МУРАСАКИ
СИКИБУ


Эпоху Хэйан (794–1185) потомки назвали золотым веком японской культуры, и самым поразительным явлением ее стало создание «женской» литературы. Хэйанские поэтессы — это особый мир, особый колорит всей японской культуры. Это были придворные дамы, хорошо знавшие быт и нравы императорского двора. Их произведения становились своеобразной летописью века, но сами поэтессы сохранились в памяти благодарных читателей не по собственным именам, утраченным за прошедшее тысячелетие, а по прозвищам, образованным от имен героинь их поэм и романов. Именно так и произошло с талантливой и удивительной Мурасаки Сикибу. Прошедшие столетия унесли навсегда не только ее настоящее имя, но и точные годы жизни. Расцвет ее творчества пришелся на начало ХI века, когда она служила при дворе императрицы. Тогда же Мурасаки написала свой знаменитый роман «Повесть о Гэндзи». Одну из возлюбленных красавца-принца звали Мурасаки, и ее имя в качестве прозвища получила сама писательница. А слово «Сикибу» в ее имени появилось от названия Ведомства церемоний, где одно время служил отец Мурасаки.
В «Повести о Гэндзи» гораздо больше прозы, чем стихов, однако ее автора, как и всех других хэйанских женщин, оставивших свой след в литературе, принято называть поэтессами: и проза их была чрезвычайно поэтична, и к тому же они слагали еще прекрасные стихи, воспевавшие, прежде всего любовь, ведь даже самые знаменитые из них оставались женщинами — со своими секретами и маленькими слабостями.

[501x698]



* * *
С гусями, что на север полетят,
Ты весть пришли,
Пусть принесут на крыльях.
Все время мне в разлуке вести шли,
Ведь облака сюда плывут все время!
* * *
Лик месяца на небе появился,
То прежний иль другой вдруг глянул с высоты —
Узнать не удалось…
Средь облаков он скрылся.
Вот так же быстро промелькнул и ты…
* * *
Знаю, куда
Луна неизменно стремится,
Но ночь напролет
Прождала, напрасно надеясь
В небе свет ее отыскать.
* * *
Горы, куда
Стремилась луна, окутал
Холодный туман.
И лунный свет затерялся,
Растаял в пустынном небе.

Ее стихи вызывали восхищение даже у недоброжелателей. Мурасаки Сикибу, видя в Идзуми соперницу и порой отпуская в ее адрес нелестные замечания, тем не менее так отзывалась о ее стихах: «Она показывает аромат даже самых пустячных слов. Стихи ее совершенно очаровательны… Она из того рода поэтов, у которых стихи, кажется, слагаются сами собой».
Время донесло до нас более полутора тысяч стихотворений Идзуми Сикибу, ее личный «Дневник», молву о замужествах и романах с принцами крови, но не сохранило ни даты рождения, ни настоящего имени. Ее именовали по названию провинции Идзуми, где служил губернатором отец.
В начале 1009 г. Идзуми была принята в свиту императрицы, где в это же время служила и Мурасаки Сикибу. Так пересеклись пути двух великих хэйанских женщин.
Лирика Идзуми — это ее собственная жизнь, в которой было так много чувств и эмоций. Ее стихи легки и мелодичны, как сам стиль жизни, которую вела их создательница.
* * *
Проходят годы — и сильней печаль,
Привычкой стало грусти предаваться.
Ведь нет такой весны,
Когда б не стало жаль
С весенними цветами расставаться!
* * *
Сегодня ни с кем
Не сговаривалась о встрече.
Но осенняя ночь
Сна лишила меня, у порога
Все сижу и смотрю на луну.
* * *
Как же давно
Глаз не кажешь в мой дом, а ведь раньше
Частым гостем бывал.
Светлый месяц — один только он
Ночь за ночью меня навещает.
* * *
Такая тоска
Смотреть вечерней порою
На облака.
Поэтому и решила — не стану
Отныне на небо смотреть.
* * *
Нить порвалась,
И катятся вниз жемчужины
Одна за одной…
Так, верно, думаешь, глядя
На слезы из глаз моих.
* * *
Всегда видеть тебя,
Всегда ловить твои взгляды…
Ах, если бы ты,
Став зеркалом этим, ждал
По утрам моего пробужденья!
* * *
Когда даже во сне,
Не дождавшись желанной встречи,
Провздыхаешь всю ночь,
На рассвете томленье любви
Своего достигает предела.
* * *
Мой рассеянный взор
По небесным просторам блуждает,
А ведь вроде бы тот,
Кого жду, к кому думы стремятся,
Не с неба должен явиться.
* * *
Каждую встречу
На нить драгоценную жизни
Спешу нанизать.
Так могу ли думать без страха,
Что разом все оборвется?
* * *
Подобной любви
Может не выдержать сердце,
И я умру.
Был ты прежде чужим, а ныне
Вся моя жизнь — в тебе.
* * *
Даже если тоска
Сердце мне разобьет и оно разлетится
Сотней мелких осколков,
Ни в одном, даже самом ничтожном,
Не погаснет любовь к тебе.
* * *
Снег подтаял уже,
И ростки пробиваются к свету.
Нежная, робкая
Надежда растет в моем сердце —
Скоро снова увижусь с тобой.
* * *
Как увидеть хочу
Былинок узор невнятный —
След твоей кисти.
Ведь, кажется, только вчера
Клятвой мы обменялись.
* * *
Из этого мира
Я скоро уйду, но чтобы в грядущем
Было вспомнить о чем,
Еще одну встречу хотя бы
На прощание мне подари.



Стихи в переводах А. Глускиной
и Т. Соколовой-Делюсиной


http://www.batumionline.net/forums/lofiversion/