Это была оргия, вакханалия страсти и разврата. Праздник жизни перед праздником смерти, как называли это участники процесса, незадействованными в котором остались лишь люди – невольные наблюдатели сплетений аритмично движущихся в соитии тел.
- Это поразительно… - тихо произнес профессор, и, заметя, что некоторые соотечественники его услышали, продолжил:
- Именно в такие моменты, в моменты максимальной близости, тем более, под действием опьяняющих веществ, отлично видно всю социологическую картину общества, во всех красках и деталях, так сказать. Вот видите ту парочку, что с самого краю поляны? Он овладел ею без капли эмоций, когда она, я отчетливо слышу, как она сладко и абсолютно не наигранно стонет, и извивается под ним. И совсем другое в метре от них – её четкие движения и немного, как бы сказать, неотесанные ласки заставляют парня выгибаться в страсти и загребать в ладони землю. Это проявление логики и этики: строгое сосредоточение на выполнении указаний природы или полное эмоциональное погружение в процесс и отдача себя ему и партнёру без какой-либо лишней мысли. Тут же очень хорошо видны статус и уважение: тем, что помладше отведена не самая выгодная, в плане размножения, позиция; те, что крупнее и сильнее имеют нескольких партнёров. Щихшар не выглядит сильным, но мы знаем, что он ловок и превосходный стрелок, и – поглядите! – уже третья красавица стремится быть его. Самое высокое же положение занимает, конечно же, королева: двое мужей, да еще и близнецы, что, на сколько я могу судить, большая редкость в этой расе.
- Как в покере: что сложнее собрать, то дороже стоит, – прервала его Эбби.
- Именно!
- Дикари. – майор Шерман встал, презрительно сплюнул и отправился прочь.