По числу средневековых замков – обязательно с привидением – на первом месте стоит Великобритания (в частности, Шотландия). Затем идут замки Франции, Чехии… Беларусь не слишком отстаёт от них. Около сотни замков и крепостей было возведено на её просторах за несколько веков. Правда, многие из них превратились в живописные руины: кто сосчитает, сколько раз огненный вал битв прокатился по стране. Однако сохранившиеся свидетели давно минувших дней и теперь поражают величием.
Великолепный обед в честь Августа, короля польского и курфюрста саксонского, удостоившего визитом Мирский замок, подошёл к концу. Гостям предложили необыкновенный «десерт»: осмотреть сокровищницу древнего рода Радзивиллов.

Процессия во главе с хозяином спускалась в подземелье по каменной лестнице, освещаемой пламенем факелов, которые несли слуги. Причудливые тени скользили по мрачным древним сводам. Казалось, это души предков сопровождают пышную свиту. Перешли на шёпот даже неустрашимые кавалеры. Вот и дверь, окованная железом. Над ней резной фамильный герб. Это вход в «скарбницу». Словно по заклинанию князя дверь медленно отворилась. За ней факелы высветили кованую решётку. Радзивилл отпер её ключом, висевшим у него на поясе, и дал знак, чтобы слуги внесли свечи.

Гости не сразу обрели дар речи, оказавшись в подземном зале лицом к лицу с… двенадцатью апостолами! Сияющие изваяния в человеческий рост расположились полукругом. Их одеяния отливали серебром, лики – золотом. Завораживали и тревожили взгляды, обращённые на вошедших, – у кого-то строгие, вопрошающие, у кого-то понимающие, сочувствующие.

– Кто их создал? – обратился к хозяину король польский. – Может, и нам стоит сделать у него заказ… Если казны хватит…

– Почти сто лет назад, ваше величество, статуи апостолов приобрёл в Константинополе один из моих предков. Отливали их лучшие мастера, но их имена мне неизвестны…

– Значит, я слегка опоздал, – улыбнулся король. – Ну что ж, пусть владеет ими достойнейший из смертных!

На обтянутых шёлком и бархатом подставках под стеклом лежали бриллиантовое колье, тяжёлые золотые цепи, великолепная сапфировая диадема.

– Ваше величество! В знак моего глубочайшего почтения и преданности прошу принять скромный дар вассала. – Раскрыв ларец, обитый изнутри алым бархатом, Радзивилл протянул Августу золотой крест с крупным изумрудом, усеянный алмазами. Возгласы восхищения пронеслись по залу.

Король залюбовался искусной работой венецианских ювелиров.

– Я принимаю этот дар. Но из рук не подданного, а друга, – произнёс Август.

Потрясённые увиденным высокопоставленные посетители степенно покидали «скарбницу», тихо переговариваясь. А древние каменные стены словно смыкались за их спинами, скрывая от любопытных глаз несметные богатства Радзивиллов.