Юлий Черсанович Ким родился 23 декабря 1936 г. в Москве
Родился в семье переводчика с корейского языка Кима Чер Сана и учительницы русского языка и литературы Всесвятской..
В 1938 году его отец был расстрелян, мать до 1946 года была в ссылке.
После ареста родителей 16 лет провёл в Калужской области и в Туркмении. В 1954 году вернулся в Москву.
Окончил историко- филологический факультет Московского гос. педагогического института им. В.И.Ленина , преподаватель русского языка, литературы, истории и обществоведения.
После окончания института пять лет работал на Камчатке, затем в Москве - в физико- математическом интернате. В 1968 оставил педагогическую деятельность и профессионально занимается сочинением пьес и песен для театра и кино.
Играет на 7-струнной гитаре, которая давно превратилась в шестиструнную, но со строем таким же, как и у Окуджавы. Песни пишет с 1955-56 г. на свои стихи.
Его первые концерты прокатились по Москве в начале 1960-х годов, молодой автор быстро вошёл в круг самых популярных бардов России.
В 1966 году он женился на Ирине Петровне Якир — внучке репрессированного командарма И. Э. Якира. Отец Ирины, известный правозащитник и диссидент Пётр Якир, был арестован в 14 -? лет и вышел на свободу только в 32 года...
В 1968 году Ким расстался со школой навеки по воле начальства, не простившего ему участия в правозащитном движении (а также таких песен, как «Адвокатский вальс», Господа и дамы и других). С тех пор Ким ведёт жизнь свободного художника
Часть песен написана совместно с композиторами Ген.Гладковым, В.Дашкевичем, А.Рыбниковым. Член Союза кинематографистов России ) и всех остальных союзов, которым просто повезло, что он там состоит.
НЕТ Я НЕ ПЛАЧУ...
Нет, я не плачу, и не рыдаю,
На все вопросы я открыто отвечаю,
Что наша жизнь - игра, и кто-ж тому виной,
Что я увлёкся этою игрой.
И перед кем же мне извиняться?
Мне уступают, я не в силах отказаться.
И разве мой талант, и мой душевный жар
Не заслужили скромный гонорар.
Бусть бесится ветер жестокий
В тумане житейских морей.
Белеет мой парус такой одинокий
На фоне стальных кораблей.
О наслажденье - ходить по краю.
Замрите, ангелы, смотрите - я играю.
Разбор грехов моих оставьте до поры.
Вы оцените красоту игры.
Ведь согласитесь, какая прелесть
Мгновенно в яблочко попасть - почти не целясь.
Орлиный взор, напор, изящный поворот,
И прямо в руки - запретный плод.
Я не разбойник, и не апостол.
И для меня, конечно, тоже всё не просто.
И очень может быть, что от забот своих,
Я поседею раньше остальных.
Но я не плачу, и не рыдаю.
Хотя не знаю, где найду, где потеряю.
И очень может быть, что на свою беду,
Я потеряю больше, чем найду.
МОНОЛОГ ШУТА..
Поговоримте о фортуне,
О провиденье, о судьбе -
И уличим её в халтуре,
И умолчимте о себе!
О, воля рока, воля рока!
Мы льстим тебе как никому,
Ты безобразна, ты жестока,
Гнусна, глуха и кривобока,
И шлюха, судя по всему.
Судьбу никто в глаза не видел,
Но, и не видя, испытал,
А, испытав, возненавидел,
И удивляться перестал.
Отныне горькие упрёки
Не тратьте зря, не тратьте зря.
Ведь, если мы гнусны, жестоки,
Коварны, злы и кривобоки, -
То лишь судьбе благодаря.
Поймать преступную фортуну!
Связать распутную судьбу,
Её за подлую натуру
Предать ужасному суду!
В багряной маске и рубахе
Меч роковой подъемлю я
И, подержав минуту в страхе,
Я отпущу фортуну с плахи -
И тем куплю любовь ея.
НАЦИОНАЛИСТАМ
Позвольте, братцы, обратиться робко:
Пришла пора почистить наш народ.
А я простой советский полукровка
И попадаю в страшный переплёт.
Отчасти я вполне чистопородный:
Всесвятский, из калужских христиан.
Но по отцу - чучмек я инородный
И должен убираться в свой Пхеньян.
Куда же мне по вашему закону?
Мой край теперь - отчасти только мой.
Пойтить на Волгу, побродить по Пскову
Имею право лишь одной ногой.
Во мне кошмар национальной розни!
С утра я слышу брань своих кровей:
Одна вопит, что я кацап безмозгий,
Другая - почему-то, что еврей.
Спаси меня, Личутин и Распутин!
Куда ни плюнь - повсюду мне афронт.
Я думал, что я чистый в пятом пункте,
И вот, как Пушкин, порчу генофонд.
А мой язык, любимый и привычный?
Его питал полвека этот край.
Так русский он?
Или русскоязычный?
Моя, Куняев, твой не понимай!
Живой душе не дайте разорваться!
Прошу правленье РСФСР:
Таким, как я, устройте резервацию,
Там, где-нибудь... в Одессе, например.
Там будет нас немало, многокровных:
Фазиль, Булат, отец Флоренский сам.
Нам будут петь Вертинский и Миронов.
Высоцкий тоже будет петь не вам.
Каспаров! Гарик! Тоже двуединый!
Разложим доску! Врубим циферблат!
И я своей корейской половиной
Его армянской врежу русский мат!
А вам скажу, ревнители России:
Ой, приглядитесь к лидерам своим!
Ваш Михалков дружил со Львом Абрамычем Кассилем,
А Бондарев - по бабке - караим!
ТРОЙКА
До чего же надоела
Городская суета!
До чего же нас заела
Наша тесная среда!
То ли дело на просторе
В синем море, в чистом поле.
Запрягайте, братцы, что ли,
Отворяйте ворота!
Мы упряжку с бубенцами
Только видели в кино.
Есть и лошади, и сани,
А поехать не дано:
То начальство, то погода,
То семья не без урода...
Здравствуй, русская природа, -
Не видал тебя давно!
И не надо мне вовеки
Ни отдельного дворца,
Ни бензиновой телеги
Все четыре колеса!
Лишь бы только глушь лесная,
Ветер вольный, даль земная.
Лишь бы песня удалая,
Эх! Да девица-краса!
ВОТ И НОЧКА..
Вот и ночка подоспела.
Спите, братцы, кончен день.
Что за хлопотное дело -
Убаюкивать людей!
Всё неймётся им, не спится
От забот и от обид.
У кого-то поясница,
У кого - душа болит.
А иной уснуть захочет,
Да не может ни черта:
То ли зависть его точит,
То ли совесть нечиста.
Ну, а нам какое дело?
Ясный месяц, белый снег.
Отдыхай, ребята, смело,
Кто хороший человек.
Что пропало - то найдётся,
Повторится, что прошло,
Состоится, обойдётся,
Невзирая ни на что!
Подобру да поздорову
Распрекрасно заживёшь.
Если думать по-другому,
То, конечно, хрен заснёшь!
.ВОЛШЕБНИК
Приходит день, приходит час,
Приходит миг, приходит срок —
И рвётся связь.
Кипит гранит, пылает лёд,
И лёгкий пух сбивает с ног —
Что за напасть?
Вдруг зацветает трын-трава,
Вдруг соловьём поёт сова,
И даже тоненькую нить
Не в состоянье разрубить
Стальной клинок!
Приходит срок — и вместе с ним
Приходят страх, озноб и жар,
Восторг и власть.
Азарт и нежность, гнев и боль —
В один костёр, в один пожар —
Что за напасть?!
Из миража, из ничего,
Из сумасбродства моего —
Вдруг возникает чей-то лик
И обретает цвет и звук,
И плоть, и страсть!
Нелепо, смешно, безрассудно, безумно -
Волшебно!...
МОНОЛОГ ХОДОКА
Слушайте женщин! Слушайте женщин! Слушайте!
Ибо все они поголовно,
Не желая ни власти, ни славы,
Никогда и ни в чём не виновны
И всегда безусловно правы!
И какую бы чушь ни спороли,
Переврав и запутав слова,
Они правы по природе,
А природа всегда права!
Слушайте женщин! Слушайте женщин! Слушайте!
О, если бы мы умели
Всего-навсего женщин слушать, -
Мы навеки бы расхотели
Убивать, разорять и рушить.
И тогда бы и наши бабы
Перестали бы лгать и грешить...
Но мы слишком не любим учиться,
Ибо слишком мы любим учить!
Слушайте женщин! Слушайте женщин! Слушайте!
Не с врагами в бою упорном -
Только с женщиной наедине,
Только с ней в поединке любовном
Мы, мужчины, - мужчины вполне.
О, какие даём мы клятвы!
О, какие обеты даём!
В этот миг мы воистину святы,
Всемогущи, добры и богаты,
Только жаль, что к утру устаём...
Слушайте женщин! Слушайте женщин! Слушайте!..
ОБ УТРАТЕ ВЕРЫ
Был я мирный человек, стал - фрайер...
И чего я не поехал в Израиль?
Покороче там всё же этапы,
Хоть, конечно, там тоже арапы.
И жена-то у меня - еврейка,
Да и сам-то я похож наружно,
И на месте есть одна семейка -
Столько вызовов пришлёт, сколько нужно.
И пускают щас всех, даже рады!
Кто без допуска, тот в полном праве!
Так что вроде бы уже и не надо
На Центральном голодать телеграфе!
Ну, так и в чём же суть? А всё Россия-мать!
Ты чаво, - говорит, - Ты - того!
Авось, как-нибудь, обойдётся, чать,
Перемелется, ничаво!
И поверил я, чудак, этой сути,
И утратил надлежащую веру,
Начитался самиздату до жути -
Хоть сейчас давай мне высшую меру!
Расчирикался я, как канарейка,
То про Сталина загну, а то и дальше...
Прям, как-будто и жена - не еврейка,
Прям, как-будто я Косыгин на даче!
А ведь, помню, приходил участковый,
Даже штатский майор сделал милость -
Упредил меня беседой суровой,
Предсказал мне он всё, что случилось...
А мне всё кажется, ну, разумеется,
Ну, годок пройдёт, ну, пяток, -
Дайте срок, и всё перемелется,
Авось, как-нибудь!.. Дали срок.
***
Живём мы в нашем лагере -
Ребята хоть куда,
Под красными под флагами
Ударники труда.
Кругом так много воздуха,
Сосняк тебе, дубняк,
А кроме зоны отдыха
Есть зона просто так!
Начальник наш - родитель нам,
Точнее скажем - кум,
И под его водительством
Берёмся мы за ум.
Живём мы, как на облаке,
Есть баня и сортир,
А за колючей проволкой
Пускай сидит весь мир!
С октября 1998 года живёт в Израиле....ПОПЕРЕМЕННО И В МОСКВЕ..
Ким разносторонний и резко критикующий общество бард. Он вёл борьбу против пустых лозунгов партии, бессодержательной советской идеологии, господствующей повсюду лжи, принуждения к двоемыслию, фальши, — и все это в лёгкой форме, смеясь, иронически, иногда под маской клоуна.
— Вольфганг Казак
К настоящему времени дискография Юлия Кима насчитывает более 20 наименований дисков, аудио- и видеокассет с записями песен. Песни Юлия Кима вошли во все антологии авторской песни..
Автор около пятисот песен.. трёх десятков пьес и десятка книг.
так что СУДЬБА И ВПРАВДУ КАК МАЧЕХА КОМУ ТО БЫЛА... В ТЕ ЗЛЫЕ ВРЕМЕНА..
ЗАТО ТАЛАНТ И ЮМОР КАК СПАСЕНИЕ ПОЗВОЛЯЛИ ВЫЖИВАТЬ И ТВОРИТЬ И ОБОДРЯТЬ
И ДОСТОЙНО СЕБЯ ОЩУЩАТЬ..Понятны и ИСТОКИ ЕГО ПЕСЕН..
[600x450]