Я заносил в тетрадь тишину, ночь; я отмечал невыразимое. Я ловил головокружение... Мне следовало бы иметь свой ад для гнева, свой ад — для гордости и ад — для ласки; целый набор преисподних.

Артюр Рембо "Одно лето в аду"