[350x283]
Изящный миниатюрный замок Ласточкино гнездо с причудливой круглой башенкой словно парит над пропастью у скалы. Прошло уже несколько десятков лет с тех пор, как этот знаменитый дворец стали называть визитной карточкой Южного берега Крыма.
Размеры дворца поражают своей миниатюрностью. Длина здания 20 метров, ширина – 10, а высота – всего лишь 12 метров.
Адальберт Карлович Тобин, потомок немецких переселенцев, бывший придворным врачом императорского дворца в Ливадии, наверняка не предполагал, какая ему уготована роль в истории России и Украины.
В Российской империи в конце XIX века появилась мода на загородные дома. Земельными участками, расположенными на престижном морском побережье или неподалеку от городов, обзаводились купцы, дворяне, люди искусства и представители зажиточной интеллигенции. Это были первые российские дачи.
Дача Тобиных, которая называлась «Ласточкино гнездо», среди тысяч своих собратьев не выделялась решительно ничем. Если только не считать, что стояла она на краю мыса Ай-Тодор. Мыс был назван в честь греческого православного святого татарским именем. При переводе на русский язык Ай-Тодор превращался в "Святого Федора".
В 1901 году «гнездышко», к тому времени уже порядком разрушенное, привлекло внимание еще одного немца, магната барона Штейнгеля (или как мы бы сейчас сказали, нефтяного олигарха). В этом же году к барону в замок приехал погостить Лагорио - известный российский художник. Вдохновленный развалинами на краю обрыва, художник пишет первую картину «Ласточкино гнездо».
После этого богатый барон восстанавливает дачу, вкладывая в нее немалые средства, и все тот же Лагорио уже в 1903 году пишет картину с изображением обновленного дома. Теперь у дачи претенциозное немецкое имя «Генералиф: замок любви».
В 1910 году барону Штейнгелю в голову приходит еще одна экстравагантная идея - возвести нечто особенное на узкой скале. Для этого он приглашает из Москвы Александра Шервуда - архитектора-модерниста. Александр Владимирович был потомком знаменитого рода архитекторов Шервудов - проект Исторического музея на Красной площади спроектировал его отец, Владимир Осипович; автором, пожалуй, самых ярких образцов московских доходных домов в стиле модерн начала ХХ века был его старший брат, Владимир Владимирович. Поэтому теперь и от Александра Владимировича ждали архитектурной сенсации.