей, ни много, ни мало три тысячи. Старая мать заплакала,
запричитала. плачет, жалуется Богу. Сильно Бога опечалила, и огорчила, и тот послал Мору
Юду, ударила она короля и пал он бездыханно. Болен он лежит в постели, ни много, ни мало
три года, да ещё век душе прибавил. И Богу песню мы сложили и её поем.
II
МАРОСНИ – ДНИ
Одно время наши деды от Коляды до Сурува –дня (Щурова дня, праздника умерших
предков пра-щуров, также на него накладывался ещё и Зимний день бога Перуна),
праздновали «Маросни-дни» (18 дней или две славянских недели, во время которых Перун
отправлял назад в Пекло нечисть, которая проникла на землю во время освобождения этим
богом душ людей завлеченных в Пекло обманом). Тогда веровали, что по капищам ходили
Юды, которых направляли Боги, чтоб прощали они людей за всякое зло. За это во всяком
селе, капище и доме в Коле (круге) приносили требу по одной черной кукушке (курице),
которую совершала незамужняя девушка, не познавшая мужчину, и пелась следующая
песня :
ПЕСНЯ 1
Боже, кому ты, Боже, показался, кому ты услужил? Сива (сивый значит зимний, суровый)
Бог ( по ведической традиции это суровый Бог который наказывал грешников, но в тоже
время позволял им исправится и продолжить путь восхождения души, это одно из имен
бога Перуна) разлютовался. Вскочил на своего коня и полетел. Крылья у него, как лютые змеи
а на руке его золотой браслет да посеребренный . Он слезал на поле да на гору и шел он от
града к граду, от села к селу, от дома к дому, но его не почитали там и тогда пускал он
лютую змею, в дома грешников, а со змеёй и злых крыс, да ещё тараканов немало. Ведь
люди Сиву(Шиву) достаточно рассердили. Увидела его Дурга Юда самовила и она ему
просьбу проговорила: « Боже мой, Сива (Шива) мой! Довольно тебе сердиться, довольно
тебе распаляться. Я тебя посылаю к моим сестрам девяти Юдам самовилам. Они тебе,
Боже, жертву воздают и славят. В дома к людям не залетают, не бросают им лютую змею, а
со змеёй злых крыс. Ты Боже, согласен, чтоб наступил Личень (праздничный) день, Щуров
день (когда вся нечисть уходит с земли, в Темную Навь (Пекло) , а души Пращуров уходят в
Светлую Навь (Славь)). В дом к людям зайди, а с тобой зайдет Жива Юда самовила. Она
принесет в золотой чаше сурьяную воду осуренную, в дома, чтобы были все живы и здоровы,
а там где тебе, Боже, жертву в коло не воздали и не почитали, сидит там лютая змея и со
змеёй злые крысы, да и тараканов не мало. Пришел Личень день Сурвака день, но в дом,
жертвы не сотворявшим ты не заходишь. Убежала от них и Жива Юда самовила. Не несет
она в золотой чаше, воду, осуренную ледяную. И в доме того человека не здоровье. Больна
его первая любовь и малые дети.
Когда воздавали жертву девушка при этом напевала горную песню, а после запевала
следующую песню.
ПЕСНЯ 2
Слетал Сива (Шива) на гору да на пригорки нашла его Дурга Юда* самовила, и его
усмиряла, укращала : «Да не летай ты на поле во град, и во село». И садился он под дерево в
шатре, и поджидал личень день всё Щуров день, когда сойдет Жива Юда самовила, чтоб
пройти по всем полям городам и сёлам. Ходили с ними и все девять сестер, девять Юд
самовил, но в село они не пошли во дворы, и не бросили люту змию, а с ней злых
храмцов(тараканов). Ведь тут все жертвы воздавали, черную курицу отдавали , и все Бога
славили, все три дня, до праздничного дня, всё Сурвак дня. И Сива Бог - на горе седлал коня
летучего, шестикрылого. Метнул он тут лютых змей и лютых гадов. И Живу Юду самовилу
он призывает, чтоб принесла она людям злоту чашу, а в чаше святую воду, освященую, и
кто воды той во двор не наберет то здоровье он не обретет.
Когда готовили курицу, девушка пела следующую песню:
ПЕСНЯ 3
Хвала тебе, Юда, Дурга самовила! Как тут Сива (Шива) сходил на гору, да на
пригорки, и тут уж он разгневался, рассердился, седлал он лютого коня, и змеями все
опоясался, потому что Дорге люди не молилися, и выезжал он тогда на поле да в город, и
в село и дворы он похренил. Сюда же и девять Юд пришли самовил, но в город и в село
они не сошли,. А с горы увидели и узрели, что для Бога жертву мы воздаем и черную птицу
ему отдаем . И Юды не разгневались и люту змию не бросили, а с гадами и злых храмцов.
И теперь мы всех угащаем и тебя, Дурга Юда, мы славим тебе мы песни поём, чтоб ты
Бога умалила и нас защитила. С того и правила пошло: «Моросные дни суть злыдневы.»
(потому что в эту пору по земле бродит нечесть) На них любезная бежит, на гору и там она
древо сечет; да ещё удальцы бегут, на гору, и там они стадо пасут - а невеста жертву
воздает, черную птицу отдает, да накрывает трапезу во дворе, и всех на неё зовет . И те кто на
трапезе сидят, если Живу Юду не прославят то Бог тут же разгневается, и не пошлёт к
ним самовилу, и не прыснет она светлый водой, осуренной и тогда нету жизни во дворе,
нет здоровья ни где.
Когда весталки приготовят кукушку служителеница капища отпускала её а другие
жены махали вслед, потом собирались женщины из трех капищ в одно , три девушки
ставили трапезу и пели следующую песню:
ПЕСНЯ 4
Как наступал Коляда, а после него наступали Маросные дни, и пока они не миновали Сива
Бог был на горе, да на пригорках, и садился он под дерево, да в шатер. И ездил на
летучем коне шестикрылом до самого личень дня, Щурова дня (изгонял нечисть обратно
в Пекло). Но ждёт пождёт его Жива Юда, самовила, чтоб сойти ей с небес и не может она
сойти , и тогда заплакала, закликала, и к Богу запечалилась: «Ой, Боже Сива наступил
твой личень день, Сурвак -день, ты пошли Злотую Майку, чтобы сошла она на гору, и
меня снеси ты на поле, в города , да во сёла, чтоб прыснуть светлый водой, осуренной . Так
как же, Боже, мне сойти ? Осталась, я в высоте, на небесах .» И Юда плачем всё плачет, и
услышал её Сива Бог, и пытает Доргу Юду, самовилу: «Ой, Дурга , что ныне сделалось, что
сотворилось? Уже наступил личень день, Щуров день , а Жива Юда самовила не сходит на
поле, да в города, и сёла, чтоб попрыскать светлый водой, осуренной » Дурга ему ответ
держит: «Ой, Боже Сива , в руке твоей злотой посох, и в гору посох метни, чтоб достало до
небес, тут и сойдет Жива Юда, самовила под дерево, на гору, да на бел кладенец, чтоб
омыть злоту чашу, и наточить светлой воды .» И Сива Бог, как держал золотой посох, так и
метнул его в гору, где протекал бел кладенец, от того вода полилася, и собралось три
прудика. Увидела это Жива Юда, самовила, и с небес сходила. Правой ногой на дерево
ступала в бел кладенце чашу омывала. Наточила светлой воды, и Сиве слово говорит: «Ой,
Боже Сива, сходи ты, Боже, слетай, на поле, в города и сёла.