Я очень люблю дождь. И очень люблю осень. Но я совершенно не знаю, что мне делать с этой любовью. Стихи повторяются, повторяются дифирамбы, образы и ассоциативный ряд. Могла бы меняться музыка, но чувство ностальгии призывает всякий раз включать нечто, уже известное. Новое втекает в струю старого по-капле, но достаточно верно. Однако, я с уверенностью могу сказать, что я бы желала познакомиться с совершенно разной музыкой, но буду знакомиться лишь с той, что зацепит с первых нот, без усилий...
Когда наступает дождь и приходит осень, я не знаю как реагировать...Восторг замирает где-то в трахее, захватывает дух... И дальше....Дальше все чувства начинают горчить, подниматься выше, не дают дышать...Иногда начинаешь что-то писать, постоянно досадуя на совершенно одинаковое....но что ты ещё можешь выплеснуть из себя, кроме того вина, что бродит в тебе?
И так, когда приходит осень, одиночество и свободное время вполне желанны. Свобода гулять по влажным лесам, городу; ехать в транспорте, провожая глазами бегущие капли...играющие друг с другом, сливающиеся в одну, предающиеся совместному суициду...маршруту...оргиям...разливающиеся в красное нечто при свете фонаря. Шум шин...
Ощущение, когда хочется что-то поймать за руку....нечто неуловимое...
И ты ходишь, как сомнамбула в наваждении тишины, шелеста и отстранённых звуков, словно в первый раз пробуя виски, кофе, коньяк, чай, смешивая напитки с холодными, жидкими каплями взгрустнувшего неба.
В какой-то момент воздух уже не заходит в лёгкие,а дождь начинает сочится из глаз...всё такой же холодный... В грудной клетке словно расположился колодец...большая такая бетонная плита и два люка...в которых кипит нечто живое и горячее, запертое под семью замками...
И есть в этом какой-то эротизм. И трагизм....И непонятная обречённость...
Потому что вот оно чувство, сырое, холодное, горькое и продрогшее...
И ты ничего не можешь придумать лучше, как просто молча созерцать его, как тлеющую отсыревшую бумажку. Чернила расползаются по бумаге, огонь тушит всезаполняющая влажность, белый лист бумаги сереет, чернеет, съёживается, оставляя горький запах и осязаемую тишину...
Словно всё умерло...И ты стоишь посреди этого молчаливого, холодного и сырого мира...и существуешь...всё ещё существуешь, несмотря на то, что ушли все краски, лучи и смылись декорации....Существуешь, любишь, смакуешь всё это...а внутри такая большая бетонная плита...А под ногами две крышки колодцев...Под ними шумит горячая вода...Идёт пар...Орут вороны...
А ты только ловишь глоткой воздух, уже не влезающий в лёгкие... Только слушаешь тишину....Только трогаешь мокрые текстуры окружающих предметов...

Словно новорожденный, слепой котёнок, ещё ненаучившийся жить в этом мире, видеть и слышать его, не научившийся охотиться...Смотришь на мир, как выпавший из реальности ...и любишь его...мир этот...абсолютно не понимая, зачем миру твоя любовь и вообще в какой водосток её выпустить...Словно из горла ползут чувства... змеями, золотыми рыбками...И падают в лужи...каплями...каплями неба, горечи, тоски и упоения...

Чёрно-белый фильм... Кожа... Мурашки... Ножики в сердце. Рукоятки в ладонях....
Абсолютная концентрация чувств, тотальное бездействие и жадное созерцание.

И самое главное, ты словно в эти моменты и живёшь...и только так жить и умеешь...

11/07/16