Весной, успев опять озолотиться
веснушками на солнечном огне, -
"Ты знаешь, я - великая актриса", -
сверкнув глазами, ты сказала мне.

Я не придал тогда словам значенья,
дела куда серьёзней, чем слова,
но лишь пройдя все стадии мученья,
я понял: ты тогда была права.

Ведь это ж надо, чтобы всю дорогу,
всегда, везде кого-нибудь играть!
Сегодня - злую леди-недотрогу,
а завтра - добродетельную мать.

Сегодня ты - девчонка свиристелка,
игрива, легкомысленна, бодра,
а день спустя - монахиня-сиделка,
скорбящая у смертного одра.

Но знаю я тебя совсем другою,
когда по-русски широка, щедра,
собою став, под радугой-дугою, -
об землю - шапку, и покров - с бедра.

Когда ни сцен, ни зрителей не надо,
когда смешались Запад и Восток,
и всё кругом - одна сплошная правда,
и бьёт в висок горячей крови ток.

1971