|
Мне Господь серебряник подал,
Обещал – талант, а то и два!
Я смотрел, выспрашивал, искал,
На серебряник набрал едва.
Он еще свободу обещал,
Да не мне – народу моему.
Даже Сына в спутники послал,
Только где свобода? Не пойму…
Предрекал явить Вождя Вождей,
Гнать с позором римского орла,
А Учитель просит быть добрей
И творит нелепые дела.
Гонит прочь торгующих взашей,
Дарит нищим право видеть свет.
Он – прямой потомок всех царей,
А Ему до трона дела нет.
За Него готов я смерть принять!
Он смеется: за меня – живи.
А вчера отринул братьев, мать,
Странно рассуждая о любви.
Чудом не побитые толпой,
Носит нас, как перья на ветру.
Тщусь иметь опору под ногой
И еще серебряник беру.
|
|
|
|
Я же вижу горестный конец,
Смерть для всех, терзания и страх.
Но ведет Он избранных овец
К мяснику, с улыбкой на устах.
Ладно, остальных уберегу,
Раз не хочет Он себя спасти.
Вскользь целую и бездарно лгу,
Что необходимо отойти.
Дом Каиафы, серебро звенит
По камням мощеного двора.
Смотрят, будто от меня смердит,
Те, кто медом потчевал вчера.
Скоро ступим в Гефсиманский сад,
И узрю прощенья скорбный лик.
Четко знаю – будет Он распят,
Я ведь, все же, лучший ученик.
Умер! Больше нет Его нигде.
Как терпеть ТАКУЮ пустоту?
Снизошло прозренье, Иуде…й
Я – ошибся. Жить невмоготу…
Борис Катковский
|
|
[799x559]